Докер
Шрифт:
ИЗ «СКАНДИНАВСКОГО ДНЕВНИКА»
Эту поездку в Скандинавию в январе 1972 года я совершил для ознакомления с литературной жизнью Норвегии, Швеции и Дании. Поездка была насыщена интересными встречами и беседами как с писателями, издателями, так и с общественными деятелями этих стран.
Вместе со мной в поездке была скандинавистка Валентина Сергеевна Морозова. Она много лет занимается изучением норвежской, шведской и датской литератур, переводит поэзию и прозу этих стран.
Прощаясь с нами в аэропорту
— До Стокгольма лететь минут пятьдесят. Как раз успеете перелистать «Литературку»!
Действительно, мы летели недолго, я успел перелистать газету, даже пробежать некоторые статьи, а в разделе «Ха-ха» прочесть заметку о новом американском фильме «Николай и Александра». Но заметка была написана в фельетонной манере, и я как-то не придал ей значения.
А в Стокгольме как раз идет этот фильм!..
Только что здесь, рассказывают нам, с большой помпой прошла премьера фильма, на которую из США приезжали исполнители ведущих ролей, известные голливудские актеры. Судя по всему, это крупный боевик и на него делается большая ставка в антисоветской пропаганде.
Пока Валентина Сергеевна Морозова налаживает контакты с Союзом писателей Швеции, связывается с писателями, будущими авторами скандинавского номера «Звезды», я свободен от дел, знакомлюсь с городом. В витринах магазинов — всюду английское и немецкое издания книги Роберта Масси «Николай и Александра». Не по этой ли книге поставлен американский фильм того же названия?.. Да, так оно и есть, на афише указано имя Роберта Масси.
О книге Роберта Масси, а также книгах Ганса Манфреда Хойера, Сиднея Харкейва, Нобла Фрэнленда и других немецких и американских авторов, изданных к пятидесятилетию со дня убийства Распутина и казни царской семьи, мне четыре года назад, в январе 1968 года, рассказывал М. Касвинов, один из наших опытных журналистов-международников.
И тогда же, помнится мне, я сказал ему в гостинице, в Москве:
— Почему бы вам не написать правду об этих событиях?.. Ведь так называемая «екатеринбургская драма» относится к разряду сюжетов наиболее устойчивых, систематически возобновляемых на Западе! К тому же вам ведь уже приходилось недавно полемизировать в серии ответных статей на страницах западногерманской прессы, обличая апологетов царизма и династии Романовых…
— В частности, в прессе оффенбург-баденского концерна Франца Бурда, — добавил М. Касвинов. — Да, неотвратимые решения, продиктованные логикой событий, шпрингеровские толкователи пытаются выдать за слепую расправу, народный порыв самозащиты от контрреволюции и реставрации — за бесшабашный разгул. Таким способом проимпериалистическая пропаганда в ФРГ силится бросить тень на бессмертную эпопею мужества и героизма, какой вошла в мировую историю наша революция… — Помедлив, М. Касвинов продолжал: — Кроме этих книг, сотен больших и малых публикаций за последние годы в ФРГ и США поставлены еще десятки кино- и телефильмов…
— Нет, вам определенно надо написать такую книгу, — сказал я ему. — У вас и большие знания, и большой опыт полемики с зарубежными фальсификаторами русской истории.
М. Касвинов сел за работу над серьезным исследованием. Кроме советских архивов он работал в Чехословакии, Польше, Австрии и Швейцарии.
В первых числах января 1972 года автор завершил свой труд «Двадцать три ступени вниз»
И вот я сижу в зале кинотеатра, смотрю цветной американский фильм «Николай и Александра».
Картина, разумеется, поставлена антисоветчиками, в ней все безбожно переврано, но кинематографически она сделана ловко, а потому смотрится с интересом. Правда, реакция на нее разная. Мы-то, знающие историю по Ленину, а не по Масси, можем и смеяться, и гневаться по ходу развития событий.
Ну а как прикажете вести себя залу, который знает историю только по Масси и верит ему?.. Верит, что революционеры были заговорщиками, а царь Николай II — кротким и заботливым самодержцем, любящим мужем и отцом?.. Правда, в газетной рецензии зрителя, сидящего в зале, называют обывателем, но это не меняет существа дела. Фильм сделан так ловко, что где-то посредине все внешние события остаются за кадрами фильма, и зритель остается один на один со скитающейся по городам и весям Сибири и Урала многодетной царской семьей. Это у обывателя-зрителя вызывает сострадание к скитальцам, а как итог — ненависть к революции и к нашей стране.
Фильмам, аналогичным «Николаю и Александре», и десяткам «исследований» на аналогичные сюжеты надо прежде всего противопоставить документальные книги. Может быть, тогда всякие «советологи» и антисоветчики перестанут наконец-то скорбеть по убиенному самодержцу.
Когда я уезжал из Ленинграда, мне казалось, что книгу М. Касвинова «Двадцать три ступени вниз» мы начнем печатать на страницах «Звезды» в 1973 году.
Теперь же, думается мне, это следует сделать намного раньше, уже в этом году [10] .
10
Как заметил, может быть, читатель, книга М. Касвинова даже опередила эти заметки, — первая ее половина напечатана в № 8 и 9 «Звезды» за 1972 год.
С романистом Яном Гелином мы встретились в Союзе писателей.
Это средних лет мужчина, в клетчатом костюме, в очках, очень подвижный и общительный. В Союзе писателей он занимает должности председателя правления и одновременно директора.
Но Ян Гелин был занят необычным и для председателя, и для директора делом — сшивал какие-то карточки в папки. Мы застали его за этим делом потому, что пришли за пять минут до назначенного часа. Но Ян Гелин не смутился.
— Председатель должен все уметь делать!.. Разумеется, эту работу могла бы получше меня выполнить секретарша, но она ушла на почту. Союз писателей у нас большой, объединяет человек пятьсот, а работает в нем четверо, включая меня. Содержать большой штат дорого!
Убрав папки со стола, Ян Гелин изучающе смотрит на часы, говорит:
— Сейчас пять часов, самое обеденное время. Почему бы и нам не пообедать? За обедом и разрешим все деловые вопросы.
И вот мы втроем сидим в ресторане «Галеан». Жаль только, что мы с Валентиной Сергеевной Морозовой недавно пообедали, у нас нет никакого аппетита. Столик наш — недалеко от кухни. Кухня открытая, все, что готовит повар, он делает на ваших глазах, ловко орудуя на газовых плитках. Разумеется, никакого кухонного запаха. Сильная тяга, хорошая вентиляция.