Доктор 5
Шрифт:
— Это же в командировку туда ехать? А как иначе проверишь?
— Ну ты же сам родил концепт. — Делано удивляется Кеша. — И это же ты хочешь выполнить все функции? Пиши рапорт. — Пожимает плечами Кеша, также успокаиваясь и переходя на нормальный тон. — Заработаешь очки. Если выяснишь что-нибудь интересное. — Сарказм в Кешиных словах виден даже мне, далёкому от их рода занятий.
— Я не смогу, — коротко осекается его коллега, зачем-то пристально глядя на Кешу.
— Ну так а какого тогда?.. Или ты хочешь сказать, что это ты мне поручаешь ехать? — пожимает плечами второй раз Кеша, по которому я на самом деле вижу, что он уже абсолютно спокоен и где-то даже не против. То ли самой этой беседы, то ли возможности поездки. — Раз ты такой привилегированный, что даже языка их не выучил? За всё
— У тебя он просто родной, — вскидывается было «соратник», но Кеша всё с тем же выражением лица, под явную усмешку Гао, перебивает:
— Да ты е…. сегодня закроешь или нет, с-с-с-с-с…?
Из всех нас, веселится только Гао.
Справедливости ради, смеётся Гао мысленно, и в и ж у это только я.
ЯньАнь снова недоумённо переводит взгляд с одного спорщика на другого, но по-прежнему не вмешивается.
Сам «коллега», видимо, сболтнул что-то не то сгоряча, но почему-то решает не останавливаться на достигнутом:
— Ещё надо разобраться, насколько личное в этом месте переплетается с государственным! — он обличительно смотрит на Кешу, явно ожидая с предвкушением какой-то ответной реакции.
— Если не уймёшься, глаза на жопу натяну, — неожиданно спокойно предупреждает Кеша.
До «соратника», видимо, что-то такое всё же доходит (пусть и с опозданием), поскольку он чуть краснеет, пульс у него учащается и ему в кровь выплёскивается ещё одна порция норадреналина.
Он что, мазохист, что ли?! Читал я про подобные отклонения. Но как-то слишком дико это всё смотрится тут. Надо будет спросить у Кеши потом, если это не секрет.
— Ещё у меня претензии к качеству работы вашего персонала, — врезается в этом месте ЯньАнь, видимо, женским шестым чувством улавливая необходимость смены фокуса беседы.
— В чём суть претензий? — цепляется за спасительную соломинку (явно чтобы сменить вектор разговора) Кешин коллега. Который после этого замечания ЯньАнь удваивает и без того немалый норадреналин в крови.
Какой странный тип и физиологии, и психики, хм… Чего-то я в нём не понимаю.
Интересно, а как Кеша с ним работает постоянно? Это же действительно похоже на пытку — искать взаимодействия с таким человеком? Наверное.
— Вот графики выработки. Вот производительность. Вот доходность от каждой смены и сотрудника. — Вываливает очередную порцию таблиц на экран китаянка. — А теперь сравните китайскую смену и ваш персонал. Не сочтите за подковырку, — спокойно и ровно продолжает ЯнАнь, в которой я, с удивлением для себя, набдлюдаю просто какую-то акулу бизнеса. — Цифры упрямая вещь. — Она полностью завладела вниманием присутствующих, поскольку я, по привычке, начинаю переводить её для Кеши и Гао. — Я лично несколько раз делала замеры, пока не убедилась. Если хотите, можем повторить их совместно…
— Не надо, всё корректно, — кивает «соратник» неохотно через семь минут, пройдясь со всеми вместе по каким-то материалам. — Это справедливо и понятно. Я тоже обращал на это внимание, но могу всё объяснить. Это, конечно, не совсем моя работа, но…
— Ты тут ратовал за экономическую эффективность? — невежливо перебивает коллегу Кеша, сверля того взглядом. — Вот теперь изволь.
