Дочь Волдеморта
Шрифт:
— И ты хочешь сказать?..
— Что это была одна и та же волшебная палочка, — кивнул Волдеморт. — Старшая палочка, палочка из бузины, Смертоносная палочка, палочка Смерти, Жезл судьбы, Скипетр власти, всемогущая палочка — называй ее так, как тебе угодно.
— Откуда взяться всемогущей палочке, Pap'a? — с ноткой снисхождения спросила Гермиона.
— Если верить Дамблдору, ее даровала сама Смерть, — невозмутимо ответил тот.
— Что–о-о–о?! — вытаращила глаза Гермиона.
— Вспомни книгу, которую оставил тебе в наследство старина Альбус.
— Сказка о трех братьях? Но, Pap'a! Это же детская…
— Я много лет ищу Старшую палочку, Кадмина. Я предпринял немало для того,
— Разумеется. Я знаю эту книжку наизусть.
— Когда я увидел символ Гриндельвальда, начертанный в книге–ребусе Дамблдора, я напал на след. Этот символ там, в легенде, повествующей пусть и о сказочном, но о возникновении Старшей палочки! Более того! Это сообщение Дамблдор адресовал Поттеру. Я уже говорил тебе о том, что Гарри Поттер — потомок рода Певереллов. Так вот, многие искатели Старшей палочки уверены в том, что три брата из легенды — трое братьев Певереллов, Антиох, Кадм и Игнотус: они и были первыми владельцами даров Смерти. Игнотус Певерелл, единственный, доживший до старости в соответствии с легендой, похоронен на старом кладбище Годриковой Впадины, и на его надгробном камне тоже высечен этот символ.
Всё это я узнал после того, как книга Дамблдора натолкнула меня на этот след. Но, разумеется, сначала я занялся тогда не легендой, а реальностью. Тем, кто высек символ даров Смерти на каменной стене, чтобы исчезнуть и вернуться непобедимым.
— Великий Мерлин! — подскочила Гермиона, которую эта история гипнотизировала, подобно маятнику волшебных часов. — Ведь вскоре после того, как ты просмотрел мою книгу, из Нурменгарда бежал Гриндельвальд!
— Бежал — слишком сильно сказано, — хмыкнул Темный Лорд. — Мои люди похитили его. Но старик Геллерт оказался крепким орешком. Единственное, что мне удалось узнать от этого пройдохи, — палочка была украдена им у Йордана Грегоровича. Это производитель волшебных палочек из Софии, один из самых лучших в Восточной Европе. Но то, откуда палочка попала к Гриндельвальду, волновало меня в последнюю очередь. Ибо он лишился ее. И всё тонкое искусство твоей матери не смогло заставить упрямца признаться, куда девалась Старшая палочка после. Этот старик смеялся в лицо боли, в его бурлящей крови растворялась Сыворотка правды, заклятье Империус опадало туманом к его ногам. Геллерт Гриндельвальд был достойным соперником, даже лишенный всего и сломленный своим прошедшим. Но через полгода Белла вымотала его. Старик умер.
Но не выдал своей тайны.
Другой старик молчал, надменно полагая, что всё еще правит бал в нашей с ним игре. Он признал свое поражение четыре года назад, когда Гарри Поттер открыто показал, к чему его привели махинации Дамблдора. И тот сдался. Покаялся. И молил меня остановить сотворенного им монстра.
Я попросил Дамблдора поумерить пафос и напомнил ему о Старшей палочке. Он думал неделю.
— И?.. — взволнованно спросила Гермиона. У нее часто застучало сердце.
Темный Лорд молчал какое-то время, непроницаемо глядя в глаза своей дочери, а потом встал из-за стола и положил перед ней длинную темно–бордовую палочку с резной ручкой на старинный манер — так
Турмалин сверкнул в солнечном блике из окна. У Гермионы перехватило дыхание.
— Эту палочку, руководствуясь указаниями Дамблдора, я вынул из его могилы в Хогвартсе, — тихо сказал Волдеморт, отходя в сторону.
— Разве она не сгорела вместе с телом? — заворожено глядя на стол, спросила девушка.
Волдеморт покачал головой.
— Согласно тайной воле покойного, отмеченной отдельным пунктом в его завещании, на похоронной церемонии только инсценировали традиционное для волшебников погребение, — пояснил он. — Дамблдор завещал похоронить себя согласно обрядам большинства современных магглов, и только иссушить мертвое тело старинным заклинанием, которое применяли в прошлом, обрабатывая тела покойных, кудесники древнего Египта. Дамблдора всегда винили в чрезмерной любви к магглам и считали эксцентричным во всем — потому его завет никого не удивил. А на самом деле этот человек хотел оградить мир от преступлений, клубящихся вокруг Старшей палочки, но, в то же время, не осмелился способствовать ее уничтожению.
Он получил этот уникальный артефакт, когда в 1945–м году победил в бою Геллерта Гриндельвальда. Ты ведь знаешь, что волшебные палочки обретают нового хозяина, завещанные по наследству, в результате победы в поединке, обезоруживания или убийства владельца, а также в ходе обряда Дарения. Дамблдор победил Гриндельвальда и пользовался этой палочкой без малого пятьдесят лет. Величайший волшебник современности.
Повисла пауза. В камине потрескивал огонь. Гермиона не отрывала взора от палочки на столе своего отца. Легендарная и непобедимая. Существующая в реальности.
Отполированная бузина переливалась в лучах зимнего солнца. Палочка внушала трепет.
— Портрет… Портрет Дамблдора завещал ее… тебе? — внезапно пересохшими губами спросила Гермиона через некоторое время.
— Нет, — отозвался Волдеморт, стоявший теперь против нее у стены. Это «нет» эхом осело в воздухе. Гермиона подняла глаза. — Он не мог, — продолжал ее отец. — Эта палочка больше не принадлежит Альбусу Дамблдору. Вспомни, ведь он был убит.
— Северус?! — подскочила Гермиона.
— Нет, — вновь усмехнулся Темный Лорд, не отрывая взгляда от ее глаз. — Но это была и моя первая мысль. Однако Северус не смог передать мне палочку во время обряда Дарения, который мы провели. Палочка ему не принадлежала.
— Не понимаю, — пробормотала Гермиона, — и… Постой… Почему ты рассказываешь это мне… сейчас?
Несколько зловещая улыбка Темного Лорда стала шире.
— Резонный вопрос, ты на верном пути, моя девочка. Дамблдор был обезоружен перед тем, как Северус послал в него смертельное проклятье. Он был обезоружен Драко Малфоем.
— Что?!
— Когда я это понял, — продолжал Волдеморт, — Драко Малфой был уже мертв. Его убила ты.
Сердце в груди Гермионы стукнуло с бешеной силой и остановилось. Дыхание замерло. Она расширенными глазами снова посмотрела на легендарную палочку Смерти, сверкающую на столе полуистертыми гранями кристалла турмалина.
— Но ты не была хозяйкой этой вещи в течение прошедших лет, — голосом, доносившимся будто откуда-то издалека продолжал Волдеморт, а Гермиона не могла отвести взгляд от Бузинной палочки. — Несмотря на то, что Драко Малфой умер от заклинания Авада Кедавра пять с половиной лет назад, до того, как сегодня замкнулась временная петля, он был еще жив. Твое «я» в настоящем не владело силой Старшей палочки. Отныне — она твоя.