Дольчино
Шрифт:
Он снова поднял плеть для удара.
— Сколько должен этот человек? — спросил Дольчино, подходя к Винченцо и удерживая плеть.
Все с удивлением посмотрели на незнакомца.
— Как ты смеешь соваться не в своё дело? — побагровел от ярости управитель замка.
— Я хочу за него заплатить, — спокойно возразил Дольчино.
— Вот как! — переменил тон Винченцо. — Посмотрим, что задолжал сеньору этот лентяй.
Он взял
— Итого недоимка за прошлые и этот год семь золотых флоринов пять сольдо.
Все ахнули. Даже если бы Исидоро продал овец, дом и всё, что в нём было, ему не удалось бы собрать требуемую сумму. Дольчино взглянул на помертвевшее лицо женщины с ребёнком.
— Хорошо, я дам деньги, — сказал он, развязывая пояс, — но не напутал ли ты в подсчётах, Винченцо?
— Проваливай, пока цел, — жадно выхватил золотые монеты кастелян. — Моли бога, что мне некогда учить тебя счёту, не то познакомился бы с моей арифметикой.
Прихрамывая, Винченцо подошёл к коню.
— С этой дырой рассчитались, — кивнул он латникам. — Теперь — в Коваллирио!
Солдаты поскакали в соседнюю деревню. Как только они скрылись за поворотом, маленькое селение пришло в движение. Мужчины и женщины, дети и старики — все поспешили к распростёртому на земле Исидоро. Он лежал тут же, у столба, и чуть слышно стонал. Спина у него вздулась и посинела. Жена и дети молча стояли над ним. По щекам их катились слёзы. Наконец женщина подняла голову и бросилась к ногам избавителя.
— Спасибо, спасибо, — целуя его сандалии, всхлипывала она. — Если бы не вы, злодей засёк бы его до смерти. Не знаю, чем сможем отплатить, но мы всегда будем молиться за вас.
— Успокойся, сестра. Я сделал что мог, — сказал Дольчино, поднимая женщину.
К ним подошёл пожилой крестьянин, сосед Исидоро.
— Кто бы ты ни был, добрый человек, ты поступил как достойный христианин. Отныне для каждого из нас ты будешь желанным гостем.
Дольчино обвёл взглядом толпившихся вокруг крестьян. Заметив Джино и Стефано, он кивнул им. Все трое вернулись в дом кузнеца продолжать прерванный разговор. Через полчаса Дольчино покинул деревню, условившись с друзьями встретиться после наступления сумерек в монастыре францисканцев.
Урок арифметики
Под вечер латники, нагружённые добычей, возвращались в Романьяно. Они гнали перед собой дюжину овец и крупного белолобого телка. У многих солдат были перекинуты поперёк седла мешки с зерном, глиняные бутыли с вином, корзины с птицей. Миновав Прато, всадники вступили в лес и растянулись длинной цепью. Дорога стала настолько узкой, что по ней нельзя было проехать более чем двоим в ряд.
— Проклятая чащоба, — пробормотал один из латников. — Здесь никогда не чувствуешь себя в безопасности. Того и гляди, какой-нибудь голодранец попотчует стрелой.
— Когда мы вместе, не тронут, — ответил ехавший с ним в паре сосед.
— Зато один лучше не попадайся, — продолжал первый. — Помнишь, что кричал старик, у которого забрали телёнка?
— Ну,
— Так-то оно так, но ты забыл, как смотрели на нас его сыновья. Эти молодцы ещё напомнят о себе.
— Изрядно хватил ты, вот и лезет в башку чертовщина… Смотри! Уже виднеется францисканская обитель. Теперь до замка рукой подать.
Отряд спустился с холма и въехал в зелёную лощину. Дорога проходила возле монастырских стен.
— Что-то сегодня не видно коричневых ряс, — заметил солдат, ехавший с кастеляном впереди отряда. — Или святые отцы опять нализались?
— Попридержи язык, за такие речи не поздоровится, — Винченцо строго взглянул на латника, недовольный, что его оторвали от приятных размышлений.
Семь флоринов, спрятанных в кожаном мешочке у пояса, не давали покоя. Не каждый день доводилось вырвать золотой. А тут он получил сразу семь и может с чистой совестью оставить их себе. Сеньор не будет в претензии: платил посторонний. Жаль только, не пришло на ум ещё увеличить сумму. Возможно, тот чудак с лицом святоши дал бы и больше.
Кстати, откуда у мошенника деньги? Верно, это один из тех бандитов с гор, о которых ходят тёмные истории. Кто ещё с такой лёгкостью расстанется с золотом? Впрочем, не всё ли равно, откуда флорины. Важно, что теперь они здесь. Кастелян незаметно потрогал мешочек.
В отличие от большинства наёмников, он не спешил промотать добытые деньги, не тратил их, как другие, на весёлых девиц и шумные попойки. Сын разорившегося торговца из Новары, Винченцо решил поправить дела семьи и упрямо шёл к намеченной цели. Будучи от природы человеком храбрым и неглупым, он снискал доверие сеньора и умел им пользоваться. Дважды в год он отвозил сбережения домой и сумел скопить приличное состояние.
При воспоминании о доме Винченцо улыбнулся. Когда он был там в последний раз, отец подыскал ему славную невесту. Торговые дела налаживались, и можно было бы остаться в городе. Только мысль подкопить ещё и нежелание расстаться с доходным местом заставили его вернуться в Романьяно. Но хватит, больше он не станет откладывать. На рождество Христово назначена свадьба. Пора наконец обзавестись семьёй и жить независимо.
Внезапно мечты его были прерваны. За поворотом тропинки показались вооружённые люди. Кастелян остановил коня.
— Похоже, засада, — сказал он напарнику. — Приготовь-ка арбалет [19] да поторопи отставших!
— Не лучше ли повернуть назад? — неохотно взялся за оружие солдат.
— Что ты болтаешь, трус! Никогда ещё я не отдавал добычи без боя! — Винченцо отстегнул от седла щит.
Сзади подъехали несколько латников. За ними показались бредущие гурьбой овцы.
— Чёрт бы побрал скотину! — выругался кастелян.
Между тем от стоявшей на дороге группы отделился всадник. Он выехал вперёд и властно приказал:
19
Арбалет — оружие: сочетание лука и ложа с прикладом.