Добрые времена
Шрифт:
Через час Угаров показался вновь на пороге кабинета ответственного секретаря, держа в руке доклад, свернутый в трубочку.
— Да, пощипал меня отец Василий! — сказал он громко, окидывая сотрудников смеющимися глазами. Неожиданно его взгляд остановился на Бессонове. — Новенький? Как звать?
— Романом, — смущенно ответил тот.
— Давно у нас?
— Скоро полгода.
— Какие вопросы освещаешь?
— В основном комсомольскую жизнь.
Угаров кивнул.
— Ясно. Ну и как наш комсомол?
Роман осмелел:
— Комсомольцы
Угаров кивнул головой:
— Разумов мне рассказывал. Инициатива добрая, но, если честно, сомнение меня берет. По-моему, комсомольцам нужно больше воспитанием заниматься, культурой, спортом, а то все пример с больших берут — технический прогресс, НОТ. Не согласен?
— Думаете, не справимся? — уже завелся Роман.
Угаров пожал плечами:
— Уж больно вы за все горячо и легко беретесь, а до конца редко доводите. Впрочем, время покажет.
Директор повернулся к редактору:
— Ты, Коля, что-то хотел сказать?
— Борис Алексеевич, видите, в какой тесноте сидим?
— Знаю, знаю. Терпите, ребятки. Вот новый инженерный корпус построим, тогда любые хоромы дам. Ну, бывайте до вечера!
...В фойе Дома культуры было уже людно. То и дело раскланиваясь со знакомыми, Самсонов провел работников своей редакции к стендам.
— Вот видите эскизы? — сказал с гордостью редактор. — Так будет выглядеть наша литейка. Это новый сборочный. А вот макет будущего стадиона. Красавец! На двадцать пять тысяч мест размахнулись.
— Не многовато ли? — покачал головой Василий Федорович. — На заводе куда меньше работает...
— А ты с семьями посчитай. Как раз будет! — горячо заспорил Самсонов.
Прозвенел звонок, приглашая всех в зал.
Доклад Угарова собравшиеся слушали очень внимательно. Он часто отрывался от бумаг, увлеченный той или иной проблемой, начинал говорить «от себя» — живо и интересно.
В тон докладу были и выступления — продуманные, дельные. Горячо, хоть и сбивчиво, говорил Холодковский о будущем сборочном конвейере. Толковые предложения о внедрении НОТ внес Немов. Резко критиковал проект здания литейки Крутов-старший.
— Все перекрытия и опоры запроектированы с многократным превышением прочности. К чему такие излишества? — возмутился он. — Здание должно быть легким, воздушным.
— Проектировали, исходя из возможностей нашего городского комбината железобетонных изделий, — бросил реплику из зала главный металлург.
— Я думаю, что Крутов прав, — неожиданно вмешался сидевший в президиуме секретарь горкома, высокий человек с пышной шевелюрой. — ЖБК беру на себя. Думаю, что они сумеют сделать более легкие опоры.
Он поднялся из-за стола, откидывая прядь волос назад:
— Раз уж я начал, разрешите еще одно предложение внести?
— Конечно, конечно! — послышалось из зала.
Я по поводу стадиона. Проект великолепный, сделан с размахом. Но, позвольте спросить, сколько времени вы собираетесь его строить? Пять лет, а то и десять?
— Может
— Не поверю. Вы же отлично знаете, как культурные объекты строятся. Пока производственные объекты не сдадите, руки до стадиона не дойдут. Точно?
— Пожалуй, — согласился Угаров, шутливо почесав в затылке. — Так помечтать-то ведь хочется...
— А я предлагаю этот стадион за год построить, — напористо сказал секретарь.
— За год? — на этот раз не поверил сидевший рядом с Угаровым заместитель министра.
— За год, — подтвердил секретарь. — Для этого надо привлечь на паях все предприятия города.
— Так они потом будут хозяйничать, как у себя дома, — заупрямился директор.
— Соглашайся, — толкнул Угарова в бок заместитель министра. — Действительно, уже через год стадион будет. И потом главным хозяином все равно завод будет. Правильно я говорю?
— Конечно, — подтвердил секретарь горкома. — Остальные предприятия будут арендовать у нас помещение по договоренности. По рукам?
— Эх, была не была! — весело сказал Угаров, и все присутствовавшие дружно зааплодировали.
Заместитель министра, выступавший последним, начал несколько необычно.
— Планы, товарищи, вы наметили хорошие, можно сказать, замечательные. Но знаете, что теперь самое главное? Главное, осуществить их не на бумаге, а на дело. Вот в докладе вашего директора прозвучала критика в адрес министерства. Дескать, мы просили шестьдесят миллионов рублей, а нам дали только половину.
Но насколько осуществимо освоение таких средств? Допустим, что министерство дало бы вам все шестьдесят миллионов. Хотя, конечно, это абсолютно нереально, поскольку у него таких заводов, как ваш, не меньше ста. Но тем не менее допустим. Из них почти треть вы планируете на строительство. Кто вам такие суммы строймонтажа осваивать будет? Сколько ваш городской трест за год осваивал?
— Где-то в среднем двадцать миллионов, — ответил секретарь горкома.
— Итак, двадцать миллионов. А в вашем городе немало промышленных предприятий союзного и республиканского значения. Да еще местная промышленность. Сельское хозяйство. Кроме того, горсовет свое жилье строит, так?
— Так, — согласился Угаров.
— Вот и получается, что вам строители смогут осваивать двести-триста тысяч в год. А вы считали где-то четыре-пять миллионов. Конечно, это нереально!
— Но надо учитывать, что наш завод — крупнейший в городе, а может, и в области, — начал багроветь Угаров. — И мы определяем уровень технического прогресса...
— Согласен, — кивнул заместитель министра, — но даже при самом благоприятном отношении — не больше миллиона. Значит, остается только один путь. Сложный, трудный, но, видимо, единственный — больше брать на себя. Ну, во-первых, проектирование и производство всех автоматических линий организовать на заводе. Тем более, то, что вы задумали, не имеет аналогов даже за рубежом. А вы должны сделать и быстрее, и качественнее.