Добропорядочный распутник
Шрифт:
— Прошу простить мое возможное недоверие. Однако, насколько мне известно, единственное положительное качество дорогого кузена Генри, помимо страсти к собиранию литературы, — статус ближайшего наследника моего отца по мужской линии в том случае, если тот умрет, не оставив прямых потомков мужского пола. Перспектива, которая, уверяю вас, весьма бы устроила милейшего Генри. — В особенности, как стало известно Эшу из последних лондонских сплетен, после того, как его старший брат Алекс выбыл из числа претендентов, а его образ жизни грозил привести к печальному концу от руки какого-нибудь ревнивого супруга-рогоносца.
Марсбьюри сложил руки на широкой груди и кашлянул, выказывая недовольство
— Мистер Беннингтон и миссис Ральстон присоединятся к нам в кабинете, где мы сможем обсудить все в частном порядке.
Эш заметил, как миссис Ральстон удивленно подняла голову, хотя быстро справилась со своими чувствами. Так, значит, завещание?
Эш Бедивер хмуро посмотрел на Марсбьюри и произнес командным тоном:
— Уверен, это настоятельно необходимо.
Итак, при оглашении завещания будут присутствовать все трое. Да уж, не слишком похоже на menage a trios [2] отношения, в последнее время ставшие столь привычными Бедиверу, но динамика та же — два к одному. Эш невольно задавался вопросом: не задумала ли что-нибудь эта очаровательная миссис Ральстон на пару с Генри? Ее немедленная готовность встать на защиту его кузена наводила на подозрения.
2
Любовный треугольник, любовь на троих (фр.).
Однако, какую бы паутину ни сплел дражайший родственник в его отсутствие, Эш определенно намеревался дать всем понять, что ни Генри Беннингтон, ни темноволосая милашка американка не имеют здесь никакой власти. Эш Бедивер дома!
Глава 2
Итак, загадочный мистер Бедивер вернулся. Преисполненная предвкушениями комната буквально гудела от напряжения, несмотря на то что предмет всеобщего оживления удалился в кабинет вместе с Марсбьюри. Стоит отметить, Дженивра не сильно расстроилась, заметив, что Эштон уходит. Всего за несколько минут он заставил ее понервничать так, как до того удавалось лишь очень немногим. Необходима передышка, надо собраться с мыслями и прийти в себя после заявления адвоката.
Дженивра снова посмотрела в окно, давая тетушкам некоторое время, чтобы успокоиться. Бедивер относился к тому типу мужчин, которые, куда бы ни пришли, неизменно вызывали самые разнообразные эмоции. Его прямая гордая осанка словно излучала силу и уверенность. Тем не менее она уже встречала в своей жизни сильных мужчин. Гораздо больше ее беспокоила его неприкрытая чувственность. Он не просто уверен в себе, а необыкновенно соблазнителен. Демонически черные густые волосы казались небрежно взлохмаченными, взгляд желтовато-зеленых нефритовых глаз был твердым, как камень, который они так напоминали. Когда Бедивер смотрел на нее, создавалось впечатление, будто он хочет проникнуть в ее самые потаенные мысли, от силы и остроты такого взгляда по спине бежали мурашки.
Если ей удастся благополучно пережить оглашение завещания, она приложит максимум усилий, чтобы избежать общения с Бедивером. Вероятно, уже и сейчас в Ситон-Холле отремонтировано достаточно комнат, чтобы переселиться туда. Это определенно поможет держаться от него подальше.
— Мы должны устроить небольшой прием! — оживленно воскликнула Лавиния, обращаясь к присутствующим. — Повар приготовит фазана, и мы расставим цветы на большом столе в столовой.
Прием, на котором мистер Бедивер станет почетным гостем. Дженивра отвернулась от окна, ее надежды на то, что удастся быстро и незаметно удалиться, оказались не вполне выполнимыми.
Мелисанда вздохнула:
— Ты
— Всего лишь небольшой частный прием, никто и не узнает. Мы же не собираемся устраивать танцы, — успокаивающе заметила Лавиния. Она протянула Дженивре сморщенную ручку, покрытую тонкой синей сеткой кровеносных сосудов. — Разве наш племянник не красавчик? Я же тебе рассказывала.
Дженивра улыбнулась и сжала хрупкую пергаментную руку. Если дамы захотели праздника, она обязательно его им устроит. Последние месяцы жизни тяжелобольного графа нелегко дались всем домочадцам, а ведь тетушкам уже за семьдесят. Совершая ежедневные конные прогулки, она старалась навешать их по-соседски и в итоге решила совсем переехать в Бедивер зимой, помогать пожилым леди, пока реставрируется Ситон-Холл. К тому времени в Бедивере уже поселился Генри, и Дженивра вовсе не кривила душой, заявляя Эшу о том, что его кузен оказал им огромную поддержку, чего совсем не скажешь о графском отпрыске.
Вероятно, именно надежды на получение долгожданного наследства стали приманкой, вернувшей наконец мистера Бедивера домой. Как бы то ни было, теперь он здесь. Правильно оценив лондонского повесу, Дженивра приняла решение держаться от него подальше.
Кто предупрежден, тот вооружен. Ей и так едва удалось собрать по крупицам разрушенную вдребезги жизнь. Урок пошел впрок. Она больше никогда не позволит безнравственному красавцу сломать ей судьбу.
«Однако в кабинете становится как-то чересчур многолюдно», — цинично подумал Эш. Едва он усадил миссис Ральстон, как вошел Генри и с широкой улыбкой направился к нему, протягивая руку:
— О, кузен Эш, как хорошо, что ты приехал!
Эш ни на секунду не поверил этой улыбке. В свое время Генри приложил руку к большинству неприятных происшествий, когда-либо случавшихся с ним и старшим братом. У дорогого кузена вошло в привычку взваливать на других ответственность за свои проступки.
— Тетушка Летиция уже успела сообщить мне то же самое, — сухо ответил Эш. Неужели они в этом сомневались? Бедивер не шелохнулся, чтобы пожать протянутую руку, и с удовольствием отметил, что Генри даже чуть опешил от его неучтивости.
Кузен отвернулся и взял стул, нервным движением потирая руку о штаны.
— Я бы и раньше мог спуститься поприветствовать тебя, но был занят решением некоторых проблем, касающихся управления поместьем.
— Это мой дом, кузен, и я не нуждаюсь в приглашениях. — Эш вовсе не намерен терпеть отношение к себе как к гостю в собственном доме. Более того, совсем не нравилось, что Генри, похоже, уже успел осесть здесь и прибрать к своим рукам управление имением. Пора прекратить эту комедию.
Эш решил немедленно перейти к делу и недвусмысленно показать, кто здесь хозяин.
— Марсбьюри, приступайте к своим обязанностям.
Адвокат водрузил на переносицу пенсне и положил руки на стол.
— Джентльмены, миссис Ральстон, вам хорошо известны обстоятельства этого не совсем обычного дела. Граф скончался, его старший сын страдает душевным недугом и не в состоянии управлять поместьем. Безусловно, титул переходит к законному наследнику. Будь тот умственно полноценным или нет, он все равно считается пэром королевства. Александр Бедивер — пятый граф Одли вплоть до своей смерти. Если же он умрет, не оставив законнорожденного сына, титул перейдет к вам, мистер Бедивер. Все это в порядке вещей. В данном случае встает вопрос относительно поместья. — Марсбьюри оглядел присутствующих, чуть опустив очки на нос. — Настоящее положение дел таково, что ныне здравствующий граф не может ни управлять им, ни решать финансовые вопросы.