Добыча волка
Шрифт:
В доме у Джеймса я не была.
Пока что…
Мы вообще с ним вдвоем не проводили времени. Так вышло, что у каждого оказались обязанности, которые требовали внимания, энергии, времени. Да и то, что мы живем с ним в разных местах, разделенные лесом, не упрощает поиска времени для свиданий.
Каждое утро он пишет мне сообщение с пожеланиями доброго утра, а каждый вечер я шлю ему свою фотографию. Наш флирт на расстоянии пока еще играет какими-то красками, дарит эмоции, но я все чаще думаю о том, что долго это продолжаться не может. Мнительная мыслишка о том, что ему это может
— Постой, я покажу, — торопится Тереза.
Она достает сотовый телефон и чуть не роняет его на пол, вовремя перехватывает над столешницей, прижимает к груди и бросает взгляд на лектора – не заметил ли? Но наш разговор за длинным столом у окна никого не интересует, урок идет своим чередом.
Я пожимаю плечами.
Что интересного она мне может показать?
Я уже не верю ни единому ее слову, и веду себя спокойно только в память о долгой дружбе. Не хочу повторения.
Тереза открывает диалог чата и увеличивает картинки.
— Это дом Брауна, — говорит она. — Смотри.
То, что я вижу, сначала не производит никакого впечатления.
Правда, большой дом, с невероятно красивой лестницей с деревянной отделкой, высокие потолки, мне заочно нравится. Видно, что дом огромен, что в нем не очень много мебели, но это и к лучшему - так он кажется воздушным, наполненным светом и легкостью. Окна пропускают достаточно света, и можно увидеть, что сад за этим стеклом в прекрасном состоянии – еще бы, волку больше по душе зелень. Я с грустью ловлю себя на мысли о том, что видела разные дома Джеймса: и небольшой охотничий домик в лесу, где он хранит оружие, и большой, укрытый за магической сеткой, который был разрушен ведьмами. Но этот…этот новый дом, который он приобрел совсем недавно – нет.
Эта неправильная, какая-то малодушная мысль немного грызет мое сердце, откусывает кусочки, заставляя жмуриться – мне не нравится, что я будто бы в чем-то подозреваю Джеймса.
На следующей фотографии – море шаров и цветов. Они все стоят в одной комнате, и не видно даже, сколько их там – так много, будто бы все цвета мира заточили в одно место. Синие, красные, желтые, голубые. Даже не разобрать, где они кончаются – нет ни единого промежутка, ни одного просвета.
Третья фотография получилась немного смазанной, но если приглядеться, то видно и понятно, что это – большая светлая комната, а посередине ее стоит манекен с длинным свадебным белым платьем. В кружевах виднеются искры от солнечных лучшей, которые пробиваются из огромного окна, оно невероятно шикарное, притягивает взгляд, если зацепишься.
Очень красивое.
Повезло той, для кого оно предназначается, кроме шуток.
А после Тереза запускает видео.
Ролик короткий, тот, кто снимает его, спешит и от того видео немного дрожит и зернится пикселями. Но уже совсем скоро фокусируется. И я вижу то, что заставляет ахнуть.
На дворе, прямо на изумрудной траве установлена терраса из цветов. Стулья расставлены будто бы уже в ожидании гостей, хотя заметно, что композиция еще не завершена.
И я понимаю, что это. Что здесь произойдет совсем
Все приготовления тут – свадебные.
В доме Джеймса Брауна вовсю идет подготовка к свадьбе.
К его?!
Я нервно ухмыляюсь.
Ничего себе новости.
Но при Терезе мне не хочется показывать свои эмоции, и я беру себя в руки. Отодвигаю ее сотовый телефон, бросаю взгляд вперед, на лектора, будто бы заинтересована тем, что он нам вещает.
Девушка переворачивает экран вниз.
И тут я вдруг думаю о том, что она снова могла обмануть меня.
Она уже однажды предала, что мешает ей сделать это снова?
— Бьянка, мне очень жаль, — говорит Тереза. — Но это и правда дом Джеймса Брауна, альфы стаи волков.
Я отворачиваюсь. Держусь, чтобы не показать, как заблестели мои глаза.
— Волки поставили ему условие: он должен доказать, что все, что вы сделали, - правда. Он может остаться главой стаи волков, альфой, только в том случае, если у него родится волчонок. В город уже едет оборотница. Она согласна на такой договорной брак.
Я сглатываю.
Примерно об этом я думала все время, когда Джеймс пропадал вдруг на полдня из сети, понимая, что волки не смогут отпустить своего альфу просто так к ведьме. Ведь так или иначе застарелая ненависть не может пропасть по щелчку пальцев.
Сердце сжалось так сильно, как никогда прежде.
В голове запульсировали разные мысли.
Да, все верно. Он потому сейчас так отдалился, почти пропал. Видимо, решил, что нужно все свести потихоньку на нет…
Перед глазами встал тот самый разговор в лесу с Терезой и Лэндоном. Неужели Джеймс тоже решил смалодушничать? Но это ведь так на него не похоже…Он совсем другой: сильный, крепкий, уверенный во всех своих делах и поступках. Всегда знает, что сделать и сказать и при этом никогда не оглядывается на других – его стержень внутри из самого сильного сплава, его не сломать, не сломить, не нагнуть себе в угоду…
— Это, конечно, немного странно – что волчица уже готова и замуж выйти, и ребенка родить от незнакомого, по сути, альфы, но…Не с ведьмой ему ведь жить, правда?
Подняв голову, я вдруг замечаю, как Тереза смотрит на меня – будто бы хочет добить, планирует унизить меня своими словами. Заметив, что я обратила внимание на нее, она тут же отводит взгляд.
И все тут же встает на свои места.
Она снова это сделала! Снова.
— Тереза, ты невероятно, ужасающе глупа, — я не повышаю голоса, но в нем чувствуется сталь. — Так хочешь насолить мне? У тебя ничего не выйдет, ясно?
— О чем ты, Бьянка… — она все еще играет роль, но мне хватило одного взгляда, чтобы понять: она лжет. Тереза ни о чем не сожалеет. И, скорее всего, эти фотографии, — самой настоящей воды иллюзия, фейк.
— У нас с Джеймсом все прекрасно. И тебя не касается наша жизнь.
— Он все равно женится на волчице, бросит тебя, хоть всю магию призови, ничего не изменишь. —Тереза вдруг отбрасывает свою личину в сторону, и я вижу злой блеск в ее глазах, понимая, от чего она злится: все дело в магии! У нее ее всегда было немного, и сейчас, когда о магии только и говорят, похоже, ей стало еще более неприятно.