Шрифт:
Глава 1
– Впечатляет, правда?
Дженни была права. Вид был потрясающий! Длинный подвесной мост, над которым возвышался многоступенчатый длинный замок походил на дорогу из Жёлтого Кирпича, уводящую малышку Дороти в Волшебную страну.
– Какого думаешь жить в Магической Академии? Думаешь, мы будем чувствовать себя принцессами, которых стережёт злобный дракон? Так, необходимо сделать селфи для исторической хроники, которую в будущем мы завещаем нашим детям.
– Каким ещё детям?
– Неважно! – отмахнулась
– Думаешь, смартфоны здесь работают? – усомнилась Аврора.
– Здесь может не быть связи, но камера, я уверена, в действии.
Дженни обхватила одной рукой подругу за плечи, а вторую отвела как можно выше в сторону, чтобы взять правильный ракурс.
– А теперь дружно «сыр»! Снято! Магистратура Магии – здравствуй! Мы идём к тебе. Пошли, Мэйсон! Вперёд, за приключениями и знаниями! Поверить не могу, что мы здесь! Мы столько мечтали об этом!
Аврора ответила подруге детства улыбкой. Хотя Дженни сгущала краски. Она никогда не мечтала попасть в Магистратуру Магии, но, с тех пор, как её отец занял пост ректора, всем было понятно, что рано или поздно она попадёт именно сюда. Что касается самой Авроры, она, если бы могла действовать по зову сердца, выбрала бы нечто менее помпезное, вроде Академии Стихий – поближе к дому, да и публика там обучается не такая именитая. В том же Институте Магических Начал образование давали прекрасное, но не приходилось из кожи вон лезть ради поддержания социального статуса.
В Магическую Магистратуру Аврора Мэйсон попала потому, что была дочерью своего отца – именно так это выглядело со стороны. А всё остальное – её усилия, прилежания, честно заслуженные оценки словно отступало на второй план. По счастью малышку Дженни это нисколько не интересовало. Она умела радоваться моменту, не забивая голову деталями – «всякой ерундой», как она говорила.
– Мы здесь – в Магистратуре Магии. Это уже свершившийся факт.
– Послушай, Дженни. Я умираю от голода. Перелёт сюда занят несколько часов, и всё это время я была на жёсткой диете. Перекусить кажется неплохой идеей? Что скажешь?
– Скажу, что пиццу или мацареллу нам тут точно не подадут. И на суши рассчитывать вряд ли приходится. Но уверена, что мы найдём что–нибудь съедобное в местной столовой. По слухам, она похожа на дорогие рестораны.
– Я бы предпочла что–нибудь более съедобное, чем слухи, – вздохнула Аврора.
Но Дженни словно не слышала её.
– Посмотри вон туда! Видишь ту хорошенькую брюнетку? Эта Камила Джейда, дочь известной кинозвезды. Я её фанатка! Фильмы с Сереной Джейдой лучшее, что я видела на экране. А этот парень рядом с ней – вон тот красивый утончённый шатен, видишь? Это Блейк Спарс. Его мать состоит в Ковене Красной Лозы, у них там нечто вроде секты, они считают себя последователями Сатаны, и их религия – это следовать Путём Ночи.
– Хочешь сказать, что вся эта ересь ещё существует?!
– Да. И вполне официально. Отец Спарса банкир. Заканчивал Академию Стихий, его профиль – водная магия. Их семья проживает два огромных особняка – один в Старом, другой –
– Какие очаровательные подробности.
– Спарс встречается с Сабриной Уолш, она дочь Главы Кавена Белых и Чёрных лилий. Слышала, что это заносчивая, претенциозная и самовлюблённая особа. Эта стервочка носит звание королевы Магистратуры. Она окружает себя глуповатыми приспешницами, которыми с лёгкостью манипулирует. Джейда и Уолш дружили, пока не начали делить одного парня.
– Гляжу, ты основательно подготовилась? – усмехнулась Аврора. – Где ты набралась всех этих сплетен?
– Это не сплетни, а информация. Если уж нам суждено жить в этом элитном серпентарии, глупо было бы приехать сюда неподготовленными.
– Согласна.
Огромные тяжёлые ворота были распахнуты и все желающие беспрепятственно входили и выходили.
– Добрый день, мисс Мэйсон, – улыбнулась им Джессика Гвен.
– Добрый день, – радостно отозвалась Аврора. – Вы не знаете, мой отец?..
– Он у себя в кабинете. Кажется, неприятности с кем–то из студентов. Но, уверена, он всё равно будет рад тебя видеть.
– Спасибо, Гвен. Ещё увидимся!
– Непременно, мисс Мэйсон. Мы теперь будем часто встречаться. Чему я только рада. Вы всегда были милой девочкой.
Дженни опустила ресница, гася насмешливый блеск в глазах:
– Милая девочка, значит? Скажи, это правда мило – всегда быть милой?
– Да иди ты! – отмахнулась Аврора со вздохом. – Пойду, поздороваюсь с отцом.
– Да, конечно, иди. Встретимся в нашей комнате.
Отыскать кабинет ректора Авроре не составляло труда. Но войти не получилось. Как и сказала Гвен, Кайл Мэйсон был занят. В полуоткрытую дверь Аврора могла видеть часть отцовского кабинета. Отец сидел в своём кресле и судя по виду, был раздражён и озадачен.
Напротив сидел молодой человек.
Если бы Авроре предложили описать его, она бы подчеркнула, что первое, что бросалось в незнакомце в глаза – изящество. Именно так. Изящен, как танцор: фигура не отличается развитой мускулатурой, но и излишней худобой не упрекнуть – аристократическая подтянутость. Где–то когда–то Аврора читала, что если хочешь создать идеальную статую, то нужно просто взять кусок мрамора и просто отрезать всё лишнее. Вот именно это боги и сотворили с этим молодым человеком: убрали всё лишнее, не оставляя ни одного изъяна.
Молодой человек повернул голову, позволяя Авроре взглянуть себе в лицо. Смазливое, я ярко выраженными скулами, чёткими чертами, и крупным, ярким, твёрдо очерченным ртом с пухлыми, выдающими склонность к чувственным наслаждениям, губами. Бледность кожи казалась болезненной. А во взгляде тёмно–карих, шоколадных глаз, отражались холод и равнодушие ко всему происходящему.
– Что ты здесь делаешь? – судя по голосу, отец очень старался сдерживаться, но ему изменяло терпения, да и привычная благожелательность и снисходительность вряд ли были сейчас уместны.