Дочь ведьмы

Боуден Нина

Смит что-то сказал в ответ, чего Бьянка не разобрала, и мистер Жаба рассмеялся:

– Не волнуйся... Вряд ли они обратили на меня внимание.

Пещера колдуньи

– Он, должно быть, совсем спятил, - сказал Тимоти Хоггарт.
– Или глуп как пробка.

– Кто?
– спросил отец без всякого интереса.
– Он следил за тем, чтобы старенький "форд", который одолжил им мистер Тарбутт, не угодил в очередную колдобину на проселочной дороге.

– Да этот малый.

– Какой малый?

Тим тяжело вздохнул:

– Просто поразительно, как

ты совершенно не замечаешь людей. Я имею в виду человека с клюшками для гольфа, который все время жует конфеты.

– А... Его зовут мистер Табб. Открой ворота, Тим.

Мальчик вышел из машины. Створки ворот скреплялись проволокой, скрученной весьма замысловатым узлом. Потребовалось немало сил и времени, чтобы распутать его. Когда же Тим распахнул ворота и машина, подпрыгивая, проехала мимо, потребовалось столько же сил и времени, чтобы снова закрутить концы.

– Сколько бесполезных усилий, - проворчал Тим, возвращаясь в машину и усаживаясь на сиденье.
– Я имею в виду эти ворота. Ясное дело, что они вынуждены их ставить, чтобы не пускать скотину. Но ведь можно устроить все так, чтобы ворота открывались проще и быстрее.

– В Скуа времени хоть отбавляй. Им незачем его беречь. По-моему, это единственная вещь, которую им просто некуда девать. Вот и придумывают, куда бы его израсходовать.
– Мистер Хоггарт улыбнулся и протер очки.
– Эти ворота еще хоть отпираются. А вот в Ирландии, насколько мне известно, есть место, где стена проходит прямо по дороге. И когда машине надо проехать, ее разбирают, а потом возводят снова.

Тим от удивления открыл рот, но тут через ветровое стекло он увидел то, что заставило его завопить от восторга:

– Смотри... папа... Орел...

Мистер Хоггарт так резко затормозил, что Тим ткнулся носом вперед.

– Бинокль!

Тим выхватил из бардачка полевой бинокль и протянул его отцу. После короткой паузы Хоггарт разочарованно выдохнул:

– Всего лишь канюк. Думаю, что в Скуа вообще нет орлов...

Он смотрел, как большая, коричневого цвета птица, распахнув крылья, какоето время парила перед ними, а потом скрылась, скользнув меж двух горных вершин.

Хоггарт снова завел машину:

– А почему ты решил, что он спятил?

– Кто?

– Табб.

– Потому что он привез клюшки для гольфа, - ответил Тим.
– Разве человек в здравом уме потащит с собой клюшки в такое место? Всем известно, что Скуа - дикий, заброшенный остров, где только один городишко и нет благоустроенных дорог. Откуда же здесь взяться площадкам для гольфа?

– Отчего же всем? Он явно об этом понятия не имел.

– В этом весь фокус.
– Тим нахмурился, пытаясь соединить мелькавшие в уме отдельные мысли...
– Он ведь купил их специально для того, чтобы хорошо отдохнуть. И уж если человек потратил время на то, чтобы купить новенькие клюшки, он непременно постарается выяснить, есть ли там, куда он едет, подходящие лужайки. Тебя это вообще не заинтересовало?

Хоггарт в оправдание признался:

– Вообще-то, до тех пор, пока ты не сказал... Прости, Тим, но я все время думал

об орхидеях, все время высматривал их и в данный момент занимаюсь тем же самым. Оставив машину на дороге, они двинулись по торфянику к лощине. На дальнем ее конце, защищенном утесом, стоял полуразрушенный небольшой фермерский дом. Почерневшие стены без крыши и с зияющей дырой на месте, где располагалась дверь.

Отправившийся на разведку Тим наткнулся на остатки железной кровати, что валялась в траве среди овечьего помета.

Это был уже четвертый брошенный дом, который им попался на пути с тех пор, как они тронулись утром в путь.

– А где же люди?
– недоуменно озираясь, спросил мальчик у своего отца, который тем временем достал нужные инструменты из рюкзака и принялся выкапывать мох и укладывать образцы в специальные коробки.

– Депопуляция, - Хоггарт взглянул на сына, вздохнул и, прервав работу, объяснил подробнее: - Земля очень скудная, и люди живут бедно. Их дети стремятся к лучшей жизни и уезжают отсюда. А когда их родители, состарившись, умирают, не находится никого, кто стал бы приглядывать за фермой. А иной раз уезжают сразу семьями - на материк или в Америку...

Сначала Тим решил, что Скуа - самое прекрасное из всех виденных им прежде мест, но сейчас почувствовал ощущение заброшенности и отдаленности от остального мира.

Отец улыбнулся:

– Мы пришли сюда за орхидеями, ты не забыл?

Они искали черную орхидею - как называл этот вид Хоггарт, описывая нужное растение, чтобы не забивать сыну голову длинным латинским названием. И еще добавил, что черная орхидея - чрезвычайно редкое растение, что ее удалось найти лишь в очень отдаленной части Скандинавии. И что на самом деле ее лепестки, конечно, не черные, а, скорее всего, бордового или темнолилового цвета.

Они искали ее все утро. Им попалась только бледно-розовая дикая орхидея - невероятно маленькая и изящная. И все. Хоггарт мог бы рыскать хоть целый день, но ближе к обеду решил, что Тим уже притомился. Очистив от земли инструменты и положив образцы в коробки, они устроились на краю обрыва. Жевали сэндвичи и смотрели на море.

Внизу волны бились о камни. И звук, который доносился до них, был глуховатый, словно стреляли из пушки.

– Где-то там, внизу, - пещера, - сказал Тим и, достав карту, прочертил прямую линию от тоненькой ниточки дороги, по которой они ехали, к тому месту, где они сидели, и победно ткнул пальцем в выступающий мыс.

– Вот видишь, пещеры, - закричал он.
– Посмотри, это место называется Пещерный мыс.

– Это где-то далеко внизу, - Хоггарт лег на живот и свесил голову. Совершенно отвесная стена. Здесь не пройти. Даже горным козам.

– Тут должен быть какой-то желоб, - проговорил Тим, внимательно разглядывая карту.
– А на самом его конце - пещера колдуньи. Отсюда до нее приблизительно миля.

– Только в книгах пещеры кажутся такими привлекательными, - попытался остудить его пыл отец.
– В жизни они вызывают только разочарование. Душно, валяются трупы погибших овец, вонь стоит невыносимая ...