Дочь Хранителя
Шрифт:
— Да.
— А Кадм?
— Тоже.
— Расскажи.
Голова работала плохо. Из всего, что говорил Лайс, до меня доходил лишь смысл отдельных фраз и разрозненных слов. Но этого хватило.
— Значит, шеф теперь старейшина?
В попытке улыбнуться натянулась и лопнула пересохшая кожа на губе. Выступившая капелька крови оказалась абсолютно безвкусной.
— А остальные драконы, что они?
— О тебе знает только совет. Но с их стороны бояться нечего. По крайней мере,
Бояться нечего. Прятаться не нужно. Можно просто жить.
Только не хочется.
— Он собирается забрать тебя, — продолжил Эн-Ферро. — Можем пойти на Пантэ. Или на Землю твою заглянуть. Сделаешь перерыв в учебе, а потом подберем мирок поспокойней. Как тебе такая идея?
— Никак.
Лайс пересел с кресла ко мне на диван.
— Галчонок, я понимаю, тебе сейчас не до этого. Ты расстроена, не хочешь ни о чем думать…
— Ничего ты не понимаешь. Я давно обо всем подумала. Обучение я закончу на Таре — это мы уже обсуждали.
В последние дни о сбежавшем колдуне и погибших ребятах вспоминалось все реже. А теперь, раз уж ничего другого не осталось…
— Гал?
— Все в порядке, Лайс. Ложиться и умирать я не собираюсь.
— Я хотел поговорить.
— Если о нем, то не надо.
Не сейчас. Потом. Когда я в очередной раз в своей никчемной жизни свыкнусь с мыслью, какая же я все-таки дура. Ведь свыкнусь же. Даже придумаю парочку шуток на этот счет. Когда смеешься сама над собой, становится легче. Хотя бы оттого, что тогда этого не делают другие.
— Не о нем. О тебе. Как ты себя чувствуешь?
— Лайс, ты издеваешься? Я чувствую себя круглой идиоткой!
— Посмотри на меня.
Я взглянула исподлобья.
— Ты помнишь, что было с тобой утром?
Нет, не издевается. Только вот о чем он сейчас пытается говорить, я тоже не понимаю.
— Не помнишь, — сделал он вывод.
— А что было?
— Что-то странное. Ты почти трансформировалась.
— В маленького глупого галчонка? — Только-только затянувшаяся трещинка на губе снова лопнула. На этот раз кровь оказалась соленой, как и положено.
— Нет, — покачал кард головой. — В большого и страшного дракона. Правда ничего не помнишь?
Помню. Но не про дракона.
Эн-Ферро придвинулся ближе, и я, как и сотню раз до этого, уткнулась носом в его плечо. Видимо, слез уже не осталось — в глазах щипало, резало, я жмурилась, терла их кулаком — ни одна слезинка так и не капнула. А кроме слез закончился воздух, дышать стало трудно, невозможно. Что-то давило, душило. Рванула ворот рубашки, распахивая ее едва ли не до груди — толку мало.
— Лайс, я…
— Не нужно. Все хорошо.
И тут же вскочил, как ошпаренный. Взгляд недоуменных, округлившихся
— Что… это?
Голос его дрожал, так же, как и указывающий мне не грудь палец.
— Откуда?
Ожерелье. Просто подарок. Видимо, не просто, раз Лайс так занервничал. Еще одна гадость? Ловушка? Пальцы рванулись к застежке.
— Нет, подожди. — Эн-Ферро чуть успокоился. — Не снимай.
Взял меня за руки, присев перед диваном на корточки.
— Когда он тебе его дал?
— Как ты догадался, что это он? — с трудом выговорила я.
— Я уже видел это ожерелье. — Лайс всмотрелся. — Нет, не это. Такое же. А то — то осталось на Эльмаре, Ил так сказал… Эльмар!
Он опять вскочил. Я все так же не понимала ничего, но меня уже трясло мелкой дрожью.
— Когда он звал тебя на Эльмар? До или после того, как подарил это?
— Д-до… — Еще и зубы стучать начали. — Сказал, дело, за день успеем. Я отказалась. Лайс, что происходит? Что-то еще не так?
— Не так? — Кажется Эн-Ферро трясло не меньше моего. — Все не так, Галчонок! Он объяснил, что это значит?
Я смогла лишь головой помотать.
— Просто дал, и все? — не поверил кард.
— Сказал, подарок. Пока. Да, — вспомнила я, — так и сказал: пока.
— Придурок! — Кулак мужчины с силой обрушился на ни в чем не повинный стол. — Идиот! Я идиот! Галчонок. — Он снова присел у дивана, снова обхватил горячими ладонями мои руки. — Прости меня. Пожалуйста.
Это было так странно. Так неожиданно. И абсолютно непонятно.
— Я всю дорогу от Паленки…
Вот почему он вернулся так рано. Рошан открыл ему проход.
— Я всю дорогу от Паленки думал, зачем он это сделал — отдал Диверу твою кровь. Искал объяснения. Оправдания. Даже нашел, и не одно. А потом увидел вас вместе, и в голове словно перемкнуло. Ил, он же… Я же ему насчет тебя сразу все объяснил. А тут… И я решил, что если ему на просьбы мои наплевать, если он слова мои ни во что не ставит, то и в остальном… Я же не думал…
— Лайс? — Я по-прежнему ничего не понимала, а его сбивчивая речь не вносила ясности.
— Нужно с ним поговорить. Да, он сделал, что сделал, и это трудно понять. Только зла он тебе не желал — это точно.
— Да что такое с этим ожерельем? Почему, стоило тебе его увидеть, как ты тут же изменил свое мнение обо всем произошедшем?
— Это долгая история. Одно скажу: у Ила на этой вещице пунктик, и просто так он бы тебе ее не отдал — пусть это всего лишь копия. Но он эту копию сделал, и сделал для тебя.
— Лайс, я терпеть не могу, когда ты говоришь загадками! Объясни нормально!