Долгие раздумья
Шрифт:
Зазвонил телефон. Трубку взяла Ливи и, выслушав сообщение, ободряюще улыбнулась Дикси.
— Машина выехала, сейчас будет. Вы готовы?
Дикси глубоко вздохнула и обвела взглядом апартаменты. Я здесь лишь случайный гость. Интересно, скольких таких, как я, помнят эти стены? Сколько женщин любовались видом из углового окна?
Да, сейчас я уеду без сожаления, но с каким трепетом мне предстоит вернуться сегодня вечером в номер! Я вернусь сюда женой Феликса, в сопровождении собственного мужа! Сердце ее сжалось.
Я
Дикси усилием воли уняла нервную дрожь.
— Я готова, — ответила она.
Ливи удовлетворенно оглядела свою подопечную с ног до головы.
— Выглядите потрясающе! И я не покривлю душой, если скажу, что не видела лебедя прекраснее!
Дикси подавила смешок.
— Пусть теперь оценят эксперты. А вам большое спасибо! И за работу, и за заботу, Ливи.
— Не стоит благодарности! Вами было одно удовольствие заниматься. Вы — образцовая невеста. Просто мечта. Не нервничали, не капризничали.
— Наверное, все это я припасла до церкви, — невесело пошутила Дикси. Лимузин оказался не тем, что встречал Дикси в аэропорту. Этот был белым, украшенным белоснежными и золотыми лентами.
Феликс продумал все до деталей, восхитилась Дикси.
Ливи помогла ей усесться на заднее сиденье. Как хорошо, что рядом есть женщина, которая заботится обо всем! Даже если она и не родной тебе человек, а всего лишь нанятый свадебный менеджер. Наконец-то Дикси не чувствовала себя безнадежно одинокой, нежеланной.
Лимузин плавно затормозил у собора. Стрелки часов показывали без четверти четыре. Ливи, взявшая бразды правления церемонией в свои руки, посоветовала Дикси оставаться в машине, пока все приглашенные не займут свои места в соборе.
Наконец, когда один из помощников Ливи дал знак, что гости расселись, Ливи помогла Дикси выйти из машины. Хотя сердце невесты бешено колотилось и ей хотелось опрометью бежать или к алтарю, или вовсе прочь от храма, к собору они шли медленно-медленно. Заботливая Ливи успела привести в порядок шлейф и расправить фату.
Под сводами поплыл органный хорал, зазвенели хрустальные голоса хора мальчиков, но Дикси словно оглохла. Да и окружающее великолепие она видела как бы сквозь легкий туман, и казалось, что в самый важный момент у нее вдруг откажут ноги.
Из тумана возникла Ливи, которая спокойно сказала:
— Все хорошо. Пропускаем несколько тактов и идем гордо и красиво, держимся центральной линии прохода. Единственная цель — Феликс. Идите прямо на него, ни на кого не смотрите, не оглядывайтесь, чтобы не потерять равновесие и не сойти с центральной линии. Понятно?
— Да, — одними губами произнесла Дикси. В горле пересохло.
К алтарю ее мог отвести отец. Он держал бы дочь за руку, чтобы она ничего не боялась. Но она одна! На виду у всех этих людей! А отец… Что отец? Он в Испании и вряд ли думает сейчас
— Цель — Феликс! — напомнила Ливи. Да, это моя цель, мысленно согласилась с ней Дикси.
Заиграли свадебный марш. Ливи отпустила руку Дикси и тихонько подтолкнула ее.
— Вперед!
Ноги, как ни странно, послушно ступали по мозаичному полу. Держи ритм, говорила себе Дикси, Феликс в конце прохода…
По обе стороны от себя Дикси различала гостей, но они казались словно смазанными картинками. Четко она видела только мозаичный пол, солнечный свет, пробивающийся в стрельчатые окна, и Феликса в конце пути, который, как ей казалось, она едва ли в силах преодолеть. Поэтому первое чувство, которое она испытала, когда оказалась рядом с ним, было удивление. Феликс неожиданно вырос прямо перед ней, тогда как Дикси затуманенным взором все еще высматривала его облаченную в черное фигуру далеко впереди.
Он улыбнулся, и от улыбки сразу прошло головокружение и отступила наконец противная тошнота, мучившая Дикси с самого утра.
Он, как всегда, зорко наблюдает за мной, надежно страхует, он не даст мне упасть! И Дикси расправила плечи и гордо, поистине по-королевски, вскинула голову. Пусть он гордится, пусть все кругом завидуют. Не мне завидуют, а ему!
И тут она заметила яркое цветовое пятно в первом ряду гостей. Мать в великолепном костюме цвета лаванды. А рядом… Женщина в платье цвета зеленого яблока, не мать ли Феликса? Потом, потом… Все потом, а сейчас — что может быть важнее осанки и плавности движений? Пусть обе матери смотрят на торжество своих незаконнорожденных детей! И пусть признают их победу! Хотя бы сегодня.
Феликс подал Дикси руку, и она ухватилась за нее несколько крепче, чем полагалось по этикету. Его пальцы обжигали ей кожу.
Неожиданно Дикси поняла, что не может взглянуть Феликсу в глаза. Ее сердце требовало любви, но она боялась увидеть в его взгляде лишь отражение этой сцены, этого шоу. И пустоту.
Все декорации расставлены, спектакль идет своим чередом и почти достиг кульминации. Это триумф Феликса. И, как предполагается, мой тоже. Нет, я не должна пустить пустоту в душу. Вот — мужчина для меня. Никогда больше я не буду одна!
Высокий седовласый священник в праздничном облачении приступил к церемонии. В церкви установилась полная тишина. Алтарь утопал в великолепных розах. Свет от свечей, вставленных в канделябры, спорил с дневным, который, проникая сквозь высокие витражи, дробился разноцветными зайчиками на костюмах гостей.
— Мы собрались здесь сегодня… Любить, уважать и заботиться…
Дикси не знала, сколько времени прошло: пять минут или пять часов. Она смотрела на красное пятнышко света, растекшееся на белом воротничке Феликса. Забота и уважение, конечно, входили в условие их контракта, но вот любовь… Впрочем, кому до этого дело?