Дочь Сета

Антонов Сергей Валентинович

– Я старался. – Гафур приподнял голову и с беспокойством смотрел на свои раны. – Очень плохо?

– Безнадежно! – хихикнул горбун. – Началась гангрена…

– Что?!

– Не дергайся! Я еще не договорил, – Архол приложил мокрую ткань к изуродованному животу. – Было бы безнадежно, если бы твой одноглазый друг не знал целебных свойств одной травы. Когда-то я собирал ее на Эсквилинском холме в Риме. Там тоже было очень старое кладбище. Гниющие трупы рабов, сваленные в большие ямы, создавали прекрасные условия для роста колдовской травы. Сила

ее была такова, что будила от вечного сна мертвецов. Золотое было время! Все испортил Меценат. Он решил исправить дело и разбил на Эсквилинском холме сады. Красивые, но совершенно бесполезные для таких, как мы. Да, Гафур, настоящей травы теперь уже не достанешь, а та, что растет здесь, годится лишь на то, чтобы латать дыры в твоем животе. Все!

Архол снял с живота полоски ткани. Раны затянулись бесследно, не осталось даже шрамов. Гафур встал.

– Спасибо, Архол, но…

– Что еще за «но»?! – поднял голову Архол.

– Ты говорил о том, что собирал траву на Эсквилинском холме до того, как Меценат разбил свои сады.

– У тебя не только отменное обоняние, но и отличный слух!

– Но, Архол, это ведь было давно. Очень давно…

– То, что давно для тебя, Песчаная Змея, для меня было словно вчера. Хватит молоть языком! Волоки сюда нашего укушенного.

Гафур подтащил ковер к костру и развернул его. Труп юноши, ставшего жертвой укуса габуна, почернел и распух, но Архол и Гафур были слишком заняты, чтобы обращать на это внимание. Они раздели мертвеца, швырнули его одежду в огонь. Когда пламя сожрало ткань, настал черед тела. По кладбищу распространился запах горелого мяса. Песчаная Змея собирал среди могил сухие ветки, а Архол следил за тем, чтобы огонь горел не угасая.

Вставало солнце, когда горбун закончил ритуал несколькими словами, произнесенными на языке, которого Гафур не знал. Жирный пепел сгоревшего трупа был собран в небольшой глиняный сосуд. В костре не осталось ни косточки, ни каких-либо еще останков.

Архол посмотрел на восходящее солнце единственным глазом и поморщился.

– Почему ночь, самое прекрасное время суток, проходит так быстро? Честно говоря, Гафур, мне порядком надоело таскаться по этому вонючему городку. Не терпится вернуться в прохладный полумрак Храма, где так хорошо размышлять и строить планы на будущее. Ты помнишь, что следует сделать?

– Да, – кивнул Гафур. – Сделаю все, как в прошлый раз.

– Ступай, – махнул рукой горбун. – Жители Эль-Хоша любят спать допоздна. Тебе никто не помешает. Я еще немного посижу здесь. Поболтаю со старыми друзьями…

Гафур поспешил покинуть заброшенное кладбище. Он давно помогал Архолу в его делах, но, будучи по природе трусливым, не хотел знать, а тем более видеть, с какими именно друзьями и как именно будет общаться горбун.

Спустя десять минут Гафур с лопатой в руках рыл неглубокие ямы вокруг цирковых повозок. В каждое из шести углублений он засыпал принесенный с кладбища пепел и произнес короткие заклинания. Песчаная Змея закончил

создание магической сети – чтобы привести ее в действие, Архолу потребуется сказать всего несколько слов.

Усталый, но довольный Гафур собирался идти отсыпаться перед ночным выступлением, когда из своей повозки вышла Сети. Девушка сладко потянулась и подставила лицо солнечным лучам. В этот момент она была так красива, что затмила бы собой рожденную из морской пены Афродиту.

Заметив Гафура, Сети улыбнулась.

– Как прошла ночь, Песчаная Змея?

– Без происшествий, моя госпожа, – ответил тот, любуясь гибким станом красавицы* – Как всегда – без происшествий.

…В тот момент, когда Гафур докладывал Сети о спокойствии ночи, Оргор без стука влетел в комнату Птолемея на постоялом дворе.

– Как хорошо, что я тебя застал в Эль-Хоше! – объявил он сонному Лагу. – Мне нужен твой совет, дружище!

– Сначала кофе! – пробормотал Птолемей. – Все советы – потом.

Набросив халат, Лагу приготовил кофе и пододвинул вторую чашку ароматного напитка Оргору.

– Ты разбудил меня в такую рань, наверное, для того чтобы сообщить а решении вернуться в цирк? ехидно поинтересовался хозяин. – Если же нашелся другой повод, то мой тебе совет: уходи сразу. Не то я научу тебя хорошим манерам…

– Не ворчи, старина Птолемей, – дружелюбно сказал Оргор. – Я, например, не спал всю ночь, а, как видишь, свеж и бодр, словно утренняя роса на траве!

– Избавь меня, Оргор, от поэтических сравнений! – простонал Лагу. – Давно прошли те времена, когда я, влюбленный дурачок, всю ночь напролет бегал за девочками. Сейчас предпочитаю мягкую постель, удобный халат, книгу перед сном и чашечку кофе утром. говори, зачем пришел, иначе я вышвырну тебя за порог!

– Сначала ответь ты: почему не уехал, как собирался?

– В разгар сезона бродячему цирку нелегко поменять место выступлений, – Птолемей мрачно кивнул на телефон. – Вчера весь день вел переговоры с этим… Как его…

– Агентом?

– Ну да, – кивнул Птолемей. – Ловким парнем в костюме и галстуке, который обирает меня до нитки. И знаешь, что выяснилось? Цирк Птолемея Лагу нигде особо не ждут! Так-то… Придется сидеть в Эль-Хоше не меньше недели и наблюдать, как одноглазый черт Архол собирает урожай там, где могли поживиться мы. Тьфу!

– Об Архоле я и хотел с тобой поговорить, – подхватил Оргор. – Сегодня ночью, во время представления…

– Ты все-таки не послушался доброго совета и пошел на выступление! – хлопнул ладонью по столу Птолемей.

– Лагу, речь пойдет не о девушке! Не перебивай, пожалуйста!

– О ком же еще ты можешь говорить, – скривился тот, но друга все-таки послушал.

Оргор в нескольких словах рассказал о том, что произошло ночью. Птолемей нахмурился.

– Габун – одна из самых ядовитых змей Африканского континента. Так говоришь, тот парень сам подставил змее руку?

– В том-то и дело! Он вел себя, как загипнотизированный …