Дочь моего врага
Шрифт:
«Этого только не хватало! – воскликнула про себя Лиля. – Зачем я полезла на эту прогулку? Идиотка! Сейчас две мамочки смотрины устроят!»
– Папа не поедет, – продолжала говорить мама, и Лиля прислушалась к ее словам, – он с утра ждет гостя. Они позавтракают, потом отправятся в офис. О, погоди, ты тоже еще не ела!
Марта Эриковна встала и хотела выйти за дверь, но Лиля ее удержала:
– Погоди, я тете Гале. Она принесет кофе ко мне в комнату.
Девушка тут же схватила телефон и отдала распоряжение. Когда она была почти готова, Галина Ивановна, маленькая и пухлая
– Галина! – недовольно нахмурилась Марта Эриковна. – Сколько раз я вам говорила, что мы не будем есть хлеб? Почему вы ко мне не прислушиваетесь?
– Но Лилечка любит булочки, – весело сказала повариха, подмигнула девушке и, как колобок, выкатилась за дверь.
– Нет, что за безобразие! Я точно ее уволю! – кипятилась мать.
– Мам, не обращай внимания. Ну, где ты еще найдешь хорошую кухарку, которая будет терпеть все твои закидоны? Диета, молекулярная кухня, натуральные продукты – это сколько повариха должна знать и уметь? А тетя Галя очень вкусно готовит, а ее пампушки – просто пальчики оближешь!
– Пампушки? Какие пампушки? – Ты ешь эту гадость?
– Не ем. Я, к слову, сказала, – сдала позиции Лиля. – Вот, выпей лучше кофе.
Лиля насильно втиснула в руку сердитой мамы чашку, тихо радуясь, что она переключилась на другой объект и забыла о намерении разобраться с охраной.
Наконец Лиля была готова. Она подошла к зеркалу и улыбнулась, довольная собой. Сейчас она не походила на драчунью-студентку. В обтягивающих белых легинсах и высоких, до колена, сапогах для верховой езды она была той, кем являлась на самом деле: дочерью олигарха Владимирского, возглавлявшего российский список журнала «Форбс».
Мама поставила чашку на столик, Лиля сунула круассан в рот и запила его кофе.
– Ты от этих булочек скоро в дверь не сможешь пройти, – проворчала мать.
– Не преувеличивай. С такой мамочкой, как ты, я точно никогда не поправлюсь. Все, я готова. Поехали.
Легко сказать, но как тяжело сделать. Уже приближаясь к конюшне, Лиля чувствовала, как колотится от страха сердце. Она всеми силами старалась скрыть свое состояние от матери, поэтому излишне громко говорила и смеялась.
Во дворе стояли уже другие охранники. Девушка мгновенно воспрянула духом и уже хотела сказать, что передумала кататься, как из флигеля кухарки показался Михаил.
«Вот черт! Принесла же его нелегкая! И что болтается по дому?»
Охранник, увидев хозяйку с дочерью, молча поклонился и исчез внутри кухни. Пришлось идти следом за мамой. Конюх уже ждал их и держал под уздцы двух запряженных коней. Лиля посмотрела на гиганта, которого ей приготовили, и ужаснулась. Иван Борисович, видимо, что-то понял, потому что сказал:
– Марта Эриковна, я приготовил Дьявола для Виктора Романовича. Лилия Викторовна не справится с этой зверюгой. Подождите минутку, я выведу Березку. Она лошадка смирная, вашей дочери будет комфортно.
«Мне ни на какой не будет хорошо, – хотела сказать Лиля, но прикусила язык. – Надо отвлечь маму. Когда мы вернемся, охрана уже уйдет домой, а там все и забудется».
Иван
Лошадь подвели к ней, и у девушки не осталось выбора, как подчиниться воле матери, которая внимательно наблюдала за дочкой. Лиля обреченно поставила ногу в стремя. Иван Борисович помог ей подняться в седло. Девушка уцепилась пальцами в поводья, прижала ноги к теплым бокам и приготовилась выдержать час экзекуции.
Но ничего страшного не случилось. Березка шла неторопливо по аллее и даже не переходила на рысь. Лиля немного расслабилась и даже начала смотреть по сторонам.
Они встретились с Савельевыми. Сынок известного семейства железнодорожных магнатов оказался тощим и прыщавым молодым человеком в очках. Он высокомерно окинул Лилю взглядом, она не осталась в долгу: «Ишь ты! Бобик заносчивый выискался!»
Парень правильно понял ее колючий взгляд, пришпорил черного коня и поскакал вперед. «Вот и славно! Скатертью дорога! – подумала девушка и переключилась мыслями на Димку Рокотова. – Какой подонок! Нет, притащился на вечеринку со своей кошелкой! Я тебе еще покажу!»
Лиля смотрела по сторонам и придумывала планы мести. Она и не заметила, как все ускакали вперед, бросив ее одну в лесу. Березка, не понукаемая всадницей, остановилась и щипала траву у обочины. Девушка огляделась и не узнала местность. Мама и Савельевы ускакали вперед, Лиля не слышала даже топота копыт, зато издалека доносились звуки трассы, значит, она проехала уже несколько километров.
Девушка запаниковала. Пока она ехала прямо по тропинке, опасности не было, но как развернуть лошадь обратно? Слезть и идти пешком, ведя ее под уздцы? Перспектива тащиться несколько километров по уже начинающейся жаре привлекала мало.
– Эй, ты чего? – уговаривала она Березку. – Поехали. Давай. Вперед!
Но лошадь не обращала на нее никакого внимания. Тогда девушка сжала бедрами бока каурой лошадки, натянула поводья и ударила ее пятками, вспомнив, как надо пришпоривать коней. Березка повернула голову, жалобно заржала и рванула вперед.
Лиля охнула и вцепилась в поводья так, что пальцы побелели. По спине покатился холодный пот. Девушка отпустила поводья, и Березка снова перешла на шаг.
– Господи, ты почему меня так пугаешь? – уговаривала она лошадь.
– Лиля, ты куда пропала? – Ну нельзя же так отставать! – Ко все еще дрожащей от страха девушке приблизилась мама. – Это не прогулка, а наказание! Догоняй!
Марта Эриковна умчалась вперед.
– Ага! Легко сказать, а как это сделать? – ворчала Лиля, чуть не плача. – И зачем я потащилась в лес? Милая, – наклонилась она к Березке, – ты можешь ехать быстрее?
Но лошадь посмотрела на нее антрацитовым взглядом и ничего не ответила.
И в эту минуту раздался резкий гудок автомобиля. Березка заржала, взвилась на задние ноги от страха. Лиля закричала. Она рефлекторно сжала бока лошади бедрами и изо всех сил вцепилась в поводья.