Шрифт:
Пролог
– Беги, Машка! Беги! – заголосила Линка, стоящая на балконе.
И я бежала…
Так быстро, что чудесное исцеление Фореста Гампа – ничто по сравнению с тем, что пришлось увидеть толпе зевак, собравшейся на площади в этот знойный полдень.
Дети верещали от восторга и тыкали в меня пальцами, дамы в возрасте охали и поминали Светлую Богиню, мужчины озадаченно смотрели вслед, молодые девушки прикрывали приоткрывшиеся от удивления рты ладошками. Собаки истошно лаяли, лошади испуганно ржали, кучера матерились. Короче, такая вполне себе стандартная реакция
Демонстрируя публике чудеса паркура, я подхватила длинную юбку, облокотилась на забор и грациозно перемахнула на ту сторону, не менее впечатляюще споткнулась на ровном месте, кувырнулась и тут же вскочила на ноги.
– Вернись! Немедленно вернись! – кричал вдогонку несостоявшийся муж.
Ага, сейчас, милый, только парик поправлю!
Кстати, про парик. Я сдернула с головы серую паклю, заколки, сдерживающие пучок, отстегнулись, и мои темно-русые волосы густым водопадом хлынули на плечи. Дальше на землю полетела мешковатого вида длинная юбка, недоеденная молью шаль и отстегнутый горб. Толпа прокомментировала это чудесное перевоплощение одобрительным свистом.
М-да! Мужиков из моего мира вид стройной девушки в черном платье-рубашке до середины бедра и обтягивающих брючках уже не удивляет, а эти… смотрят так, словно после пяти лет воздержания впервые девушку увидали.
– Мари!
Побелевший от злости король Максимельян с трудом протискивался сквозь плотную толпу, наслаждавшуюся, затаив дыхание, небывалым зрелищем. В темно-коричневых, словно горький шоколад, глазах монарха отчетливо читалось желание придушить чересчур резвую невесту, затем по-быстрому принести клятвы верности и запереться в комнате как минимум на неделю ради моральной компенсации и выплаты супружеского, что б его, долга.
Я задумчиво окинула высокого мужчину внимательным взглядом, мысленно посетовала, что такие красавцы идут только в комплектации с королевством Гиз и короной, а затем развернулась и припустила в сторону конюшен. За спиной послышался грозный рык сердитого мужчины и шорох одежд отпрянувшей от короля толпы.
Следовало испугаться, но я бесстрашно забежала в стойло, схватила оседланного и уже заждавшегося единорога из местных легенд и поверий. Василий, конь мой верный, возбужденно всхрапнул, когда я, используя перевернутое ведро в качестве опоры, взгромоздилась на его спину, и пустился вскачь.
Как так вышло, что обычная студентка оказалась в другом мире, счастливо избежавшей брака с самым потрясающим мужчиной на свете, да еще верхом на единороге?
В свое оправдание хочу заметить – я просто очень сильно торопилась, а неприятности нашли меня сами. Все завертелось в непонятной чехарде, когда между моим миром и миром Палангир произошел ритуал обмена. Я провалилась в канализационный люк, а на выходе оказалась в другом мире.
Меня приняли за Мариэллу Витард, принцессу небольшого королевства, возглавляющего Королевский союз. Чуть позже наемники признали во мне скоропостижно скончавшуюся при очень странных обстоятельствах наемницу Соколенок. И вишенкой на этом пирожном абсурда стало предложение брачного союза от короля Максимельяна, увидевшего во мне ключ к разгадке тайны исчезновения своего отца и старшего брата.
И только мои друзья – эльф Юлий, студентка
Но и на этом череда неприятностей и совпадений не закончились. Я как-то совершенно неожиданно стала Богиней местного разлива, обзавелась подданными, такими же несчастными попаданцами из других миров, как я сама. Умудрилась влюбить в себя кахара и сбежать от Макса за пару дней до свадьбы.
Вы, наверное, недоумеваете: «Машенька, ну во что ты умудрилась вляпаться на этот раз?»
В свадьбу. Да-да, опять!
Но, думаю, эту историю надо отмотать немного назад…
На то место, на котором она оборвалась в прошлый раз.
– «Погода была прекрасная, принцесса была ужасная! Днем во втором часу заблудилась принцесса в лесу», – бубнила я стишок, с нескрываемым отчаянием оглядывая дремучий лес, темнеющий по обе стороны тропинки.
Погода – лучше не бывает. Над головой светило яркое солнышко, радостно пели птички. Деревья, одетые в синюю густую листву различных оттенков, шумно переговаривались между собой, поскрипывая мощными стволами. Ветер радостно играл листвой.
Все в лесу пело и приветствовало новый день, и только мы с достопамятным единорогом понуро брели в светлое будущее без всякой надежды на лучшее, так как окончательно и бесповоротно заблудились.
– Пф-ф…
– Ты мне еще повздыхай, – легонько хлопнула я зверюгу по белоснежному боку. – Кто врал, что знает дорогу? Чья рогатая морда уверяла, что с ней я точно не заблужусь?
Единорог, с моей легкой руки ставший Васей, промолчал и побрел дальше. Из-за леса справа начала наползать большая черная туча. Она приближалась медленно и неотвратимо, как дно в банке с кофе, давая понять, что к нам идет холодный мокрый песец!
Что я, на минуточку, Светлая богиня, забыла в лесу? Так выгнали! Да-да, Дизон мне так и сказал:
– Топай-ка, Машенька, на заставу. В конце концов, надо пользоваться тем, что ты беспрепятственно проходишь сквозь барьер кроков. Держи. Вот список, вот мешок с деньгами, а вот и провожатый…
Меня так поспешно усадили на единорога и провели через границу РоккАбада в лес, что я даже возмутиться не успела. А хотелось! Где это видано, чтобы богиню как простого гонца в деревню за продуктами отправляли? Мне ж по статусу не положено!
Но к тому моменту, как мое возмущение достигло вербального пика, кроки уже сомкнули за нашими спинами защиту, вокруг раскинулся дикий лес, а Василий, конь мой верный, перебирал короткими ногами в сторону заставы. В итоге я решила, что прогуляться никогда не поздно, и люди, хоть и деревенские, всяко лучше, чем жители РоккАбада.
Кстати, о моих новых подданных.
За две с половиной недели, минувших с моего грандиозного побега из лап короля Максимельяна и не менее фееричного мордобоя с прежней Светлой богиней, я успела навести в Запретном городе относительный порядок. Первым делом провела перекличку жителей, затем перепоручила Дизону оформить на каждого личную карточку с краткой биографией и характеристиками мира, из которого к нам прибыл попаданец. Отдельно попросила выписать просьбы, жалобы, предложения и прочие возмущения, то и дело возникающие среди незанятого работой народа.