Дочь конкурента
Шрифт:
Варя, видимо, осознала, кто ее обнимает, поэтому отстранилась, стараясь успокоиться.
– Я думаю, нога не сломана, но очень болит, - уже спокойнее проговорила она. Ответить я не успел.
– Варя! Варя! – раздалось где-то рядом.
– Мы здесь, - посветил я фонариком вверх, чтобы обозначить наше местоположение, да и не хотелось, чтобы к нам в яму кто-то еще угодил.
– У тебя кровь, - произнесла девушка, кивая на мою руку.
– Ерунда, - махнул я рукой, вставая.
Вскоре показалась голова Комиссарова, который готов тоже был нырнуть вниз.
– У Вари с ногой проблема, надо вытаскивать ее, - произнес я.
– Ты как, Варенька? – спросил Андрей, игнорируя меня.
– Нормально, - шмыгнула носом девушка.
– Будем ждать спасателей? – спросил Комиссаров, уже переводя на меня взгляд.
– Я хочу наверх, - проговорила девушка, с надеждой смотря на нас. – Давайте попробуем как-то выбраться. Спасатели небыстро приедут.
По-хорошему, не нужно вестись, а дождаться специалистов. Мы не знаем, что у Вари с ногой, поэтому можем сделать хуже. Но девушка таким молящим взглядом смотрела то на меня, то на отца, что я не выдержал.
– Ладно, - произнес я, - я могу попробовать тебя подсадить, а вы сверху тащите.
Комиссаров кивнул. Мне кажется, он сейчас вообще плохо соображал, до сих пор не веря, что дочь нашлась живой и невредимой. Что она, правда, здесь делала – это вопрос, который пока остался без ответа. Но сначала нужно выбраться.
Я помог Варе встать на ноги, точнее на одну. Вторая была явно распухшей, а я еще раз подумал, что, возможно, совершаем глупость.
– Варь, - я посмотрел девушке в глаза, - давай спасателей дождемся. Это не так долго, я с тобой тут останусь.
Глаза у девушки снова стали на мокром месте.
– Давай хотя бы попробуем, - хрипло проговорила она.
Я вздохнул и кивнул. Мною, оказывается, очень легко манипулировать.
– Так, где конкретно больно? – спросил я. Варя указала на лодыжку. – Понял. Я сейчас тебя приподниму, а вы там тащите, - крикнул я наверх. Возле края сразу образовалось несколько человек. – Готова? – спросил я у девушки. Та кивнула, несмело улыбнувшись.
Я обхватил девушку за ноги, стараясь не обращать на боль в руке внимание, и максимально приподнял. Варю тут же подхватили за руки и потянули наверх. И уже через пару секунду девушку получилось вытащить, а вот я, похоже, встрял. Мне, конечно, попроще, вылезти, но без помощи я отсюда не выберусь.
– Давай руку, - послышалось сверху. Я поднял глаза, смотря на Комиссарова, протягивающего мне ладонь.
С помощью Вариного отца я, с трудом, но смог выбраться.
Комиссаров тут же отошел от меня, подбегая к дочери.
– Ты как? Идти сможешь?
Девушка кивнула, опершись на своего отца. Так, дружной и какой-то молчаливой компанией, мы отправились в сторону машин. На них, к сожалению, ближе было не подъехать.
К тому моменту, как мы доковыляли до места, уже подъехала скорая помощь. Врачи тут же усадили девушку в машину, осматривая ее прямо на месте. Я же сел прямо на землю, выдыхая. Да уж, эту ночку я не скоро забуду.
– Еще у мужчины рука ободрана, -
– Да ерунда, царапина, - буркнул я, когда меня заставили показать рану. Ее тут же приняли обрабатывать, несмотря на мой кислый вид. Мужика же шрамы только украшают.
– Варя, ты как?! – к нам подскочил Комиссаров, который, видимо, решал вопросы с полицией.
– Сказали, что перелома, скорее всего, нет. Но нужно на рентген съездить, вдруг трещина.
Варя говорила уже легко и весело, похоже, ей еще и успокоительного вкололи. А во мне неожиданно включился папочка, потому что, на смену облегчению, пришла злость.
– Варвара Андреевна, - вкрадчиво поинтересовался я, пока мне бинтовали руку, - позвольте узнать, а что вы вообще забыли на этой стройке?!
Варя перевела взгляд с меня на своего отца, но тот, похоже, тоже начал отходить, потому что так же вопросительно уставился на дочь.
– Варя, - принял эстафету Комиссаров, - я за сегодняшнюю ночь поседел. Не хочешь объясниться?
Варенька поняла, что пахнет паленым, поэтому широко улыбнулась, делая невинные глазки.
– Ой, это вообще смешная история.
– Обхохочешься, - буркнул я, выдергивая руку, пока они мне там бантиков из бинта не наделали.
– Да я не виновата! – приняла оборонительную позицию девушка. – Я шла со школы мимо стройки, тут быстрее до парка, через который я сейчас хожу. Погода отличная, на машине не хочется ездить. Ну вот. Иду я, и вижу, как два моих ученика идут в сторону стройки. Ну, я и думаю, сейчас устрою им, чтобы знали, как рисковать своими жизнями! Пошла за ними, а их и след простыл. Я давай их искать, потом испугалась, вдруг они провалились куда-нибудь. Решила обойти вокруг, чтобы убедиться, что их нет. И не заметила дыру, в которую сама и упала.
– А телефон, Варь? – спросил Комиссаров, явно стараясь выглядеть спокойнее, чем есть на самом деле.
– Ну, я когда упала, сумка моя улетела дальше, куда-то еще ниже. Я слышала, как мобильный звонит, но достать не могла. Я кричала-кричала, а потом стемнело. А потом… Леша, вон, пришел…
Девушка больше не улыбалась, мы с Андреем глубоко дышали, чтобы успокоиться.
Я покачал головой, понимая, что не имею никакого права отчитывать ее. Поэтому просто развернулся и пошел к своей машине. Нужно успокоиться, ей сейчас еще тяжелее, не хватает, чтобы я нотации читал.
Когда я собирался уже отъезжать, в окно постучали. Я опустил стекло, внимательно смотря на Комиссарова.
– Я спасибо не сказал, - глухо проговорил он.
– Ерунда, - отмахнулся я, - не я, так кто-нибудь другой ее нашел бы. Это дело случая.
– Не скажи, - усмехнулся он, - ты же единственный на стройку пошел, куда запретили идти до рассвета.
– Проехали, - хмыкнул я, - хорошо, что жива. Вставь ей пистонов, а лучше ремня дай.
Андрей усмехнулся, отходя от автомобиля. Я завел двигатель, откидываясь на спинку кресла. Тяжелая ночь, но со счастливым завершением.