— У вас вахтенный метод, — продолжает «коллега», косясь на Кешу, но обращаясь при этом к ЯньАнь. — Ваши смены, по квалификации и опыту, на три головы выше наших. Просто вы их привозите и увозите вахтами из той части вашей страны, где такие квалифицированные кадры, видимо, в наличии. У нас с демографией не так здорово, как у вас, и есть особенности. Это не совсем по моему профилю, — повторяется он, — но могу прокомментировать… Мы, по ряду причин, можем опираться только на местные кадры, местного региона. Они, по исключительно объективным причинам, ни по количеству с вами не сравнятся, ни по уровню опыта и подготовки, особенно для требуемых операций. Грубо говоря, у вас тридцать миллионов народу с той стороны, и больше половины из них — с высшим образованием. А у нас менее трёх миллионов, и по образованию есть тонкости, — «соратник» явно что-то недоговаривает и обходит какие-то моменты, надо будет потом сказать Кеше. Вдруг он не в курсе. — У нас нет другого персонала.
— А зачем вы мне это говорите? — удивляется
Она явно намекает на Роберта Сергеевича. Впрочем, Кеша с ним общается на личном уровне, и общается достаточно немало и неплохо.
— Есть какие-то варианты решения? — прорезается Кеша, неприязненно глядя при этом на своего «соратника». — У завода ведь, помимо констатации проблемы, наверняка есть и предложение по решению?
— Да, мы предлагаем следующее. Полностью меняем схему. Делаем вместо сегодняшней процедуры так. Рабочий и младший лабораторный персонал — ставим только китайцев. На сто процентов. Извините, тут все свои, потому скажу откровенно… Где взять все сто процентов требующегося персонала на эти операции в Китае, я знаю. В любом городе! По цене, на тридцать процентов ниже вашего персонала аналогичной квалификации. И у меня ещё будет очередь из желающих тут работать. А у вас… — ЯньАнь осекается, затем продолжает. — Но!.. Старшие смен, руководящий и контролирующий персонал — давайте ставить на должности исключительно ваших. Как раз высшие специалисты у вас в среднем посильнее. И подешевле.
— Извиняюсь, а могу спросить, чем они сильнее? — меня заинтересовывает такой поворот в беседе, потому влезаю (пользуясь преимуществом положения переводчика). Теоретически, если бы я тут мешал, меня бы и не пустили сюда, и обсуждать при мне чего-то серьёзного не стали бы.
— Без проблем, — поворачивается ко мне ЯньАнь. — Поясняю. Когда нужно монотонно, точно и быстро выполнять стандартные операции по чёткому алгоритму, в течение восьми часов, у нашей смены процент отклонения ниже одного. У вас этот процент почему-то повыше, — деликатно обозначает она, рисуя на бумаге двузначную цифру. — Но, — ЯньАнь делает многозначительную паузу. — Если случается любая нештатная ситуация, то всю нашу смену это моментально парализует, вне зависимости от ранга сотрудника. А ваши наоборот; очень легко, почти в любой нестандартной ситуации, находят какое-то решение, позволяющее не прерывать ни одного принципиального процесса. Мне даже иногда кажется, что это не этнические особенности, а как будто какая-то тонкость в мышлении. Вот взять и трансформатор на той неделе…
— Без деталей! — очень быстро перебивает её Кеша, — давайте без деталей, мы полностью согласны с вашим анализом! не надо иллюстраций! — Кеша рефлекторно переглядывается с «соратником», который ему кивает с явным облегчением во взгляде. — Мы не возражаем против такого подхода. Какой процент из руководителей отдаёте нам?
— Да хоть все сто, — отмахивается ЯньАнь. — Лишь бы они по-китайски могли управлять нашими людьми. Для нашей стороны, этот вопрос не принципиален. В отличие от вас. Речь лишь об экономической эффективности. Так, тут все взрослые люди, потому давайте ещё раз откровенно… Рабочие-китайцы лучше. Это надо доказывать? — она чуть насмешливо обводит всех взглядом; все присутствующие по очереди качанием головы подтверждают согласие. — Но как средний и старший руководитель, ваш человек менее зашоренный, имеет больший запас готовых решений либо гораздо быстрее нужные решения способен генерировать. Не знаю, почему. С нашей точки зрения, и это не только моё мнение, а вообще тенденция… идеальный коллектив выглядит так: рабочие — наши. Руководители — ваши. Схема идеальна ещё и тем, что вы не отстраняетесь от операционного руководства. Соответственно, не треплите мне нервы по каждой мелочи, снедаемые подозрительностью. Поскольку на ключевых местах все люди — ваши, — она снова обводит взглядом присутствующих.