Долг
Шрифт:
Заплела тугую косу и отправилась на кухню. Разожгла печь и поставила чайник. Потом встала у столешницы и уставилась в окно. Светло так, солнечно. Моё настроение схоже с погодой. Так внутри всё спокойно, будто так всё и должно быть! Я радовалась, была в восторге от того, что вчера произошло. Я такого никогда не испытывала! Совсем-совсем! Это же такое удовольствие… такие чувства! Меня начали эмоции переполнять. Я так счастлива!
Таинственного наблюдателя заметила не сразу. Просто стояла, размышляла о всяком, а потом услышала бульканье воды в чайнике, повернулась и… вздрогнула. Стоит, сонный, лохматый и голый. Стоит
— Мы это сделали! — я весело шлёпнула рукой по столешнице. — Лорин, мы смогли!
Я уставилась на задумчивого мужчину с широкой улыбкой. Он смотрел на меня как-то потерянно. Стоит, глазками хлопает, меня оглядывает.
Понимая, что с Лорином что-то не так, направилась к нему. Хотела привести его в чувства, дабы узнать, что стряслось.
Признаюсь честно, я поддалась. Когда блондин вдруг дёрнулся в мою сторону, схватил за подмышки и посадил на столешницу. Я позволила, просто смотрела в его зеленющие глаза и поддерживала его. Искренний и трепетный поцелуй и я тут же обвиваю его шею руками. Лорин раздвинул ноги и пристроился. Я занервничала, не понимая. Растерялась, только ведь была одна…
Его руки блуждали по телу, сжимали грудь, крепко держали, не давая мне даже возможности отстраниться. Я наслаждалась этим развратом. Обожала, когда он целовал меня в шею, когда кусал за уши… Я даже не думала, что это кухня, я совсем забылась, как вчера.
Очнулась я тогда, когда раздался звон и какой-то грохот. Обернулась, разрывая поцелуй. Лорин руками раскидал подставки под специи, под чайные ложки, под маленькие ножи. Они разлетелись в сторону, и одна такая деревянная подставка угодила в окно. В стекле была здоровенная такая трещина.
— Лорин, ты что? — выдохнула я.
Ликан схватил меня сзади за шею, снова впиваясь в неё. Мысль была потеряна, я хотела начать возмущаться и как-то прекратить это буйство, но не преуспела. Начала опять тонуть и вместо того, чтобы оттолкнуть ликана, лишь сильнее притянула его к себе, наслаждаясь его близостью и его силой.
Он вдруг уложил меня на стол, причём немного наискось, чтобы я головой не ударилась об стену. Начал стягивать с меня мои панталоны. Я таращила глаза и тяжело дышала, силясь хотя бы просто начать правильно мыслить, но не могла. Мозг и подсознание знали, что сейчас будет, они всё знали… И это удовольствие было, словно привычкой. Всего один раз и этого хватило, чтобы тело привыкло и жаждало снова испытать это восхождение на вершину блаженства.
Сегодня его язык был самоуверенным и от этого более полезным. Я вцепилась в мужские волосы в каком-то порыве усилить ощущения. Его пальцы до боли впились в мои бёдра, но я была не против, я запрокидывала голову и молила лишь о том, чтобы это никогда не прекращалось.
Вошёл ликан осторожно, но всего несколько толчков и исчезла та аккуратность. Он склонился ко мне, присосавшись к груди. Это мне не нравилось, но эти толчки, эта пульсация, все эти вздохи и прижимания тела к телу… сводили с ума, заставляя забыть о неудобствах.
После привычного провала удовольствие нарастало, будто снежный ком, пущенный с крутой горы. Каждый миг и каждое мгновение было лучше предыдущего. Но конец есть у всего. И вот, в момент, когда я ощутила пульсацию в промежности, я словно отпустила весь свой
Лорин стоял, но верхняя часть его тела лежала на мне. Он как-то осторожно касался меня руками за талию и руки, словно боясь чего-то. А я… Я ощущала боль. Я же так долго копчиком и лопатками о жёсткую поверхность столешницы тёрлась. Во время… этой близости я чувствовала только удовольствие, была рада, что ликан снова… как вчера, но… болела спина жутко. Я ведь не отличаюсь пышностью тела, у меня кожа, да мышцы, поэтому костями своими я как по стиральной доске поездила, а тут ещё и Лорин сверху давит на меня.
Кое-как упёрлась руками в жёсткую поверхность и начала подниматься. Блондин тут же перестал «отдыхать» у меня на груди и тоже выпрямился. Самое странное, что он снова был во мне и выходить не собирался. Поэтому я положила руку ему на грудь и надавила. Он понял. Я даже не смотрела на него. Как только получила свободу, тут же слезла со столешницы и прочувствовала всё. Не удержалась и начала оседать на пол. Правда больно. Наверное, растёрла совсем себе кожу. Да и ноги не держали, голова закружилась…
Мужчина вдруг отошёл от меня и… снял чайник с плиты. Давно он там уже надрывается, надеюсь, не испортила я его. Но вот он вернулся и сел рядом со мной. Потом просто положил голову мне на колени. Голый, взрослый мужик, а вёл он себя слишком неправильно. Такой ранимый, так жался ко мне, будто я сделала нечто невообразимое.
— Доброе утро, — прошептал он вдруг, прижимая мою руку к своей голове, словно упрашивая меня его приласкать.
Эта фраза показалась мне очень смешной. Поясница ноет, в голове кисель какой-то, а мы с Лорином только что занялись сексом на кухонной столешнице. Я ведь ненормальная. Либо совсем ничего не делаю, либо бросаюсь во все тяжкие. Из крайности в крайность, из крайности в крайность…
— Ты в порядке? — спросил Лорин через пару минут.
Я медленно гладила его волосы, наслаждаясь тишиной. Что-то как-то влажно между ног. Боже, не хочу об этом думать, но видимо теперь придётся.
— Спина болит, — честно отозвалась я. — А ты как?
— Прости меня, я не хотел, чтобы второй наш раз был таким сбивчивым, неподготовленным и… здесь, — проговорил он, прижимаясь ко мне сильнее. — Мне было так вчера хорошо, что я впервые крепко уснул. Не слышал, как ты встала, а когда проснулся и не обнаружил тебя рядом, то испугался. Потом услышал тебя и решил спуститься. Я очень хотел поговорить с тобой о вчерашнем, узнать, как ты себя чувствуешь и не требуется ли тебе… какая-то моя помощь. Но я увидел тебя в твоей ночнушке, такую красивую, статную, и только тогда я понял, что ты выбрала меня. Такого грубого мужлана, который не умеет даже толком сделать комплимент образованной девушке. И такое хрупкое и доброе создание досталось мне. Я чувствую несправедливость, но… Я так безумно счастлив, что ты здесь. Со мной. Я тебя не отпущу и никогда никому не отдам. Ты меня понимаешь? Я… Я хочу обладать тобой, чтобы каждая твоя мысль, каждый взгляд был только моим, чтобы все смотрели на тебя и понимали, что ты только моя. Моя и ничья больше.