Дочь химеролога
Шрифт:
— И я тобой очень доволен!
Принудительно усаженная в кресло, девушка вдруг также быстро успокоилась, правда, вцепилась в меня, как утопающий в спасательный круг. Старик в это время растеряно смотрел на происходящее, похоже, вообще, переставая его понимать.
— Прошу прощенья, Жан, за невольно увиденную сцену, но, к сожалению, пришлось все вскрытые в ее сознании императивы завязать на себя, — проговорил Даниэль, и, видя, что тот его не понимает, продолжил, — и… давайте не будем об этом. Надеюсь, ничего больше дальнейшему оформлению
— Нет, Ваша Светлость, — очнувшись от растерянности, Жан быстро вернулся за стол, — еще немного и все будет готово!
…
Уже ночью, возвратившись в гостиницу и лежа в своей постели, сквозь наползающую полудрему я почувствовал, как тихонько приоткрылась дверь и в мою комнату проскользнула испускающая робкие и сумбурные эмоции фигура. Подошла, слегка прикоснулась к лежащей свободно руке, вздохнула и немного постояв, стала устраиваться рядом на коврике, что находился на полу.
Нет, так не пойдет. Она что, хочет простудиться? Не знаю, почему Кайнэ, несмотря на свое отношение к Даниэлю, не желает спать с ним в одной кровати, но пол не самое лучшее место. Поэтому я, прогнав дремоту, сделал усилие и резко нагнувшись, подхватил пискнувшую девушку на руки, после чего уложил рядом, обнял и укрыл нас одеялом. Естественно, не преминул зарыться носом в любимую «мягкость».
Чувствуя как ненужные, по моему мнению, эмоции, из лежащего рядом тела уходят, сменяясь на уже привычно-смущенные с оттенком удовольствия, аккуратно прижался посильнее и заснул. Скучный день закончился невероятным на впечатления вечером. Интересно, что будет завтра?
Эли в тумане
Давненько я его не видел. Уже три дня как. Интересно и кто сегодня…
— Привет! — неожиданно резко раздалось сзади.
Поворачиваюсь и внимательно вглядываюсь в столь бесцеремонно появившуюся гостью:
— Привет, э-э-э, Чиса.
— Ура! Запомнила! Я так рада!
Девочка, даже ниже моего роста, с двумя забавными косичками и широкой улыбкой стоит очень близко и без малейшего стеснения рассматривает своими большими серо-зелеными глазами.
— Ты сегодня вместо Регны? — спросил я.
— Агась! Она немного занята. Ее опять пытаются реанкарнировать в том мире, а она сопротивляется.
— Почему?
— Да хочет чего-то нового, а то три раза возрождаться в одном и том же месте, да и еще с всеобщим поклонением, говорит, достало.
Смеющиеся глаза и улыбка до ушей.
— Понятно. А ты как?
— У меня ничего особенного. Обычные жизни. Вот сейчас отсыпаюсь после экзаменов. Ты даже не представляешь, какая это жуть!
— Знаешь, что-то глубоко внутри, тебе сильно сочувствует. Наверно я раньше сталкивалась с этими «экзаменами».
И действительно в сознании появился какой-то оттенок старых и неприятных ощущений.
— С ними все сталкивались! Ну ладно, хватит о грустном, я же пришла тебе завидовать!
— Так попросила бы! Он же любит… любил всех вас и в такой просьбе не отказал бы.
— Как? Говорить мы не могли, знаешь же, а по связи почему-то не получалось. Хотя на самом деле я привередничаю. Ведь в отличие от остальных, он носил меня на руках!
— Прямо, носил?
— Агась! Правда, недолго, всего два дня, но это были самые счастливые дни моей жизни. Жаль что последние.
При этих словах, она стала немного серьезнее и в глазах промелькнула небольшая капелька боли.
— Последние?
— Да. Я тогда получила задание на диверсию в крепости врага. Склады-то взорвала, но на обратном пути попала ловушку. Глупо получилось. До сих пор стыдно вспоминать.
— Сочувствую, так он тебя оттуда…
— Да не, крепость была очень далеко. Я сначала целый день пряталась во рву, затем всю ночь ползла навстречу с оторванными ногами. Уже потом он меня нашел и принес в лагерь. И два дня ходил, показывал, что я просила, к речке и на луг. Даже звезды вместе смотрели! Сам кормил, руки-то уже отказывать начали. Я так радовалась!
— Что, не смог вылечить?!
— Не-а, мне там все очень сильно повредило и осколками посекло. И время как бы было упущено. Он старался, но не получалось.
— Прости что…
— Да все хорошо, не переживай! Я тогда даже не почувствовала что умерла. Просто заснула, а проснулась уже здесь. Эх, что-то мы все не о том беседуем.
— Согласна, но тему для разговора выбрать сложно.
— Агась! О многом тут болтать нельзя, причем как водиться о самом интересном. Только если очень обобщенно.
Возникла небольшая пауза. Перебрав возможные варианты, я спросил:
— Ну… как там Акена и Кен?
— О, у них все хорошо, прелестные трехмесячные карапузы и представь, уже который раз брат и сестра, вот же везет! — искренне радуясь, воскликнула Чиса.
— Трехмесячные?
— Агась! Тут со временем очень странные вещи творятся. Лучше не задумываться, просто принять за данность.
— Понятно.
…
— Ой, хорошо поговорили, но, увы, пора и делом заняться.
— Каким?
— Как каким? Я же пришла не просто так. Тебе нужна будет моя матрица!
— Что, опять предстоит бой?
— Не, по дракам, это к другим. У меня диверсии, скрытое проникновение, одиночные ликвидации и тому подобное.
— Не знаю, зачем это нужно сейчас, но отказываться не буду.
— Другого ответа и не ожидала. Руку давай.
Взяв за ладонь, Чиса долго вглядывалась во что-то, видимое только ей, потом сжала и негромко проговорила:
— Пусть моя сила станет твоей.
Боль была недолгой, но скрутило сильно. Когда очнулся, успел только увидеть растворяющуюся в тумане тень и услышать шепот на грани: