Добыча
Шрифт:
— Это Мэдлин, — сказал он, кивнув в сторону пурпурноволосого суккуба, чья пышная грива ниспадала на спину роскошными волнами. — Она позаботиться о тебе, пока я буду встречаться с Верье.
Произнося последнюю часть своей реплики, он пристально посмотрел на суккуба, намерено повысив голос настолько, чтобы та уяснила, что от нее требуется.
— Без проблем, — промурлыкала Мэдлин в ответ, и лишь улыбнулась, когда Северус сжал ее руку, положив в нее стодолларовую купюру. Суккуб знала, что получит еще столько же, как только он вернется и обнаружит, что Мойра цела и невредима и находиться там же, где он ее
— Мы с ней одно и тоже, — добавил он, обращаясь к Мойре, и та кивнула, слегка приподняв брови, как только уловила смысл его слов. — Так что тебе не стоит бояться ее.
— Не стала бы нас сравнивать, — возразила Мэдлин, облокотившись на барную стойку и подперев подбородок кулаками. — Я намного, намного лучше.
— Безусловно, — ответила Мойра с легкой дрожью в голосе. — Приятно познакомиться.
— О, она такая душка, — проворковала Мэдлин, выпрямляясь так резко, что это движение чуть не заставило Мойру соскочить со стула. Северус удержал спутницу на месте, не желая того, чтобы Мэдлин уловила, как просто ее напугать.
— Не спускай с нее глаз, — приказал Северус. Затем он резко схватил суккуба за запястье, когда ему показалось, что Мэдлин потянулась через стойку бара, чтобы коснуться лица Мойры. — И не смей ее трогать.
— Ох уж, эти мужчины, — проворчала Мэдлин, демонстративно закатив глаза перед Мойрой. — Ужасные собственники. Что я могу предложить тебе выпить, милая?
— Эм… — ее растерянные голубые глаза теперь смотрели на полки с напитками. — Мартини, пожалуй.
— Прекрасно. С оливкой.
— Да, благодарю.
— Какая воспитанная, — проворковала Мэдлин, словно нянчась с ребенком, когда Северус посмотрел на часы. — Где ты откопал такую, Сев?
Северус нахмурился. Никому, за исключением Аларика, он не позволял таких вольностей со своим именем. Увы, сейчас у него не было времени для препираний, поэтому он чмокнул Мойру в щеку, посоветовал ей не злоупотреблять спиртным и направился к лестнице в дальнем углу бара. Оглянувшись напоследок через плечо, он пристально посмотрел на Мэдлин, которая лишь отмахнулась от него, не скрывая раздражения, которое он уловил даже в другом конце зала.
С альбомом в руке и сердцем, ушедшим в пятки, Северус поднимался по лестнице, преодолевая по две ступеньки за раз и надеясь, что Верье пребывал в хорошем расположении духа. С князем Ада всегда нужно быть начеку, так как он улыбается и тогда, когда ты ему нравишься, и вроде как улыбается перед тем, как перерезать тебе горло.
И Северус понятия не имел, как отличить одно от другого.
Часть 5
Мойра не совсем понимала, что ожидала от демонического бара, но явно не то, что увидела.
Погружение в мир ангелов, демонов и прочей сверхъестественности за последние несколько недель, проведенных с Северусом, было довольно захватывающим. Помимо того, что она приблизилась намного ближе к тому, чтобы отыскать своего отца, чего бы, наверняка, не добилась в одиночку, Мойра, наконец-то, начала чувствовать себя человеком. Не бледнокожим уродом и непонятным существом. Теперь, глядя в зеркало, она не видела перед собой ходячий труп. По крайней мере, это перестало казаться ей чем-то невразумительным. Конечно, она еще не поборола полностью
И роль Северуса в том, что помочь ей узнать себя настоящую, была значительной. Несмотря на все его насмешки, лукавые взгляды и кривляния, он был самым внимательным, заботливым и незаменимым мужчиной, хоть и демоном, с которым она общалась столь долгое время. С ним она чувствовала себя самой собой, не взирая на все трансформации.
Это стало освобождением.
И в плане секса тоже. Интим с Северусом был несравним ни с чем, испытанным ей ранее, Мойре потребовалось все ее самообладание, чтобы не прописаться в его спальне навсегда. Она не только имела возможность прикасаться к нему, не опасаясь, что переломает ему кости, но и открыла с ним для себя мир наслаждений, о существовании которых даже и не подозревала. Что, насчет оргазмов? Они просто невероятны. Феноменальны. Оба больших пальца вверх. Высшая оценка. Сплошные плюсы. Десять, мать вашу, из десяти. Мойра все еще никак не могла свыкнуться с тем, что ее тело способно испытывать что-то настолько охренительно приятное. Игра явно стоила свеч.
Но самое главное было то, что Северус вернул ее к жизни, из которой, как ей казалось, она выпала уже около года назад. Когда люди касались ее или случайно задевали — эона практически не чувствовала этого. Лишь повстречав Северуса, Мойра осознала, насколько отличается от людей, с которыми была знакома всю свою жизнь, и она ни за что не хотела терять то, чувствовала рядом с ним, особенно учитывая то, что его прикосновения быль столь ощутимыми. Каждый поцелуй, каждый укус, каждое касание руки, скольжение кончиков пальцев по ее коже — Мойра чувствовала все, и это было чертовски приятно. У нее больше не было причин прятаться, позволяя всему остальному миру существовать без нее. Северус вернул ее к жизни, просто позволив быть самой собой, и, наверное, она никогда не сможет в полной мере отблагодарить его за это.
Крышесносный секс являлся довольно неплохим взносом в это.
Взгляд Мойры скользнул вверх по каменным ступенькам, провожая Северуса, пока тот не исчез из виду. Он бывал порой довольно мрачным, и ей все еще требовались усилия, чтобы удачно взаимодействовать с ним — с его темнотой, скрывающейся за проницательным взглядом — но она была готова к этому. Мойра самоотверженно стремилась к этому, замечал Северус этого или нет.
Именно потому, что он помогал ей чувствовать себя защищенной в этом новом, непривычном для нее мире ангелов и демонов, а еще заставлял ее чувствовать себя живой среди других людей.
Мойра нуждалась в нем.
— Ты все еще здесь, милая, — Мэдлин, соблазнительный суккуб, с которым он оставил ее, поставила перед ней бокал мартини, ослепительно улыбаясь. — Твой мартини с оливкой.
— Благодарю. — Мойра поспешно поднесла бокал к губам, стараясь не морщится, когда джин обжег ей горло. Она не являлась любительнице этого напитка, но, оказавшись застигнутой врасплох, растерялась и ляпнула первое, что пришло в голову. Как правило, Мойра отдавала предпочтение пиву или же что-то покрепче, что имело обманчиво фруктовый вкус.