Добрый человек
Шрифт:
— Ты помогаешь мне, я отвечаю на твой вопрос.
— Почему не наоборот? Утром деньги, вечером стулья? Так у классиков принято.
— Потому что ответа пока еще не знаю. Есть только очень нехорошие подозрения. Кстати, сколько денег обещали?
— Два золотых луидора короля Навары. Торг уместен.
— М-да. Двойной пипец. Умеешь ты находить приключения.
— Звучит не слишком обнадеживающе, но я согласен.
— Кто бы сомневался, — ехидно произнесла Маруся, давая понять, что я вляпался во что-то подозрительное сразу четырьмя ногами. Почему четырьмя?
— Встречаемся ровно в шесть вечера на первом этаже у входа в «Око». Москва-Сити. Не опаздывай. Чмоки. Все, побежала — у меня еще дел по горло.
Похоже, меня снова развели на ровном месте. Об оплате ни слова. А куда деваться? Хотя, грех жаловаться, увлекательные приключения вместе с красивой девушкой — мечта любого поэта и романтика. Жаль, что я ни тот, ни другой.
Между тем, возникла непредвиденная проблема. Бюджет российского студента не предполагает наличие смокинга, и даже обычного двубортного костюма обычно в гардеробе не подразумевает. Конечно, проблема решаемая, можно, например, просто одолжить что-нибудь приличное у соседей в общаге, но для этого нужно время и немного удачи. Ибо размеры и вкус не у всех людей совпадают.
Поэтому решил не мудрить и закосить под айтишника, коим и являлся. Требования к одежде у них минимальны, но в откровенно дешевом шмоте тоже появляться неразумно. Деловая встреча в одной из башен Москва-Сити по определению не может быть скромной и бедной. Тем более, с такой роскошной дамой, или, как выражается Игорек — с настоящей крашиней!
Если бы мне месяц назад, кто-нибудь сказал, что обменяю свою свободу на какую-то курточку в стиле Буратино — я бы усомнился в душевном здоровье говорившего. Но деваться было некуда, время пожимало, поэтому отправился прямиком к коменде.
— Элеонора Ефимовна! Хочу вступить в опер-отряд!
Комендант хоть и удивилась, но в обморок не упала. Заподозрила наверное что-то. Добровольцев, желающих следить за порядком в общаге, у нас отродясь не водилось. В оперотряд попадали только по залету, в качестве отработки за особо крупные косяки.
— Сергеев, желание, конечно, похвальное. Но мне некогда с тобой лясы точить. Говори прямо, чего хочешь? Ни за что не поверю, что у тебя совесть проснулась.
— Прямо, так прямо! У меня сегодня встреча с родителями моей девушки.
— Это ты очень издалека зашел, — поразилась моей прямоте команда. — Давай ближе к телу.
— Надеть нечего. Не хочется выглядеть оборванцем. А участникам опер-отряда полагается фирменный мерч и бомбер.
— Чего полагается?
— Свитер и куртка с символикой университета. Петров с седьмого этажа в такой ходит.
— Ну, допустим. Только это вещи подотчетные, за деньги профкома купленные. Кому попало не раздают.
— Отработаю. Готов мыть коридоры на всех этажах сразу. Вы меня знаете.
— В том-то дело, что знаю, — задумалась Ефимовна, подсчитывая процент моих косяков по отношению к принесенной пользе. Выгода победила с явным преимуществом. — Окей.
— Вы хотели сказать, красивая?
— Правильно я сказала. Красота в семейной жизни не всегда полезна.
— Зря, вы, Элеонора Ефимовна. Вот вы и красивая и в семье у вас полный порядок. Муж замечательный.
— Вот ты, лис хитрый, и язык без костей. Будет тебе лук модный. Но смотри, если обманешь…
* * *
Для страховки вооружился «освежителем ауры», вдруг непредсказуемая мадам снова включит режим магического соблазнения/очарования. Так же прихватил с собой пакетик с кедровыми орехами. Это уже для улучшения умственных способностей, чтобы не провалить с треском первое задание. Приятно, конечно, когда тебя принимают за гениального программиста, но реальность несколько скромнее. Я всего лишь хороший специалист по веб-программированию. И только. Поэтому без допинга никак не обойтись.
В шесть ровно был на месте. Работодатель опоздала на полчаса, впрочем, выглядела Маруся настолько эффектно и обворожительно, что язык не повернулся её упрекнуть. Вечернее платье и новая прическа сами собой не образуются. Правда, я в своем модном студенческом наряде в сравнении с ней выглядел теперь не очень, примерно, как американский школьник-переросток рядом с мисс Южная Каролина.
Задание, мне выданное, оказалось не сложным, но маловразумительным. Насколько понял, Машка и сама не знала, чего от меня требовать. Что-то в духе: пойди посмотри, не знаю что, и придумай, что с этим можно сделать! И вообще, вся история отдавала жутким экспромтом, хотя сама встреча, судя по всему, реальная и очень серьезная. То, что грациозна мадама сильно волновалась, было заметно невооруженным глазом.
— В возрасте двадцати четврех лет моя прабабка уже возглавляла секретариат наркома НКВД и выписывала приговоры пачками, — заметив, что я слегка побледнел, добавила. — Шучу. Но про наркома — чистая правда.
— К чему эти добрые ламповые воспоминания?
— Возраст — не трамвай, ждать не будет. Пора начинать карьеру. Это мой первый самостоятельный проект. Проиграть никак не возможно.
Из дальнейших сумбурных объяснений понял только, что Москва для неё — если не враждебная локация, то очень сложная. И переговоры будут с конкурентами на их территории.
— Перед твоим природным обаянием никто не устоит, — решил немного поддержать нервничающую барышню. Тонко намекая, что любого мужика охмурить с её внешними данными и способностями — раз плюнуть.
Выяснилось, что не любого.
— Дедуле уже за девяносто. Вряд ли, его интересуют девушки моего возраста, — отмахнулась Машка, нервно кусая губы. — Такой дед сам кого хочешь охмурит. Так, что вместо мозгов картофельное пюре получится.
На этом инструктаж закончился. Мы зашли в лифт, где кроме нас оказалась куча народа, и говорить стало неудобно.