Добыча волка
Шрифт:
— Эй, ты жива? — голос подвел на последнем слоге от переживаний и затянувшегося волнения. Сначала ответом мне была лишь тишина, и я забеспокоилась – не убилась ли моя спасительница при приземлении? Но уже потом выдохнула – прямо за черно-фиолетовыми ветками различила женскую фигуру. Рыжие спутанные волосы, невысокий рост, - это, несомненно была она, та, кто вывел меня из дома охотника.
Я выдохнула: слава богу!
— Ты не ранена? — она продиралась сквозь можжевеловые ветки с хрустом и нервными чертыханиями. Наконец, встала прямо передо мной и осмотрела меня с ног до головы. Сначала мне показалось, что это
— Эй, ты не ранена? — снова спросила она своим глубоким грудным голосом, и я отрицательно покачала головой в ответ. Кажется, она осталась удовлетворена, но тут же снова забеспокоилась. — Черт, не успели улететь. Здесь нас точно сцапают оборотни!
Я развела руками в стороны.
— Наверное, мне нужно вас поблагодарить, что спасли, — неуверенно начала я. — Спасли из дома охотника. Я очень признательна вам за это. Там, у дома было очень много волков. Один бог знает, что бы они со мной сделали. Но вы…это просто чудо, что вы так вовремя оказались на пороге этого дома…
Женщина махнула рукой: мол, пустое, и подошла ко мне очень близко. Взяла мое лицо в ладони, внимательно вгляделась в глаза.
— Как много в тебе этой магии? — тихо спросила она, но вопрос был больше обращен к ней самой, чем ко мне.
Я пожала плечами.
— Вот сейчас и выясним! — по ее лицу скользнула коварная улыбка, лицо тут же потеряло все благодушие, и на меня в упор смотрели глаза хладнокровного убийцы.
— Что вы хотите… — отшатнулась я назад.
Женщина махнула рукой, и на моих руках сами собой защелкнулись браслеты с цепочкой. Холод ужалил запястья, а незнакомка со всей силы толкнула меня назад. Отлетев, я ударилась спиной о дерево, и тут же вокруг моей талии сама собой начала закручиваться веревка. Наручники больно опалили огнем кожу, и я взвыла. Черт, по шкале боли от одного до десяти это однозначно была десятка! Даже хуже, чем утром, когда у меня в руках загорелся сотовый телефон.
— Проверим, что там за магия у тебя такая… — прищурившись, медленно шла прямо на меня похитительница. Она вытянула вперед ладони, и прямо в руки ей откуда-то сверху упал широкий, большой нож. Сталь блеснула, поймав солнечный луч, и хищно отразилась в глазах незнакомки…
— Эй, что вы собираетесь делать? — дернуться, вырваться из плена не получалось. Запястья крепко держали наручники, а тело намертво привязано веревкой к дереву. Кора сильно царапала голые ноги, казалось, будто муравьи ползут по спине, или это были мурашки от страха и волнения?
Женщина ухмыльнулась. Она покачала в руке огромный, длинный нож с толстой ручкой. Его сталь блестела старинным таинственным светом, не обещая ничего хорошего. Я дернулась раз, еще и еще. Но теперь вместо страха во мне разрасталась злость – получалось, что я попала из огня да в полымя.
Но если охотник по каким-то неведомым причинам спас меня из полицейского управления,
— Хочу кое-что забрать, — она усмехнулась. Достала из кармана небольшой мешочек и начала высыпать его содержимое песком вокруг дерева, к которому я была привязана.
— Послушайте, — взмолилась я. — Я не делала ничего плохого, то, что случилось в полиции – случайность. Я не хотела, чтобы так вышло, никому и никогда не желала зла. Да у меня даже штрафов за неправильную парковку нет!
Она встала напротив меня и завязала шнурком свой мешочек. От глаз разбежались морщинки, на лбу же они собрались огромными волнами.
Все мои слова не достигали цели – ей было все равно.
Она просто делала свою работу, которую начала и убедить ее прекратить не было возможности.
— Помогите! Помогите! Ау! — заверещала я.
Но мой голос оседал прошлогодними листьями под деревом. Кто услышит призыв о помощи в глухом лесу?
— Давайте поговорим, — взмолилась я. — Что вы хотите сделать?
Но ведьма уже ходила вокруг дуба, к которому я была привязана, и посыпала на свои следы порошок из холщового мешочка. Она не слушала меня, ей будто было все равно, что происходит.
Страх когтистой лапой сжал горло, в висках застучали молоточки.
— Что вам нужно? — зачастила я, безрезультатно пытаясь вырваться. — У меня ничего нет. Хотите, отдам вам сто пятьдесят долларов…
Но женщина и слушать не хотела ничего.
Она начала бубнить себе под нос заклинания, но слов разобрать было невозможно.
Я была, наверное, самой ужасной ведьмой во всем мире, и самой бестолковой. И сейчас отчаянно ругала себя за то, что в пансионате для девочек, куда привозили маленьких ведьм, прогуливала те немногочисленные уроки, на которых давалась сложная ведьмовская наука…Сейчас бы я, наверное, лучше понимала, о чем идет речь, что бормочет эта странная ведьма себе под нос и чего она хочет добиться.
Понятно дело, что ничего хорошего – просто так никто никого не похищает, не пристегивает наручниками, не привязывает к дереву.
— Как вы меня нашли? — я снова и снова пыталась достучаться до нее. В ответ она лишь хищно блеснула глазами, и опять вернулась к своему занятию.
Я, как могла, напрягла слух, боясь пропустить слова, которые будут ко мне обращены, и с удивлением поняла, что ведьма говорит на каком-то древнем наречии. То есть я бы никогда не поняла ее, даже если бы закончила пансионат круглой отличницей! Там таких заклятий не давалось точно. Нас учили обращаться с травками, которые могут снять боль, показывали, как укротить всполохи магии, которые могут вдруг нарушить покой, немного влиять на погоду, подправляя, и все…
В мире усредненной магии делать что-то большее было невозможно.
А тут…
Ведьма была явно сильной, очень сильной и странной. И, к тому же, пугающей.
Она могла летать – а ведь я до этого дня и не видела никогда вживую, что это возможно. Она нашла меня каким-то образом, хотя я находилась в самом сердце леса, а в нескольких футах от меня бесновались и выли оборотни.
— Кто вы?
Женщина остановилась напротив меня, выставила вперед свой длинный старинный нож с массивной деревянной рукоятью, высыпала немного порошка на его блестящее острие и проговорила несколько незнакомых слов.