Дом боли
Шрифт:
Открываю дверь и замираю. На кухне голосит Земфира в писклявом исполнении Женьки:
Ты разбегааааааааешься
Над моей пропааааааастью.
После раскаааааааешься,
И крыльями в лопааааастиииии.
Пока она поет куплет, я успеваю раздеться и встать в дверном косяке. Женька стоит ко мне спиной в своих потертых спортивных штанах и растянутой домашней футболке. Короткие волосы торчат в разные стороны. Сереги нет. Она слегка раскачивается в такт музыке, иногда делая вид, что нож в руке это барабанная
Ты не отпускааааай меня,
Не отпускааааай,
Не отпускааааай меня,
Вдруг кто увидиииит…
Не отпускаааааай меня,
Не отпускаааай,
Не отпускаааай меня,
Вдруг кто увидииииит…
День определенно проходит позитивно, не думал, что у нее есть и такая сторона. Это делает ее по своему милой. Поворачиваю голову, замечая движение справа, рядом стоит Серега, с теплом глядя на девушку и улыбаясь.
– Певец из нее хреновый, да?
Женька слышит фразу, поворачивает голову в нашу строну. Я ожидал увидеть на ее лице смущение или испуг, что ее застали за таким занятием. Но в глазах озорные искорки. Она показывает нам с Серегой язык, отворачиваясь. Что-то режет на разделочной доске и начинает подвывать новой песне, доносящейся с ее телефона. Ее бедра двигаются в такт музыке. Из динамиков снова орет Земфира с песней «Хочешь». Видимо в этом доме такое в норме. Еще больше меня удивляет Серега, он встает рядом с ней и начинает отбивать ритм по столу ладонями, подпевая вместе с ней. Женька смеется, наклоняется к нему и орет во весь голос:
Хочешь я убьююу соседеееей,
Что мешают спааааааааать?
Они смеются и двигаются в такт музыки. В процессе песни, Женя начинает доставать приборы, расставляя их по столу. Серега разливает суп по тарелкам.
– Так и будешь стоять? Хлеба нарежь что ли. – Серо-зеленые глаза смотрят на меня, она кивает в сторону пакета в моих руках.
Я вылезаю из оцепенения. И что это было?
Хлеб нарезан. На плите греется чайник, звенят столовые приборы. А Женькин сырный суп очень даже ничего. Да и паста из морепродуктов вкусная, а салат цезарь оказывается просто божественный. Во время еды мы практически не разговариваем. Обед проходит под творчество Земфиры.
Тут музыка прерывается звонком на телефон Жени.
–ММММ. – мычит она в трубку телефона с набитым ртом, слушая монолог собеседника.– Буду минут через сорок.– Проглатывая салат, отвечает девушка. Кладет трубку и встает из-за стола.
– С тебя посуда. – Она тычет пальцем в мою сторону, ставит тарелку в раковину, выключает чайник и уходит с кухни.
– Ты куда собралась то? – кричит ей в след Серега.
– На работу вызвали.
Топот ног по лестнице. Серега вздыхает, что-то бормочет под нос и начинает убирать со стола.
– Мелкая работает? – удивленно спрашиваю я.
– Ага. В паре кварталов отсюда, в
Убрав посуду, он с грустным видом вышел из кухни. – И да, посуду помыть не забудь.
– ЭЭЭЭХ. – я вздыхаю, посуду я мыл от силы пару раз за всю свою жизнь, но что поделать.
Вот дела, не подумал бы, что мелкая пигалица трудоголик.
Вытирая посуду сухим полотенцем слышу, как Женя спускается с лестницы.
– Скажи, что не пойдешь! Что заболела, что у тебя гора уроков. – Серега уговаривает остаться ее дома. – Или хочешь, я сам позвоню?
– Зачем? – Женька шуршит одеждой.
– Зачем тебе эти подработки? Я справляюсь, нам хватает денег, просто будь нормальным подростком. Просто учись.
– Сереж, мы это обсуждали и не раз. Это мой выбор, мое решение и не надо меня учить, как мне быть.
Шуршание куртки, звук застегивающейся молнии, хлопает дверь. Серега молча уходит в свою комнату и в доме воцаряется тишина.
Остаток дня прошел тихо. Ленка вернулась часа в 4 вечером и тут же ушла в их с Серегой комнату. Брат копошился в гараже. Я подбивал все свои долги по учебе.
Вечером спустился вниз, перекусил и отправился в гостиную, ожидая всех для привычного просмотра фильма. Но так никто и не пришел. Посидев около сорока минут в телефоне, я решил спросить ребят, где они. Постучал в их комнату, но мне никто не открыл. Может, спят или еще что. Снова поднялся наверх. В доме стояла непривычная тишина.
Около одиннадцати хлопнула дверь внизу. По лестнице протопали шаги, захлопнулась дверь в комнате напротив. И снова воцарилась тишина. Я клацал по клавиатуре, добивая доклад по экономике. Глаза слипались, замучила зевота. Но я задался целью, доделать сегодня то, что надо сдать в понедельник. Прошел еще час, я решил налить себе чашку кофе. Тихо открыл свою дверь и двинулся в сторону лестницы. Снизу доносились стоны. Я слегка улыбнулся, Серега и Ленка делали новых людей. Ступив на первую ступеньку, я увидел на лестничном пролете Женьку. И встал, как вкопанный.
Она сидела, прислонившись спиной к стене и прижав колени к груди. Одной рукой обнимала ноги, второй вытирая слезы. Тихие всхлипы, тяжелые вздохи. Голова слегка запрокинута назад, глаза зажмурены. Именно поэтому меня не заметила. Тяжелые сглатывания, легкое поскуливание. И что за хрень происходит? Почему она рыдает?
И тут до меня дошло – она его любит, любит мужа своей родной сестры! Меня бросило в жар от легкого шока.
Она открыла глаза и начала медленно подниматься на ватных ногах. Ее взгляд уперся в меня. Лицо исказило отвращение и краска стыда, за то, что я увидел ее в такой ситуации. Девушка пулей взлетела по лестнице, толкнув меня в сторону. Дверь в ее комнату захлопнулась с таким грохотом, что он эхом прокатился по всему дому. Если бы я не держался за периллы, то давно кубарем скатился бы вниз от ее толчка.