Дочь рода
Шрифт:
Я помогла Алексею поднять Семёна, подхватила его сбоку и махнула вперёд. Назад пути нет, но кто знает, вдруг с другой стороны тоннеля есть выход.
Несколько раз Алексей замирал, оглядывался и крутил головой, услышав скрежет когтей по камню, но не произнёс ни слова, молча тащил друга и периодически смотрел на меня долгим взглядом.
Хорош, надо признать. Лет примерно как Николаю — около двадцати пяти, высокий, тренированный. Сразу видно, что парень — боец: на поясе висел меч, явно из родовых
Даже со рваными ранами на половине лица, парень был очень красивым. Спёкшиеся от крови тёмные волосы доставали до лопаток, когда-то аккуратный хвост растрепался, а сам Алексей создавал странное ощущение. Рядом с ним мне было не так страшно. Казалось, будто он одним своим присутствием разгоняет темноту и ужас.
Не знаю, сколько мы шли. Иногда мы останавливались, чтобы отдохнуть и набраться сил. Семён до сих пор и не пришёл в себя, его источник почти погас. Он бы уже умер, не влей я в него энергетик с корнями бениты.
— Кто ты такая? — спросил наконец Алексей во время очередной передышки.
— Это так важно? Я та, кто спасла ваши… хм, жизни.
Хотелось неприлично выругаться, но я сдержалась, а этот… графский отпрыск не оценил.
— А может ты менталист? Вызвала тварей и ведёшь нас в ловушку?
Я осмотрела парня с ног до головы, задержалась взглядом на изуродованном лице, затем так же внимательно изучила второго аристократа.
— И зачем мне два полуживых идиота?
— Говорят, что тот, кто кормит тварей одарёнными, получает над ними власть.
Наши взгляды встретились — мой скептический и его напряжённый. Неужели он и правда решил, что это я тут главный злодей? Ох уж эти аристократические замашки. Каждый аристо, впитавший с молоком матери высокомерие и чувство собственной значимости, считает, что его тушка ценнее других.
А уж его склонность к суевериям и байки о том, что менталистам нужно кормить увров, были нелепыми настолько, что я едва удержалась от смеха. Хотя Алексей ведь не видит разницы между призванными тварями и разломными… но зато верит в то, что для их приручения нужно обязательно приносить кровавые жертвы.
— Тогда мне не было смысла вас лечить и тащить, отдала бы приказ на месте, — озвучила я очевидное.
Парень не проникся. Совсем. А ведь действует мой энергетик. Алексей Наумов ещё не понял, что чувствует себя гораздо лучше. Я умела отследить любой процесс в живом организме, не как целитель — скорее как наблюдатель, но всё же. Просканировав источник парня, я убедилась — он почти выправился, светится мерно и без перебоев.
— У менталистов всегда не пойми что в голове, — процедил он сквозь зубы. — Кто этих свихнувшихся знает?
— Тогда оставайся тут. Я пойду дальше одна.
Я пожала плечами и встала. Увры продолжали наблюдение — не отдалялись, но и не приближались.
— И, кстати, у меня с собой телефон, поэтому, как только поймаю сеть, сразу же вызову помощь… а вы останетесь тут, — бросила я через плечо.
Алексея перекосило. Он вскочил с грязного пола подземелья, выпрямился со всей своей аристократичной гордостью и положил руку на рукоять меча. Собрался напасть на меня? Дразнить тварей свежей кровью станет только последний идиот… я начала разочаровываться в одном конкретном графском наследнике второй очереди.
— Даже не отрицаешь, что ты заодно с тварями, — прошипел он злобно, затем вздрогнул, услышав шорох совсем рядом с нами. — Я ведь знаю, почему они не нападают… они ведут себя так только если…
— Если им отдали приказ не трогать. Я в курсе.
Мне нечего было противопоставить тренированному воину, одарённому. Где шестнадцатилетняя девочка с бесполезным даром жизни и молодой мужчина, наверняка окончивший военную академию, как и Николай. Поэтому я молча ждала решения Алексея. Погубит он наши жизни, или здравый смысл возьмёт верх?
— Лёша… что-то мне хреново…
Мы оба резко посмотрели вниз на лежащего Семёна Аристова. Выкарабкался-таки парнишка. Молодец. Я уж думала, зря мы его потащили, с такими-то повреждениями.
— Сёма, Сёмка! Очухался, гад ты этакий!
В голосе Алексея отчётливо слышались облегчение и радость. Хорошие друзья и правда на вес золота. Надо бы сообщить этим недобиткам, почему рядом с ними девчонка, а не их друг. Хотя вины Николая не было. По крайней мере, пока. Он был без сознания, когда отец активировал амулет переноса, но кто знает, как бы он поступил, если бы ему пришлось делать выбор между своей жизнью и жизнью друзей.
— Коля где? — спросил Семён с беспокойством. — Его тоже зацепило?
Алексей посмотрел на меня. Его друг, заметив это, тоже поднял взгляд и уставился на меня во все глаза. Сказать или нет? Сейчас или позже? Я думала, как лучше поступить. Если расскажу об отце и брате, придётся назваться… но ведь мы можем не выйти отсюда. Тогда и разницы нет, так?
— Когда выберемся… если выберемся, — поправилась я откашлявшись. — Расскажу всё, что здесь произошло. То, что видела лично. Слово.
Парни синхронно кивнули, так же синхронно вздрогнули и повернули головы на звук позади нас. Твари не отставали, крошили камень и следовали за нами. Оставаться на месте нельзя: мало ли кто ими управляет. Мы не знаем приказа и не знаем, почему до сих пор живы. Но одно ясно — надо двигаться.