Добрые времена
Шрифт:
— Он мне мешает! Уберите его.
Судья улыбается:
— Правила не нарушены.
Наконец, когда в марафонца ударился мяч, адресованный грузину, и атака сорвалась, он с досады толкает марафонца. Тот шлепается на землю, и тут же шлепается грузин от мощного толчка бдительного Радзиевского.
Судья после небольшого совещания с боковыми судьями удаляет с поля до конца игры и грузина, и Радзиевского. К последнему, не выдержав, со скамейки спускается Зотов и хлопает его по плечу.
— Не переживай. Ты свое дело сделал, можешь отдыхать.
— На «губе»? —
Он еще не понял того, насколько удачно вмешался в конфликт. Одного грузина судья вряд ли удалил бы, скорей ограничился бы замечанием. А тут налицо почти драка. Обе стороны наказаны по справедливости. Однако хоть и взаимное удаление, но далеко не равноценное. Это отлично понимают болельщики автобата и очень громко сообщают, как бы они использовали судью, будь их воля.
Тот злится, хоть и не подает вида. Его симпатии теперь явно на стороне футболистов первой роты, тем более что те ведут себя под грозным недреманным оком Рожнова на редкость корректно, а автобатовцы, напротив, оставшись без разыгрывающего, носятся неорганизованной толпой и нередко устраивают свалку.
Вот кто-то из них в отчаянье вытолкнул мяч на угловой на линии штрафной площадки.
— Ромка, выкинь! — кричит Боб.
Тот трусит к мячу, понимая, что настал момент применить тактический сюрприз. Широко расставив поудобнее ноги, Ромка заводит мяч далеко за голову и выжидает. Вот Боб уже в штрафной площадке перед воротами, высоко подпрыгивает на одном месте. Мяч сильно и точно летит к нему, и Бобу остается только подставить голову. Почти как в бильярде, когда играют «своего», мяч, срикошетировав, резко меняет направление и врезается в верхний угол ворот.
После второго гола Рожнов будто обезумел. Он пытается успеть везде сам, вырывает мяч у своих, кидается единолично в толпу противников, те, естественно, мяч отбирают, втыкаются в зональную защиту. Свалка, суета. Только собственная неорганизованность мешает автобатовцам забить гол. Но видно по всему, что он неминуем.
— Боб, возьми минуту! — орет через все поле Ромка.
Судья делает ему замечание.
— Это же не баскетбол, — одергивает его Стас. — В футболе нет минутных перерывов.
На их — счастье, судья смотрит на часы и дает длинный свисток. Первый тайм окончен. Расслабленно упав на траву за воротами, начали зло переругиваться.
По искреннему убеждению Рожнова, были виноваты все, кроме него самого, конечно.
— Ты же капитан! — увещевал его Ромка. — Должен видеть всю команду, дирижировать! А ты что делаешь? Самый плохой пример подаешь! Носишься один как угорелый, остальные стоят, скучают.
— А что толку, если им давать? — огрызнулся Боб, кивая на «бегунов». — Тут же теряют мяч. Сколько раз просил: сделайте заслон! Так нет, прибегут, встанут сзади защитников, только сами себя закроют и довольны!
— Мы не успеваем, — попытался кто-то робко оправдаться.
— Давай мы будем подключаться, — предложил Стас.
— Свет вроде адаптировался. Как, Светик?
— Они мне только мешают! — довольно-таки самонадеянно заявил Анохин.
Друзья
— Мы его поддерживали, а он... — завозмущался Ромка.
— Ну и отлично. Пусть один стоит, — прервал его Боб. — Будете играть впереди. Только не вздумайте ногами мяч пинать.
— Это еще почему?
— Сразу будет видно, что вы отродясь в футбол не играли, — под общий смех всей команды заявил капитан.
— А мне что делать? — жалобно спросил марафонец. — Моего-то выгнали. За кем теперь бегать?
Решили и его направить в нападение.
— Итак, избираем наступательный вариант! — заключил Рожнов. — Ну, автобатовцы, держитесь.
Игра возобновляется. Боб с центра уходит на левый край. Мяч тут же попадает к нему. Вражеские защитники бросаются наперехват, но спотыкаются о Ромку и Стаса, затормозивших на их пути. Заслон поставлен мастерски, что значит баскетбольная выучка. Судья подозрительно на них поглядывает, но все по правилам.
Боб тем временем бьет по воротам, но вратарь — начеку. Высокой свечой он возвращает мяч к центру.
— Мяч круглый! — часто говорят с философским спокойствием игроки и особенно тренеры, намекая на превратности футбольной формулы.
Ее гримасы испытывают на себе и перворотцы. Один, второй, третий раз Боб выходит свободно к воротам, пользуясь заслоном. Но мяч словно заколдован. То он летит много выше верхней перекладины, то попадает точно во вратаря. Видно, что капитан начинает уставать. Его железные силы на исходе. Вдруг мяч после неудачного паса попадает в ноги к одному из нападающих противника. Тот стремглав летит к воротам Светика. Защитники не успевают за ним. Анохин нервничает, выбегает вперед и после недолгих колебаний бросается в ноги нападающему. Увы, делает он это чересчур рано, и нападающий своевременно обходит лежащего с закрытыми глазами Светика и вбегает вместе с мячом в ворота.
— Вне игры! — кричат болельщики.
Но судья показывает, что все правильно. Гол засчитал. Два — два. Во время суматохи к автобатовцам подбегают грузин и какой-то офицер. Бурно жестикулируя, они что-то втолковывают своим. Их удаляют. Но скоро становится ясно, что за совет они преподали.
Бетонная защита. Пусть будет боевая ничья. Во что бы то ни стало уйти от поражения! Больше ни один из автобатовцев не уходит дальше середины поля. Напрасно стараются Ромка и Стас. Всем одновременно заслон не поставишь. Да и Боб захромал, редко пытается сделать рывок.
Автобатовцы же, не стесняясь, при первой же возможности посылают мяч за пределы поля.
В который раз Ромка вбрасывает мяч. Но напрасно в центре площадки прыгает капитан. Защитники начеку.
Они вчетвером окружают его. Не спускает глаз с Боба и бдительный вратарь. Ромка стоит на краю поля, под острым углом к воротам. Он поворачивается к центру площадки, делает обманный финт, будто кидает на голову Бобу, и молниеносно, что есть силы, запускает мяч в ворота. Никто и моргнуть глазом не успел, как он мягко проскользнул в сетку, почти коснувшись перекладины.