Дочь кузнеца
Шрифт:
Телеги остановились; стражники спрыгнули с коней, в первый раз за все время поездки не оглядываясь по сторонам и не высматривая опасность: их контракт был выполнен. Раб, открывший им ворота, уже звал себе на помощь других, чтобы разгружать бочонки с медом: часть из них пойдет в школьное хозяйство, а часть будет продана на догатском рынке. Мабек Дагар также спешился и подошел к телеге, в которой находился живой товар, способный разгрузить себя сам. Он отдернул кожаный полог и практически нос к носу столкнулся с девчонкой, той самой, младшей из рабынь. Она сидела на коленях на самом краю повозки: как и практически всю предыдущую дорогу выглядывая из телеги. И сейчас даже не пыталась этого скрыть.
На
– Хочешь запомнить дорогу? Побег готовишь?
Внимательные взгляд глаза в глаза, словно девчонка пытается понять, действительно ли он думает о том, о чем ее спрашивает. И легкое пожатие хрупких плечиков, худобу которых не способно скрыть даже свободное шерстяное платье:
– Зачем? Мне некуда возвращаться.
Он ничего не сказал ей тогда. И весь следующий день она все также следила за дорогой.
Вот и сейчас, снова этот взгляд серо-стальных глаз, и никакого страха, только внимание, полное и всепоглощающее, словно это и есть главная цель ее жизни - все видеть и все запоминать. Мабек Дагар посмотрел на двух других рабынь, сидящих, как и положено, в глубине телеги, и отвернулся.
– Идите за мной.
Рабыни вслед за управляющим поднялись по ступеням невысокого крыльца и вошли в здание школы. Они оказались в просторном холле с выбеленными стенами безо всяких украшений. В обе стороны от него расходились коридоры с дверями, расположенными примерно через равные промежутки. Тот коридор, что уходил налево, примерно аммов через 40 заканчивался залом с высокими, от самого пола, окнами. Правда, из холла, в котором оказались рабыни, рассмотреть зал подробнее было невозможно, виден был только яркий солнечный свет, заливавший помещение. Но купец, ни на секунду не задерживаясь, повернул направо, а затем практически сразу еще раз направо, распахнув одну из дверей.
Последовав за ним, рабыни оказались в довольно просторной комнате, окна которой выходили во внутренний двор. В помещении находилось шесть человек. Пять из них были девочками-рабынями на вид 13-14 лет. Все они были одеты в простые темно-серые платья из грубого сукна, без рукавов, а также оставлявшие открытыми шеи, чтобы каждый мог видеть кожаные рабские ошейники, на ногах у них были сандалии на плоской подошве. Последняя же женщина, находившаяся в комнате, судя по отсутствию ошейника, была свободной. Занила никогда еще не встречала человека, который выглядел бы более странно, чем она. Женщина была высокой, на пол головы выше самого Мабека Дагара, который тоже был далеко не мелким мужчиной. Резкие черты крупного лица, казалось, принадлежали не живому человеку, а статуе, высеченной из камня: прямой лоб, длинный нос с горбинкой, высокие скулы, прямые светлые брови, губы, полные, но сжатые так плотно, что казались одной линией. Никому, кто видел ее, в голову не пришло бы назвать ее красивой, но была в ее облика гармония силы, уверенности в себе, способная вызвать уважение. А взгляд ее светло-голубых глаз невольно вызывал страх у тех, кто видел ее впервые, и особенно у тех, кто ее знал. От лица женщины ничто не отвлекало, потому что волосы с ее головы были начисто сбриты, выставляя на обозрение окружающим ее ровный череп. Крупные уши плотно прижаты к голове, причем левое по всей внешней стороне хряща украшено плотным рядом серебристых колечек, заканчивающихся в мочке серьгой с длинно подвеской, доходящей почти до самого плеча. Но самым странным во всей внешности этой женщины был цвет ее кожи. Он был не просто загорелым или смуглым, но имел странный желтоватый оттенок, выдававший в ней уроженку острова Ройш. Конечно, выдавал
Женщина сделала шаг вперед навстречу вошедшим в комнату и коротко то ли поклонилась, то ли кивнула головой:
– Почтенный Дагар [Почтенный (почтенная) уважительное обращение в Салеве к мужчине (женщине), старшему по возрасту либо социальному положению по отношению к говорящему. В отличие от Вольных княжеств является именно обращением, а не эпитетом. Соответственно не используется в разговоре между равными. В этом случае следует употреблять: уважаемый (уважаемая), либо господин (госпожа). Также запрещено к использованию рабами по отношению к свободному.]! Рада приветствовать вас!
Вслед за женщиной поклонились и рабыни - ее ученицы. Они стояли вокруг стола, уставленного всевозможными тарелками, блюдами, вазами, кувшинами и прочей столовой утварью в окружении разномастных вилок, ложек и ножей. Интересно, что вся посуда была не просто пустой, но еще и абсолютно чистой. Никакого намека на еду или питье на столе не наблюдалось. Кроме стола из мебели в комнате были еще пара высоких шкафов по стенам. Простые дверцы из темного дерева оставляли лишь теряться в догадках относительно их содержимого.
– Уважаемая Дарина!
Управляющий ответил на поклон, позволив себе легкую улыбку, демонстрируя старшей надсмотрщице и своей правой руке в деле управления школой, что он доволен ей. Он ожидал застать ее здесь на уроке и так и оказалось.
– Удачно ли прошла ваша поездка? Я вижу, вы привезли новый товар.
– Да, - Мабек Дагар шагнул в сторону, оглянувшись на рабынь, замерших за его спиной.
– И этот товар я полностью передаю в твое распоряжение. Принимай.
Женщина, названная Дариной, шагнула вперед, внимательно рассматривая новых девочек. Занила заметила, что рука женщины при этом автоматически легла на рукоять кнута, закрепленного у пояса. Также Занила заметила и то, как ее прежние ученицы отступили в сторону, спеша убраться с дороги.
Тяжелый взгляд немигающих светло-голубых глаз остановился на Райше. Занила с удивлением отметила, что от обычного оживления всегда такой бойкой девчонки теперь не осталось и следа. Она стояла, опустив глаза в пол, и по ее смуглым щекам разливалась сероватая бледность.
– Твое имя, рабыня?
– голос женщины прозвучал спокойно, но отчего-то девочка еще больше сжалась.
– Райша, госпожа, - тихо пробормотала она.
– Чего ты боишься?
– так же ровно спросила надсмотрщица и, не дожидаясь ответа, подняла глаза на Мабека Дагара.
– Она всегда такая испуганная?
– Нет, - управляющий качнул головой и слегка усмехнулся, - наедине со своими подружками она бывает очень даже говорливой.
– Да?
– Дарина сделала еще шаг вперед, вплотную приблизившись к девочке. Та не посмела отступить назад, хотя было заметно, что ей сейчас больше всего хочется сделать именно это.
– Вы позволите мне начать первый урок для этого нового товара, почтенный Дагар?