Дочери Ламашту
Шрифт:
– Приди и получи все, что требуется Тебе во имя Госпожи нашей. Да будет счастливой Твоя охота!
Он коснулся лишь кончиками пальцев горячего лба Сабрины, передавая ей свои видения, это тоже была одна из его способностей.Она же блаженно закрыла глаза и втянула воздух возле лица Шаркаруна. Не надолго. Но когда она открыла их, взор ее расфокусировался и помутнел. Ияр взял ее за плечи и попытался толкнуть в сторону, но она лишь переступила с ноги на ногу как норовистая лошадь. Тогда он взял ее за руки и лишь поморщился. Горячие руки Сабрины обжигали до боли. Но он стойко терпел эту боль. уводя лилиту в глубь пещеры. На охоту Сабрина уйдет особым ходом.
Я подошла к Верховному Жрецуе и протянула ему руку. Он цепко ухватился
– Сидури?! – вопрос звучал в большей степени как утверждение. Он мог различать нас по шагам. А может быть и по запаху, но в большей степени по форме и гладкости рук. По тем лишь ему одному знакомым ямкам между пальцами, линиям на ладони.
– Опять, нет? – спросил он. Вопрос не требовал ответа, но я ответила.
– Нет. Владыка.
– Как давно ты не испытываешь голода ?
Я задумалась, прежде чем ответить.
– Чуть больше года, Владыка.
– Ты же понимаешь, насколько это может быть опасно для Тебя? Неужели Ты до сих пор так расстроена из-за той, последней жертвы?
Когда я увидела его впервые, подумала, что «величайший дар» Шаркаруна дал осечку. Разум всегда ищет оправдания всем нашим поступкам и тем, которые мы уже совершили и тем, которые нам только предстоит совершить. Даже на краю голода всегда есть сомнения, в том та ли это жертва,стоит ли она внимания, нужно ли пить энергию так много. У меня, во всяком случае, они есть всегда. Я пыталась дать себе возможность свернуть с этого пути и найти для этого повод. Но я с самого начала знала, что он идеальная жертва и наверно.что это может закончиться еще хуже чем обычно, догадывалась тоже. Он не мог не быть тем самым мужчиной. Слишком сильным и зловещим был его запах – ЗАПАХ ГРЕХА.
Для всех лилиту запах индивидуален. Одни ощущают его как металлический, горячий аромат свежей крови; другие как запах только что разлепившихся после соития влажных тел. Для меня же почти всегда - это смесь ароматов кондиционера для белья, терпкий привкус пары капель спермы на них, пота и ментоловый запах свежих простыней – все вместе. Для меня запах секса это запах постели.
Ему было только тринадцать и он пропитался ЗАПАХОМ так, словно побывал в тысячи постелях. Он был малолетним чудовищем. Парень собрал под крышей школы, в которой учился небольшую группу изуверов-насильников. Они издевались не только над девочками , но и над мальчиками и почти всегда все вместе. А еще они снимали все это на камеру, чтобы убеждать своих жертв молчать и любоваться делом рук своих на досуге. А главное вынуждены были молчать все: несчастные жертвы, родители пострадавших детей и даже учителя. Отец мальчика занимал в своем городе высокую должность и щедро одаривал школу спонсорской помощью. И, не смотря на все это, он оставался ребенком: извращенной, загубленной в зачатке личностью с темной жестокой душой, но все же ребенком.
Я заманила его на стройплощадку. О, да! Он очень хотел позвать своих приятелей повеселиться со взрослой женщиной, таких они не унижали еще ни разу, но не смог. Его бравады хватило не надолго. Голодная лилиту легко пользуется всеми своими магическими талантами. Мы можем парализовать жертву,а можем возвести вокруг такую иллюзию непроницаемости, что нас обоих никто не услышит и не увидит даже если я совокуплюсь с ним и выпью на Кремлевской Площади. Он был достаточно зрел, чтобы доставить моему телу много удовольствия и достаточно развращен, чтобы напитать мой голод, но при этом слишком молод , чтобы его хватило надолго. Я выпила его досуха. Он мог бы очнуться через несколько часов ослабленным, попасть в больницу, выкарабкаться и навсегда отказаться от своих шалостей, но не получилось. Затмивший мой разум голод превратил меня в Существо без жалости, без мыслей и чувств. Я поимела мальчишку прямо на острых прутьях строительной арматуры, которые входили в его тело с каждым толчком моих бедер поверх его.
