Дом Мапуи
Шрифт:
Но вдруг он поднял руку и прислушался. Откуда-то доносились звуки, словно кто-то с трудом, тяжело дышит. Чья-то рука нерешительно ощупывала циновку, служившую вместо двери.
— Кто там? — крикнул Мапуи.
— Наури, — послышался ответ. — Не можешь ли ты сказать, где мой Мапуи?
Тефара испуганно вскрикнула
— Привидение! — пролепетала она. — Привидение!
У Мапуи лицо пожелтело от ужаса. Он слегка придвинулся к дрожащей жене.
— Добрая женщина, — выговорил он, заикаясь, и силясь изменить голос. — Я хорошо знаю твоего сына. Он живет на восточном берегу лагуны.
Раздался вздох, Мапуи почувствовал некоторую гордость: он одурачил привидение.
— Но откуда ты пришла, старуха? — спросил он.
— С моря, — был унылый ответ.
— Так я и знала! Так и знала! — закричала Тефара, покачиваясь из стороны в сторону.
— С каких это пор Тефара ночует в чужом доме? — послышался из-за циновки голос Наури.
Мапуи боязливо и укоризненно посмотрел на жену: ведь это ее голос их выдал.
— А с каких пор Мапуи, мой сын, отрекся от своей старой матери? — продолжал голос.
— Нет, нет, я не отрекался, — Мапуи не отрекался от тебя, — закричал он. — Я не Мапуи. Говорю тебе, он живет на восточном берегу лагуны.
Нгакура приподнялась на кровати и начала плакать. Циновка заколыхалась.
— Что ты делаешь? — спросил Мапуи.
— Я хочу войти, — сказал голос Наури. Конец циновки приподнялся. Тефара пыталась нырнуть под одеяла, но Мапуи цеплялся за нее. Ему нужно было за кого-нибудь уцепиться.
Они боролись друг с другом, дрожали, стуча зубами, и пристально расширенными глазами смотрели на поднимающуюся циновку. И, наконец, увидели медленно входившую Наури. Морская вода струйками стекала с нее. Юбки на ней
Они отскочили, вырывая друг у друга одеяло Нгакуры, чтобы прикрыться им.
— Вы могли бы дать матери хоть глоток воды, — жалобно сказало привидение.
— Дай ей воды, — приказала Тефара дрожащим голосом.
— Дай ей воды, — повторил приказание Мапуи, обращаясь к Нгакуре.
И вдвоем, они вытолкнули Нгакуру из-под одеяла. Через минуту, выглядывая украдкой из-за жениной спины, Мапуи увидел, что привидение пьет. Когда же оно протянуло дрожащую руку и положило ее на руку Мапуи, он почувствовал ее тяжесть и убедился, что это не привидение. Тогда он встал, таща за собой Тефару, и через несколько минут все они слушали повествование Наури. А когда она рассказала о Леви и положила жемчужину на руку Тефары, та убедилась, что свекровь ее жива.
— Утром, — сказала Тефара, — ты продашь жемчужину Раулю за пять тысяч французских долларов.
— А дом? — спросила Наури.
— Рауль построит дом, — отвечала Тефара. — Он говорит, что дом будет стоить четыре тысячи долларов. А на одну тысячу он нам даст товаров в кредит. Одна тысяча французских равняется двум тысячам чилийских.
— И дом будет в сорок футов длиною? — допытывалась Наури.
— Ну, конечно, — ответил Мапуи, — в сорок футов.
— И в средней комнате будут восьмиугольные часы на стене.
— Конечно! И круглый стол.
— Дайте же мне чего-нибудь поесть, я голодна, — с довольным видом сказала Наури. — А после этого мы ляжем спать, я устала. Завтра мы еще поговорим о доме, прежде чем продавать жемчужину. Лучше было бы взять тысячу французских наличными. Приятнее иметь деньги, чем кредит на покупку товаров у купцов.
1909