Долгий путь скомороха
Шрифт:
– Да-а-а уж…. Очень жаль Ивана Михайловича!
– Сам понимаешь, что у нас с ним уже были договорённости по многим вопросам. А сейчас царь Иоанн назначит нового человека. И сколько времени понадобится, чтобы найти с ним общий язык.
– Но ведь по обычаю, о таком решении царь должен был известить всех послов, что находятся в Москве? – полуутвердительно спросил лорд Оуэн
– А он и известит. Только после того, как казнит так называемых изменников. Это же его основная причина для казней, –
– Да уж, со своими боярами он расправляется просто щелчком пальцев, – согласно кивнул головой лорд Оуэн и допил из изящной чашечки уже остывший чай. – Ну, теперь всем придётся ждать, когда объявят нового дьяка Посольского приказа.
– Думаю, что царь Иоанн уже назначил кого-то. И, скорее всего, завтра или послезавтра нам – послам – представят этого человека, – посол Дженкинсон задумчиво потёр переносицу. – Отдаю должное грамотности и деловым способностям царя Иоанна. Но видит Бог, я иногда не понимаю его поступков. Похоже, что кому-то очень мешал Висковатый, и его представили перед царём изменником. Могу даже догадываться – кому.
Лорд Оуэн пододвинул к себе поближе хрупкую, фарфоровую чашечку и налил в неё из изящного серебряного молочника немного молока. Потом долил дымящегося крепкого чаю и взял с блюда пирожное.
– Что тут можно сказать, дорогой Энтони? Это, конечно, был большой успех, что царь Иоанн разрешил тебе в прошлом году проехать с экспедицией до Бухары. Наши торговые возможности тогда весьма расширились. И во многом нам здесь помогал дьяк Висковатый, – вздохнул лорд Джеймс Оуэн. – Теперь его не будет.
– Насколько я понимаю, в планах нашей королевы дальнейшее продвижение на Восток? – полуутвердительно спросил его Дженкинсон.
– Да, и я тебе привёз верительные грамоты от неё для русского царя.
– Мы как раз начинали предварительные переговоры с дьяком Висковатым с тем, чтобы он понемногу начал доводить до царя эту мысль. Нам очень нужен выход через Россию в Китай и Индию для торговли с Востоком.
– И как проходили эти переговоры? Почему вдруг такая скорая расправа с посольскими людьми? – лорд Оуэн встал со стула и подошёл к окну.
Английский посол Энтони Дженкинсон огорчённо покачал головой:
– Предварительные переговоры давались нелегко. Дьяк Висковатый делал всё, чтобы царь Иоанн благосклонно воспринял нашу мысль. Но… Этот русский царь просто непредсказуем! Он засел со своими преданными людьми в этой чёртовой Александровой слободе. То проводит изуверские казни, то собирает лучших певцов и художников со всей страны. Поговаривают, что по ночам он практикует магию и колдовство.
– Кто-то должен быть для него учителем в этом деле, – постучал пальцем по прозрачному стеклу лорд Оуэн.
– Зачем ему учителя в
– Уверен, что ты ошибаешься, дорогой друг, – покачал головой лорд Оуэн, пригубливая чашку с чаем. – Насколько мне известно, правители нескольких стран предлагали и ему, и его отцу выкупить эту библиотеку за сумасшедшие деньги.
– Либерия… – неожиданно произнёс Дженкинсон.
– Что – Либерия? – удивлённо приподнял брови лорд Оуэн. Он отошёл от окна и вновь уселся на своё место.
– Так царь Иоанн называет свою библиотеку, – пояснил Дженкинсон, потирая переносицу указательным пальцем.
– Да-да, помню, – сделал вид, что вспомнил лорд Оуэн и продолжил. – Так вот – в эту Александрову слободу добираться одно мучение. Мало того, то дорога от Москвы вся разбитая. Так ещё и уйму охранных пунктов нужно пройти со специальной грамотой.
– Это правда, – кивнул Дженкинсон. – Даже нам – посольским служащим, сколько времени нужно было потратить, чтобы его Посольский приказ в Александровой слободе подготовил эти самые пропускные памяти. И так ведь было со всеми послами. А куда денешься?! О-го-го, ещё какие перемены могут нас ждать в ближайшем будущем!
– Да, но не стоит забывать о том, что он же предоставил нам такие выгодные льготы по торговле даже в самой Московии! – воскликнул лорд Оуэн. – Что же теперь может измениться?
– Да всё может измениться! – вздохнул его собеседник. – Мало того, что царь Иоанн, не предупредив никого из послов, расправился сегодня со своими посольскими людьми, так и ещё одна причина может стать для нас серьёзным препятствием в проведении переговоров.
– Ты меня пугаешь, Энтони.
– Проблема в том, дорогой лорд Оуэн, что царь Иоанн стал интересоваться королевой Елизаветой, и мне это очень не нравится.
Сидевший напротив лорд Оуэн едва не поперхнулся чаем и вытаращил глаза:
– В каком смысле стал интересоваться королевой Елизаветой?!
– В том самом! Ты меня правильно понял, дорогой лорд Оуэн. А как ещё можно понимать, если тебя прямо спрашивают – сколько ей лет, можно ли надеяться на успешное сватовство такому великому царю и так далее?
– Вот это новости! Пожалуй, нашей королеве будет любопытно услышать о таком женихе, хотя замуж она за него вряд ли пойдёт, – усмехнулся лорд Оуэн. – Ты же помнишь, скольким женихам она отказала. И каким женихам!
– Помню, только никак не пойму – по какой причине, – нахмурил брови посол Дженкинсон и добавил: – Ведь среди них были очень достойные люди.