Дом канарейки
Шрифт:
Но как же горячо плечу…
Глава вторая. Алые цветы
Челябинск оглушил Наташу какофонией звуков, закружил в череде вечеринок, на которые ее водили друзья, с каждым днем убыстрял темп доселе медлительной жизни. Люди здесь часто жаловались на смог, но эта дымка, опускавшаяся на город чаще всего по утрам, вместе с туманом, пахла для Наташи свободой.
По началу, конечно, пришлось адаптироваться. Наташа, лучшая в своем классе, вдруг оказалась в компании людей, намного умнее, смелее и напористее, чем она. Они были современными, ходили с сенсорными телефонами, читали Пелевина, критически мыслили, разбирались в политике, смотрели свысока, в полном ощущении
Ее кусинские друзья здесь, в Челябинске, были совсем другие. Они тоже смотрели свысока, улыбались снисходительно, постоянно норовили указать на свой опыт жизни в большом городе. Они пристрастились к настольным играм, курили кальян, пили абсент, поджигая его с помощью палочек для суши. Из всего этого списка Наташе нравились только настолки. Она кивала и улыбалась, слушая наставления друзей, понимая, что пройдет несколько лет, она вольется в кипучую суету Челябинска, и это их преимущество перестанет быть важным. Пусть выделываются, пока могут.
И она была права. Несмотря на Наташину инородность, Челябинск прорастал в нее, менял сознание, расширял границы. Она три раза прочитала «Generation P», с каждым разом понимая в ней все больше смыслов, познакомилась с современной зарубежной литературой, начала писать в университетскую газету, встречалась с интересными людьми, ездила помогать в приют для животных. Никогда раньше у нее не было так много пространства для роста. И она росла, росла, что есть мочи, разбрасывая вокруг свои бурные побеги, цепляясь за каждую выпуклость, которую могла нащупать. Наташа сменила ленивую кусинскую жизнь на кипучую, наполненную челябинскую – и время для нее полетело стремительно, как птица, вырвавшаяся на волю из тесной клетки.
Со временем она перестала тушеваться перед более опытными одногруппниками. Однажды они с Люсей, которая в последнее время с подачи своего нового парня увлеклась хоккеем, обсуждали последнюю игру «Трактора». Женька, сидевший за следующей партой, долго слушал их разговор, а потом перебил Люську:
– Девчонки, я вас слушаю, и мне страшно становится. Какой хоккей? Обсуждайте лучше, что в Россию кружевное белье запретили завозить. Так привычнее.
– Тебе это интересно – ты и обсуждай, – фыркнула Наташа в ответ.
Так прошло три года.
В конце третьего курса Наташа встретила Макса.
В редакции тогда все переругались из-за метеорита. Каждый хотел ехать с учеными в экспедицию искать осколки небесного тела. В итоге тянули жребий. Выиграла Иринка Антонова – толстая и наглая студентка-журналистка с белесыми вечно грязными волосами, которая раздражала Наташу своей высокомерной манерой общения. Наташа была бы более
Самой же Наташе дали задание провести интервью с тренером волейбольной команды. Она шла на него, с неудовольствием думая о том, что могла бы искать метеорит, как Индиана Джонс, преодолевая трудности и показывая железный характер, а не топать на скучную встречу на неинтересную ей тему спорта. Наверняка Иринка сейчас пробирается по глубоким сугробам, ноет, что устала и просится домой. Наташа уверена, что справилась бы с этим заданием куда лучше нее.
Все эти мысли выскочили у нее из головы, когда она увидела Макса. Высокий, широкоплечий, стройный – миниатюрная Наташа выглядела рядом с ним как канарейка рядом с орлом. На секунду она опешила под его пристальным оценивающим самоуверенным взглядом, но собралась и провела интервью. Вечером скинула ему на сверку текст, он ответил почти сразу:
Все супер!
Не хочешь сходить со мной куда-нибудь?
В кафе, например?)
У него была раздражающая привычка писать каждую фразу в отдельном сообщении, а иногда и разрывать ее на несколько. Наташа задумалась на секунду, потом быстро ответила:
Я не против:)
Супер)
Завтра в 18:00:)
В «Титанике»;)
Буду ждать (и смайлик с сердечками вместо глаз).
Сердце застучало громко и сильно, по телу побежали мурашки. Никогда бы Наташа не подумала, что такой парень, как он, обратит на нее внимание. Зашла на его страницу – 27 лет, семейное положение «В активном поиске», в ленте мотивационные посты о спорте, цитаты философов под фотографиями. На аватарке Макс позирует в очках, которые, кажется, вот-вот соскочат с идеально прямого носа и крупных скул, но зато это придает ему шарм, которого Наташа не видела ни у Сережи, ни у других парней, которые обращали на нее внимание. Последняя фотография – Макс за столиком кафе с большой кружкой пенного смотрит вдаль, под фото подпись:
Сила в той, которая останется рядом с тобою,
Даже когда ты упал и проигран бой.
Сядет рядом на асфальт сырой,
И просто скажет: спасибо, что живой.
Внизу прикреплена песня Тимати «Вертолет».
Макс показался ей романтичным, сильным и надежным – именно таким, о каком она мечтала.
На следующий день Наташа пришла в «Титаник». У нее не было струящегося платья с открытой спиной, но она взяла у Люськи сдержанно-голубой комбинезон из блестящего атласа, в котором та ходила на свадьбу к сестре, надела каблуки, на которых совсем разучилась ходить. Она была впервые в этом ресторане и с любопытством оглядывалась по сторонам. Какое красивое место, думала она, просто невероятно!
Он ждал ее за одним из столиков, вручил большой букет алых роз, на долю секунды задержал руку на тыльной стороне ее ладони, когда передавал букет. От руки по всему ее телу пробежала теплая волна, заканчиваясь где-то внизу живота. Волна мурашек встопорщила волоски, заставила щеки покраснеть.
Макс отодвинул стул, жестом предложил ей сесть. Наташа улыбнулась и, тая от его галантности, аккуратно присела на краешек. Так неудобно, но Люськин комбез ей маловат в бедрах, нужно двигаться аккуратно и не делать резких движений.