Дочь химеролога
Шрифт:
Не знаю, сколько времени я сидел, не двигаясь, в судорожных попытках хоть что-то отыскать во внутренней пустоте. Перебирая свои воспоминания, обливаясь слезами от боли произошедшего и содрогаясь от совершенного. Нет, самих рыцарей было не жалко. Заслужили. Не я на них напал. Но вот то, как именно все сделал… быть Судьей — очень тяжелая ноша. Ведь каждый совершенный поступок прошел через мою душу, оставляя след, и вернулся. Многократно усиленный. И еще Рита. Прав был или нет, теперь узнаю, только когда действительно перейду через Грань. Думать сейчас об этом смысла уже не имело.
Слезы кончились.
…
Однако когда я попытался вскочить на ноги, то понял, что потеря воспоминаний только одна из проблем. Силу-то я вместе с Частичкой Тумана выкинул. А папин артефакт… его больше нет. Бегая по замку за рыцарями, я нашел свой рюкзак валяющимся в коридоре. Кстати, как раз перед залом управления. С разбитыми внутренностями и отсутствующими накопителями. Только даже если он был бы целым. Что с того? Как подзаряжать, как менять кристаллы? Я же всего этого не знал. И замковый артефакт мертв.
Ладно. Ничего страшного. Темный источник все же работает, значит, двигаться могу. Дойду до деревни посмотрю, что там. А потом, надо просто дождаться, когда вернется Анри. Или попытаться самостоятельно добраться до города. Стража обязана помочь. Ну, раз принял решение, то вперед. Вот только… лучше сначала к этим кустикам. Живое тело, оно все же имеет свои потребности, о чем неожиданно и очень настойчиво напомнило. Еще сильно захотелось пить, да и поесть не помешало. И какую-нибудь одежду. Только лучше в деревне. Да, в деревне. Возвращаться в замок и видеть все, что там находится, сил просто нет. Совсем. Особенно… того, кто в углу двора. Ну вот, опять. Так, не реветь, только не реветь…
…
Это было тяжело. Особенно после той воздушной легкости движений буквально недавно. Даже медвежонок, которого я сначала нес, а потом уже просто тащил за собой, казался неподъемным. Через некоторое время начало реально шатать, а окружающее перед глазами поплыло. Тело заныло во всех местах, где были раньше раны. То есть фактически полностью. Хорошо, что «покров» еще работал. И грязь к нему по-прежнему не липла. Так что несколько падений я пережил без последствий. Да и босиком по камням просто так пройтись бы не получилось. Правда, осталось его уже меньше половины показывающей полоски и видимого восстановления не происходило. Это плохо. И еще. Почему-то сам «интерфейс» как-то необычно себя вел, уже несколько раз сворачиваясь без моего желания. Странно, неужели, все же что-то в нем сломалось?
Дошел. Пусто. Никого нет. Пройдясь по улице до центрального дома, я остановился. Что-то кольнуло в сознании. Здесь жил… а кто здесь жил? Помню только, как меня, перепачканного, тут переодевали. Папа и еще… нет, не получается.
Эмиль фон Думкофф рыцарь Ордена Карающей Длани Света. Чуть ранее…
Как же болит голова. Просто раскалывается. Эмиль с трудом приподнялся и мутным взглядом осмотрел помещение, в котором валялся, то есть, естественно, соизволил отдыхать. Где он? В памяти потихоньку всплыли воспоминания. Ах да. Точно. Долгожданная операция. Правда, оказалось, что командовать придется всего лишь своим отрядом, а общее руководство будет осуществлять барон Дэнис фон Кравер. Но поразмыслив, Эмиль решил, что так даже лучше. А славу и признание можно добыть и в бою. Думать за других опять же не надо. Правда, доказать, какой он доблестный воин не получилось. Все прошло очень спокойно. Ну и хорошо.
А потом отряд Эмиля отправили в деревню, сидеть в засаде. Но почему-то попытки хотя бы так показать свой исключительный организаторский талант тоже ушли впустую. И ведь Родерика же не было. Однако рыцари теперь слушали по-прежнему не своего командира, а неприметного человека в черном, зачем-то приданного отряду в помощь. Когда же Эмиль выразил свое возмущение появившемуся с проверкой в деревне Дэнису, то в ответ получил распоряжение… помогать ухаживать за лошадьми. Их по какой-то непонятной для него причине почти всех оставили в деревне. Но это разве достойное для рыцаря занятие?
От расстройства Эмиль… немного расслабился. Совсем немного. Но ведь тут такая хорошая наливка была в подвале. И копченое мясо рядом висело. Потом… а что было потом? Смутная пелена образов почти не вызвала никакого отклика. Кажется, он пил, затем… пил. И… стоп. Вспомнил! Какие-то крики. Шум. Кто-то тряс Эмиля за плечи, потом убежал. Что-то произошло? Наверно так и не смогли без своего командира ничего решить и сейчас ждут распоряжений. Да, надо выйти и их раздать. Только сначала узнать, что случилось.
Выбраться из подвала оказалось непросто, но Эмиль справился. Правда, ступеньки все норовили уйти из-под ног. Затем об косяк двери хорошо приложился, до звездочек в глазах. Зато сознание прояснилось. Хотя голова начала еще сильнее болеть. Так, вроде выход там… ох, голова! Ничего, сейчас он создаст Печать Малого Исцеления. Сейчас… что же пальцы так плохо двигаются?!
С первого раза не получилось. Со второго тоже. Ну вот, наконец, что-то похожее. Эмиль впихнул голову в нечто светящееся, созданное судорожными движениями и некоторое время с облегчением ощущал, как боль уходит. Но затем вдруг его резко стало тошнить и то, что накопилось внутри, вылетело мощной струей, забрызгивая все вокруг. Когда же рыцарь смог, пошатываясь, выпрямиться, неожиданно «захотелось», да так, что он едва успел шагнуть в угол и спустить штаны. Но успел. Только вот когда вставал, почему-то повело в сторону, и лишь каким-то чудом не получилось сесть на то, что оставил на полу. Но, несмотря на все случившееся, самочувствие улучшилось. Так, теперь привести одежду в порядок, то есть отряхнуть хоть как-то от всего налипшего и наконец-то выйти к своим подчиненным.