Доктор Смерть
Шрифт:
Единственный зритель — я устроился в заднем ряду. Леонард Стикни, заметив меня первым, дружески кивнул.
Через секунду Джуди тоже увидела меня и широко раскрыла глаза от удивления. Величественная и торжественная в черной мантии, она тотчас отвернулась, снова став деловой.
Я ждал. Через десять минут, приказав адвокатам подготовить какие-то документы в тридцатидневный срок, Джуди объявила перерыв, и подозвала к себе Леонарда. Прикрыв микрофон рукой, она что-то шепнула ему на ухо и вышла из зала.
Леонард направился ко мне.
— Доктор
Мягкий свет, резной стол, мягкие кресла, на стенах сертификаты и дипломы, семейные фотографии в серебряных рамках.
Мой взгляд остановился на одной из них. Младшая дочь Джуди — Бекки. Девочка, ставшая слишком худой, обратившаяся за помощью к врачу, пытавшемуся лечить Стейси.
Бекки — с кем занималась Джоанна. Чьи оценки снова стали плохими, как только эти занятия закончились.
Бекки, худевшая в то время, как Джоанна раздавалась вширь, прекратившая отношения со Стейси.
Сняв мантию, Джуди повесила ее на вешалку из красного дерева. Сегодня на ней был костюм бананово-желтого цвета, облегающий, отделанный кремовой шнуровкой. Серьги с большими жемчужинами, небольшая брошь с бриллиантом. Все до одного волоски на месте.
Золотистые сияющие волосы.
Джуди села в кресло за письменным столом, заставленным блестящими предметами. Рамки с фотографиями, хрустальная ваза, коллекция крошечных бронзовых кошек, мельхиоровое пресс-папье, судейский молоток из орехового дерева с бронзовой пластиной на ручке.
— Алекс! Какая неожиданность. Разве вы участвуете в каком-то моем деле?
— Нет, — сказал я. — И вряд ли когда-нибудь буду.
Прищурившись, Джуди посмотрела на меня.
— Почему вы так говорите?
— Потому что я знаю.
— Что знаете?
Я ей не ответил, и не по какому-то психологическому расчету. Я долго думал о предстоящем разговоре, мысленно проговаривая его, заготовил первые слова.
Я знаю.
Но все остальное застряло у меня в груди.
— Вы что, решили задавать мне загадки? — спросила Джуди, пытаясь улыбнуться.
Но ей удалось лишь скривить губу.
— Вы были там, — сказал я. — В мотеле, вместе с Джоанной. Вас видели. Этот человек вас не узнал, но он описал вас так, что не может быть никакого сомнения.
На самом деле Марибель видела только волосы. Короткие золотистые волосы.
«Очень худая женщина, совсем без бедер. Я видела ее только со спины; она садилась в машину, когда я вышла, чтобы приготовить лед. У нее были такие волосы... очень светлые, прямо сияющие, словно золоченые. Даже с противоположного края стоянки я заметила их сияние».
— Мейт не имел к этому никакого отношения, — продолжал я. — Только вы и Джоанна.
Джуди откинулась назад, слегка сползла вниз.
— Дорогой Алекс, вы говорите ерунду.
— Если посмотреть на это с одной стороны, — сказал я, не обращая на нее внимания, — вы помогали
Я молчал. Джуди сидела не шелохнувшись. Наконец у нее задергалось веко. Она отодвинулась от стола еще на дюйм.
— Алекс, вы начинаете говорить как один из ваших пациентов-психопатов. Нести полную чушь в надежде, что кто-то воспримет ее всерьез. У вас нервный стресс? Вы в последнее время много работали? Я всегда считала, что вы себя не жалеете.
— Так что дружбу можно было бы считать милосердным оправданием того, что вы сопровождали Джоанну в Ланкастер, но, к несчастью, истинная причина совсем другая. Джоанна уничтожила себя, сокрушенная чувством вины, — она согрешила и не смогла простить себя за это. Ричард тоже ее не простил. Как и вы. Так что, когда Джоанна обратилась к вам с просьбой помочь ей совершить последний путь, не думаю, что вы долго колебались.
Джуди втянула губы в рот. Ее рука рассеянно ощупала обтянутую кожей крышку стола и, наконец, нашла то, что искала. Молоток из орехового дерева. С бронзовой табличкой на рукоятке. Награда. Все стены ее кабинета были увешаны знаками признательности.
— То, что вы были рядом, являлось составляющей частью кары, — продолжал я. — Приблизительно то же самое, когда родственников жертв преступлений приглашают присутствовать при казни виновных.
— Все это вздор, — воскликнула Джуди. — Не знаю, что на вас нашло, но вы говорите совершенную ерунду. Пожалуйста, уйдите отсюда.
— Джуди...
— Сию же минуту, Алекс, иначе я позову Леонарда.
— Я уйду, но это ничего не изменит. Ни для вас, ни для Бекки. Боб знает? Наверное, не все, иначе он бы выразил свой гнев более определенно, и немедленно. Не стал бы ждать. Но Боб чем-то взбешен, так что что-то ему известно.
Схватив молоток, Джуди махнула им в мою сторону.
— Алекс, даю вам последний шанс уйти пристойно...
— Джоанна и Бекки, — остановил ее я. — Когда и как это произошло?
Она подалась вперед, вставая с кресла. Молоток опустился на стол. Но удара не получилось. Ореховое дерево выскользнуло у нее из руки и, проехав по кожаной поверхности, столкнуло пресс-папье на пол. Массивный металл глухо стукнулся о ковер.
Очень трогательный звук. Возможно, он все и решил, а может быть, Джуди просто надо было высказаться.
Она схватилась руками за грудь, словно собираясь вырвать сердце. Уронила их, падая в кресло. Прическа, наверное впервые в жизни, пришла в беспорядок. В глазах блеснули горячие слезы, губы задрожали так сильно, что ей потребовалось сделать над собой усилие, чтобы обрести дар речи.
— Ублюдок! — тихо прошептала Джуди. — Проклятый ублюдок, черт бы тебя побрал! Я зову Леонарда.
Но она этого не сделала.