Дочь Сатаны
Шрифт:
Бартли кивнул.
— Я хотел бы остаться. Почему вы остановили их, сэр? Эта старуха — ведьма.
— Это просто отвратительно, — сказал Ричард. — Видит Бог, мы должны блюсти закон в наших краях. Нельзя позволять этой деревенщине брать в свои руки суд и расправу. Она всего лишь глупая старуха, которая собирает травы и дает приворотное зелье влюбленным девкам. Я услышал крики и вышел из дома. Это было отвратительное зрелище!
Сэр Хэмфри взглянул на своего друга. «Черта с два я стал бы знаться с ним, кабы он не был моим соседом! — подумал он. — Разве это мужчина! Навещать
— Если у нас в округе есть ведьмы, их необходимо найти и уничтожить. Нам не нужны здесь пособницы дьявола.
Ричард слегка пожал плечами и подарил сэру Хэмфри надменную улыбку и перевел разговор на испанцев. Они потолковали, а после сэр Хэмфри собрался уходить.
Когда Ричард провожал гостей до ворот, та девушка была в саду. Она, держа в руках корзину с персиками, покраснев, сделала книксен.
— Эй! — сказал сэр Хэмфри. — Что там у тебя?
Ричард заметил, что сэр Хэмфри делал вид, будто смотрит в корзину, а на самом деле пялил глаза на ее вырез в корсаже.
— Персики, сэр.
Сэр Хэмфри взял персик и вонзил в него зубы.
— О! Ваши персики вкуснее наших. Пошлите мне корзину с этой девушкой, Ричард.
Он дал доесть персик Бартли, а когда девушка повернулась, чтобы уйти, хлопнул ее по ягодицам.
— Принеси их мне, девушка, и не давай никому, кроме меня, поняла?
Люс перевела взгляд с сэра Хэмфри на своего хозяина. Ричард кивнул, а девушка ушла в дом.
Проводив сэра Хэмфри и Бартли, Ричард, проходя по саду, заметил Люс, которая вышла, чтобы нарвать персиков для сэра Хэмфри. Ричард прошел с ней до стены, у которой росли персиковые деревья. Люс смутилась и покраснела.
— Не отбирай для него самые лучшие, сбережем их для нашего стола.
Когда же корзина наполнилась, Ричард взял ее из рук девушки.
— Ступай в конюшню и скажи Неду Свонну, что я велю ему отнести корзину сэру Хэмфри.
Она сделала книксен и пошла во двор, а он посмотрел ей вслед.
В гавани факелы освещали матросов, грузивших на корабли ящики и бочки. Испанские галеоны не появились, но англичане решили выйти в море навстречу им. Дрейк настоял на своем. Вначале с его планом согласился Ховард, затем королева и Совет. Моряки, погрузив груз, пели и свистели. Напряженное ожидание прошло.
Миссис Элтон захворала. Она лежала в постели и бормотала молитвы, веря, что только молитвы защищают людей от дурного глаза. В ту злополучную ночь старуха Лэкуэлл уставилась на нее воспаленными глазами, от того-то миссис Элтон и занемогла. Она точно сглазила ее.
Для Люс и Бетси жизнь стала куда легче, миссис Элтон не шпионила за ними и не колотила их палкой почем зря.
Солнце светило, сад был наполнен ароматом только что распустившихся роз и лаванды. Бетси и Люс сновали из кухни в кладовку, и Бетси пела:
Солнышко нынче нещадно палит,
Зреют плоды на
Филон, пастушок, у фонтана сидит.
Где ты, любовь? Ее нет и в помине.
Она научила Люс словам, и они запели вместе:
Филон, пастушок, у фонтана сидит,
В прохладной тени под зеленой ивой.
Песня рожка так печально звучит:
«Любовь обманула,
Любовь подвела.
Не быть мне счастливым».
Девушки принялись танцевать по кухне, кланяясь, приседая, хлопая в ладоши.
Чарли Херли поглядел на них в кухонное окно, потом тоже захлопал в ладоши. Люс покраснела, а Бетси подошла к нему, подбоченилась и поглядела на него с вызовом. Но он лишь засмеялся и поманил ее, кивая на сарай, мол, ему надо что-то сказать ей. Она насмешливо ответила, что никуда не пойдет, но Люс невольно обратила внимание на то, что она чуть погодя выдумала предлог и ушла не менее чем на четверть часа.
Время от времени они должны были показываться в комнату миссис Элтон и выслушивать ее указания. Она лежала на постели, лицо ее приобрело зеленовато-желтоватый оттенок, сухие губы шептали молитвы, спасающие от порчи.
Во дворе Чарли Херли толковал с Недом Свонном о том, что творится в гавани. Они с серьезным видом кивали головами, желая показать себя знатоками морского дела. Будь миссис Элтон поблизости, Чарли не осмелился бы болтать возле дома, а Бетси не посмела бы попросту тараторить.
В эту ночь миссис Элтон, разумеется, не могла запереть девушек на чердаке.
Ожидание затянулось. Не успели корабли выйти в море, как шторм загнал их назад в гавань. Каждый мужчина и каждая женщина в Плимуте разделяли нетерпение адмирала и бранили королеву за то, что она не присылает долгожданных припасов. Провианта на суднах не хватало, и хотя Дрейк и Ховард были уверены, что мучающие их штормовые ветры были бедой и для испанцев и что, как только будет возможно отчалить от берегов Девона, они атакуют их. Осторожность королевы и в особенности ее скупость не давали надежды на скорую победу. Хорошо говорить речи в Тилбери, но какая глупость из-за своей жадности подвергать опасности свой трон и страну!
Но первого июля терпению Ховарда и Дрейка пришел конец. Невзирая на болезнь матросов и недостаток продовольствия, они вышли в море, чтобы атаковать врага. Но вскоре вернулись, угнетенные и разочарованные. Потрепанные штормами испанцы отчалили от Корунны, где они были бы отданы на милость англичанам; ветер чудом переменился, перестал дуть с севера, и англичане оказались на виду у испанцев; им предстояло вернуться назад или ждать благоприятного ветра — запас воды и продовольствия, из-за королевской скупости, был у них на исходе.