Когда голод насыщен, демоническая сущность во мне уходит в глубины сознания, а на поверхность всплывает испуганный человек. Между ног у меня еще ныло от сладкого ощущения мужского естества внутри, и влага обильно стекала по голым ляжкам, а я уже осознавала, что передо мной мертвый и растерзанный, изнасилованный мной РЕБЕНОК. Что бы он там не делал в школе, какие бы фантазии не жили в его голове, разбуженные ранней половой зрелостью и эротическими видеоиграми, а перед смертью он испытал все тот же страх, что и любой ребенок, обнаруживший под своей кроватью настоящего монстра. Вот только этим монстром была я.
С тех пор голод не приходил. У лилиту слишком размыта грань допустимого и целесообразного. У нас мало что осталось от совести. Голод рано или поздно научит мириться с тем, что Ты не человек. Не приняв Демоническую суть свей души, не выживешь . А дальше сомнений все меньше.Когда-нибудь их вовсе не останется . Но я цеплялась за остатки принципиальности из последних сил. Это было неправильно, но иначе я не могла.
– Сидури! Не усложняй и того больше свою сложную жизнь. Смирись наконец -то с тем, что Ты не человек. Ты – Дитя Великой Матери Нашей! Так и будь им по праву!
– Да! Владыка! – ответила я даже не пытаясь притвориться, что соглашаюсь с его словами.
Шаркарун покачал головой. Смиренный мой голос и речь не могли его обмануть.
– Ступай! Да хранит Тебя любовь Матери Нашей Великой Ламашту!
Прим 1 - Предменструальный синдром – комплекс патологических симптомов, который включает в себя разнообразные психоэмоциональные и обменно-эндокринные проявления во время , которые длятся до 14 дней перед менструацией у женщин.
Глава 3
Ночной Балхаш мало чем отличается от любого другого города, тем более , летом. Огни фонарей, рекламные призывы « зайти»; нежные парочки держаться за руки; крикливая разношерстная молодежь, снующая по улицам в поисках приключений «на пятую точку», облепляющая ограды и поребрики тротуара, как обезьяны деревья. Все это есть и здесь. Только летний зной ночного города в Балхаше свой. Это смесь удушливого сухого жара с привкусом ила и тины. Для кого-то этот вечный смрад может быть ужасен, но я к нему привыкла, как к запаху дома и мне нравиться бродить по ночному городу в одиночестве. А еще больше нравиться знать, что люди, способные причинить зло смертной женщине и не подозревают, чем им грозит попытка ограбить или изнасиловать меня. Мне приятно думать, что я могу очень удивить и даже напугать кого-то ,кто осмелиться не увидеть во мне ночную угрозу. Но, видимо чутье у человека обостряется в ночные часы также, как и любого другого существа. В конце концов, человек такой же зверь. Люди обходят меня за километр.
После Совета я не спеша, прогуливалась по ночному городу, вдыхая ароматы иссушенной страдающей земли и меня наполняло злорадство от того, что она испытывает голод по влаге и прохладе, а я нет. Что бы там ни говорил Шаркарун, а свобода от голода не так уж и мучительна. Она устраняет множество проблем. Но с другой стороны испытывать голод почти всю жизнь, знать его лучше, чем саму себя, жить им и дышать, а потом лишиться его - это как отрезать от себя руку. Научиться без нее жить можно, но все время будет чего-то не хватать, и Ты как будто не полноценен. Некоторые ученые, специалисты по генетике ,утверждают, что близнецы вот также чувствуют друг друга, как нечто неотделимое от самого себя. А голод он как брат близнец. Он, Твое все, твоя другая сторона, но не Ты.