Дочь Эльдории.
Шрифт:
Когда свет окончательно угас, Эля осталась стоять в комнате с Рондой. Она чувствовала, что теперь её жизнь изменилась, и путь, который ей предстоит пройти, был полон неизвестного и опасного, но в то же время чего-то светлого и величественного.
– Думаю, на сегодня с тебя хватит потрясений, – мягко проговорила Ронда. – Давай отдохнем. Завтра с рассветом отправимся в путь.
Ронда снова что-то прошептала, и комната вновь преобразилась. Уютная гостиная сменилась просторной спальней, где стояли две кровати с мягкими покрывалами, а у входа появилась ещё одна дверь.
– Там ванная, –
Эля тихо кивнула, всё ещё погружённая в размышления о том, что случилось и что её ожидает. Она направилась в ванную, чувствуя, как тяжесть прошедшего дня оседает на её плечах. Тёплая вода успокоила её напряжённые мышцы, но мысли продолжали кружить в голове, как беспокойные мотыльки вокруг свечи. Там же она нашла мягкую, тёплую, ночную рубашку.
Вернувшись в спальню, она осторожно легла на кровать, ощущая, как мягкие простыни окутывают её. Эля была уверена, что не сможет заснуть после всех переживаний. Но стоило её голове коснуться подушки, как сон внезапно накрыл её тёплой волной, унося в мир грёз, где она могла забыть обо всём, что ждало её наяву.
Глава 3
Лучи утреннего солнца пробивались сквозь витражи, окрашивая зал в мягкие золотистые оттенки. За длинным дубовым столом, покрытым белоснежной скатертью, сидела семья правителя эльфов. Владыка Альтарион, с характерной для него величественной грацией, клал на тарелку сытное угощение. Его серебристые волосы, собранные в аккуратный пучок, переливались в свете рассвета. Рядом с ним, в белом шелковом платье, сидела его супруга, леди Ильмариль, с нежной улыбкой наблюдая за супругом и детьми. Лориан, их единственный сын, выглядел сосредоточенным и задумчивым. Всегда весёлый, Лориан, давно уже выглядел именно так, потому как на его плечи была возложена миссия по поиску пропавшей хранительницы источника. За столом текла непринуждённая беседа, пока не была прервана неожиданным событием.
Вдруг, посреди утреннего спокойствия, на стол перед принцем, упал сверкающий свиток. Печать старца Илдрана была чётко видна на его поверхности. Лориан, удивлённый и немного встревоженный, поднял свиток. Он не мог сразу оторвать глаз от печати, её таинственная энергия, казалось, обладала особой силой. С трепетом он раскрыл свиток, его глаза бегло пробежались по строкам.
Выражение лица принца изменилось, сначала он был удивлён, затем растерян, как будто послание несло в себе неясную угрозу. Владыка Альтарион, заметив перемену в лице сына, отложил нож и вилку и вопросительно посмотрел на него.
– Что там, Лориан? – спросил Альтарион, его голос был спокойным, но в нем всё же проскользнула нотка беспокойства.
Лориан, не отрывая взгляда от послания, медленно начал читать вслух, его голос был прерываемым, как будто каждое слово требовало особого внимания.
– Как утро встретит мир, так и ваш путь вновь пересечется с тенями прошлого. В час, когда солнце склонится к горизонту, и тени станут длиннее, чем свет, вы обретете в своих руках то, что потеряно.
Пусть сны о былом и мрак древних дней приведут вас к истине, которую не осмелится назвать никто. Вы и тот, кто стоит на краю бескрайних гор, получите
Скоро звезды на небесах соединятся в предзнаменование. На перекрестке дорог, где перекликаются нити судьбы, тайна будет раскрыта. Да будет путь ваш ясен, когда последний луч дневного света погаснет.
По мере того как слова, словно магический поток, окутывали всех присутствующих, в зале повисла напряжённая тишина. Владыка Альтарион посмотрел на сына с сосредоточенным взглядом, его ум уже искал смысл в загадочных словах старца.
– Лориан, ты должен встретиться с Илдраном. – произнёс Альтарион, поглаживая подбородок.
– Как ты понимаешь, то что он пишет? Для меня большая часть его высказывания словно шарада.
– Научишься сын. А теперь отправляйся к нему, думаю герцог тоже уже в пути.
– Герцог?
– “Тот, кто стоит на краю бескрайних гор.” Уверен это герцог Феррандор. Мне казалось вы нашли общий язык.
Лориан кивнул, ещё не полностью осознавший как отец разгадывает послания старца, но понимая, что его дальнейший путь теперь был ясно предначертан.
В своём просторном кабинете, украшенном драгоценными трофеями и антикварной мебелью, герцог Дайрен эр Феррандор завтракал в одиночестве. Письма и документы, аккуратно разложенные на столе, говорили о его несомненной ответственности и строгой дисциплине. На столе перед герцогом стоял его завтрак: золотистые оладьи, политые сладким сиропом, сочные фрукты и свежезаваренный травяной чай, аромат которого наполнял комнату.
Когда Дайрен поднял чашку, чтобы насладиться первым глотком, неожиданно для него на стол перед ним упал сверкающий свиток. Он заметил печать старца Илдрана на поверхности свитка, и сразу же насторожился. Печать старца обладала особой магической аурой, и её появление в кабинете было необычным.
Герцог, сдержав своё удивление, аккуратно снял печать и раскрыл свиток. Его взгляд бегло пробежался по строкам, и вскоре выражение его лица стало сосредоточенным и серьёзным. Послание, написанное в загадочной манере старца, заполнило его мысли.
Текст гласил.
В час рассвета, когда мир погружается в тишину, ваше имя вновь прозвучит в зале великого судьбоносного собрания. В зените дня, когда свет достигает своего пика, и тени исчезают, вы будете призваны найти то, что потеряно в мирах.
Когда звёзды на небесах начнут своё магическое движение, путь ваш пересечётся с теми, кто ищет ответы. Тайна будет открыта в момент, когда солнце начнёт свой медленный путь к закату. Приготовьтесь к пути, что приведёт вас в сердца скрытых миров.
Как только Дайрен закончил чтение, его глаза наполнились решимостью. Он оставил завтрак так и не прикоснувшись к нему, и направился на балкон. Ему не потребовалось много времени, чтобы подготовиться к перемене.
Сделав глубокий вдох, герцог сконцентрировался и, окружённый вихрем золотистых и зелёных чешуек, преобразился в великолепного дракона. Его чешуя переливалась оттенками зелёного и золотого, и при каждом движении она искрилась как драгоценные камни. Взмахнув крыльями он взмыл в воздух, поднявшись над высокими башнями своего замка.