Долг
Шрифт:
— Нет! — запротестовала я, выталкивая наглеца из своего убежища. — Уходи!
Всеми четырьмя конечностями заработала!
— Ну, перестань, — он снова сгрёб меня в охапку, перехватив руки, которыми я норовила оттолкнуть мужскую голову от себя. — Ты как ребёнок.
— А ты ненормальный! — вскрикнула я, ощущая, как становится жарко и заканчивается воздух. — Всё, оставь меня в покое! Я не хочу с тобой разговаривать.
Он молчал. Я ещё немного побесилась и устала. Успокоилась и ногой откинула часть одеяла с другой стороны, чтобы было чем дышать.
Я его просто
— От тебя приятно пахнет, — сообщило это чудо, прижимая меня к себе.
Я чувствовала лбом его подбородок. Так не честно, я слабее, а он этим пользуется.
— А от тебя нет, — упрямо заворчала я, уже не пытаясь выбраться.
Один же чёрт не выберусь. Он так часто делал. Хватал меня и держал, пока я не сдавалась. Ругались мы или спорили неважно, когда у него заканчивались аргументы и я начинала побеждать его, то он вот так вот делал. Сжимал меня и ждал, когда я сдамся. Сволочь хитропопая. А делать нечего, успокаивалась.
— Язва, — чмокнул он меня в лоб. — Займёмся сексом?
— Чего? — изумилась я. — Не будем мы ничем заниматься. Отпусти меня и дай мне полежать спокойно.
И такое часто бывало. Просто так, припрёт меня к стенке, мол, давай. Я протестую, поскольку, я не должна что-то делать против своей воли. А тот начинает настаивать, приводить дурацкие доводы и… Ну, возбуждать меня! Да, это тоже теперь на меня действует! Трогает меня везде, целует и целует. Я сначала держусь, а потом расслабляюсь, и он этим пользуется. Поняла уже давно, что стала зависимой. Знаю же, как будет хорошо, как сразу на душе легче станет, но… что-то внутри свербит, не давая мне окунуться с головой в мир порока.
Лорин начал целовать мой лоб, а его руки медленно начали гладить моё тело. Ну, началось…!
— Нет, не смей! — замотала я головой. — Я не хочу! Ты — плохой! Совсем-совсем! Лорин… Ну, пожалуйста…
Он добрался до шеи. Как бы я не опускала голову, как бы не жалась, но он знал, как добраться до меня. И поцелуи такие горячие, наполняющие тело теплом и желанием. Я морщилась, но ещё это одеяло, которое создавало иллюзию какого-то шалаша… прекратила сопротивляться. Лорин тут же перекатился на меня и его руки, перестав удерживать свирепую меня, стали путешествовать по телу, поглаживая и пощупывая всё, до чего дотягивались. Я сама обняла ликана и притянула к себе поближе. Столько страха пережила, что… секс бы помог. Мерзко, да? Но я сама это поняла. Лучшего способа отвлечься и успокоиться нет.
Я сама подняла его голову и поцеловала в губы. Сильно и страстно. Лорин тут же поддался, позволяя быть главной. Начала гладить губы этого нежного мужчины. Он сразу же приоткрыл рот, пропуская меня. И я вошла. Начала всё исследовать, поглаживать его нёбо, зубы, ласкать язык…
Блондин задрал моё платье и стянул панталоны. Я ему помогала, поднимая таз. Потом наконец-то раздвинула ноги, и ликан тут же занял вольготное место. Я терялась в чувствах, но понимала, что делала. Я хотела этого
Лорин вошёл сразу. Крупным толчком. Я охнула, оказавшаяся не готова к подобному. Лорин упёрся своим лбом в мой, а руками держал моё лицо.
— Ты моя, поняла? — вдруг прохрипел Лорин мне в губы, сжимая кожу на моём лице до боли. — Поняла?
— Твоя, Лорин, — зашептала я в ответ, нетерпеливо двигая бёдрами, желая поскорее начать. — Пожалуйста…
Он часто задышал и наконец-то сделал полноценный и сильный толчок. До упора! Я чуть не задохнулась от чувства переполненности. А потом он вышел и снова резко толкнулся вперёд. Я вцепилась в его плечи ногтями, силясь проникнуться и впитать в себя этот пьянящий порок.
— Ещё? Мне трахнуть тебя ещё? — спросил он, останавливаясь. — Ты меня хочешь?
— Да, Лорин, пожалуйста… — почти захныкала я, чувствуя огорчение и обиду.
Он специально… возбуждал и потом тянул. Чтобы наказать меня так, доказать свою правоту и насладиться моими мольбами. Ему нравилось это. И причина была банальной, как оказалось. Он так часто слышал от меня отказы, что мне приходилось говорить ему о своих ощущениях и желаниях. Он вынуждал меня просить продолжить этот акт порабощения воли, чтобы удостовериться в правильности его действий. Он потом объяснял мне, а я пальцем у виска крутила, но потом осознала. Ему… так проще, он уверен, что мне не больно.
Ход моих мыслей прервали толчки. Частые и сильные. Я тут же замычала, ощущая тепло и удовольствие, которое начало расходиться по телу. Я прижимала мужчину к себе, словно пыталась слиться с ним в одно целое, а Лорин… Он всегда был нежен со мной. Целовал и ласкал, изредка щипал или кусал, когда забывался. Но я не обижалась и отдавалась всей душой.
После сильного оргазма, мозги превращались в кашу, и я не могла нормально думать. Поэтому сейчас я лежала на плече у мужчины, который нежно гладил меня по голове и тёрся носом о мой лоб.
— Тебе понравилось? — зашептал он.
— Ты же чувствовал, — устало буркнула я, меняя позу и закидывая ногу через обнажённый торс ликана. — Ну… положи руку.
Приподнялась. Вечно голову зажимает мою и всё. Я укладываюсь так, чтобы нам двоим было удобно, а он меня, как котёнка за голову прижимает.
— Извини, — усмехнулся он, принимая нужную мне позу. — Забываю всегда.
— А ты не забывай, — заворчала я, закидывая теперь уже руку на Лорина, — Всё я, всё я…
Подтянула покрывало и укрыла себя вместе со своим зверем. Расправила складочки и блаженно прикрыла глаза. Так хорошо…
— Слушай, мы же про обед совсем забыли, — заговорил ликан через несколько минут. — Я мог бы сходить… А, чёрт, наверное, посуды целой не осталось.
Я сонно приоткрыла глаза. Не отказалась бы от еды. Но согласна, с кухней у нас беда. Нет, сковороды, да кастрюли целы, а вот другая утварь…
— Потому, что кто-то не может себя контролировать, — напомнила я.
— А кто-то любит выводить меня из себя, — тут же заворчал он.
Я пакостно засмеялась. Это я умею, у себя дома всем нянькам покоя не давала никогда, теперь тут…