Дом моего сердца
Шрифт:
– Дедушка держит лодку на пристани.
– Отлично, – сказал Роунэн. – Покажите мне кратчайший путь к этой пристани.
Как бы не так! Шошана направила его по самой длинной из всех возможных дорог, потому что, как знать, доведется ли ей еще когда-нибудь покататься на мотоцикле, интимно обнимая мужчину, у которого такая невероятно сексуальная улыбка?
Ее мать наверняка впала бы в истерику. Да и отец вряд ли одобрил бы ее поведение. И можно было только себе представить, как бы реагировал принц Махейл, увидев ее сейчас!
Все это лишь усиливало сладостное
– Вы не могли бы ехать быстрее? – прокричала она Роунэну.
Слегка поколебавшись, он погнал мотоцикл так, что Они с ревом понеслись по извилистой дороге. И она, откинув голову, громко и радостно засмеялась от охватившего ее пьянящего чувства свободы.
Глава третья
Роунэн заглушил мотор лодки, предоставив течению возможность медленно вынести ее на пустынный пляж. Он бросил взгляд на принцессу, уснувшую на корме, и решил, что совершенно ни к чему будет, если они оба промочат ноги. Роунэн шагнул через борт в легкий прибой. Морская вода была теплой. Он вытащил лодку на песок.
Стояла ночь. Небо было усеяно звездами. Полная луна высвечивала легкие волны и окрашивала мелкий песок в колдовские оттенки серебра. Отсюда Роунэн с трудом мог разглядеть береговую линию острова Бранаша. Одинокий огонь мерцал на том далеком берегу.
Легкая разведка показала, что на этом острове была единственная защищенная бухта и только один пляж, куда могла причалить лодка.
В остальных местах густые тропические заросли или отвесные скалы подходили к самому берегу. Остров был слишком мал и лесист, чтобы на него можно было посадить самолет или вертолет или высадить парашютистов. К тому же гул моторов заранее оповещал бы о приближении гостей с воздуха.
С точки зрения человека военного, это было в высшей степени защищенное место.
Но с личной точки зрения, с точки зрения мужчины, хуже ничего не придумаешь. Этот пустынный остров был гораздо великолепнее тех, что показывают в кино. Мелкий белый песок. Экзотические птицы, наполняющие ночную тишину музыкой. Легкий бриз, напоенный дразнящим ароматом. Пальмы, качающиеся на ветру. Обилие папоротников и цветов.
Над пляжем возвышался летний домик с крышей из пальмовых листьев и верандой, выходящей к морю. Это был дом, предназначенный для отдыха во время отпуска или медового месяца, но никак не для того, чтобы в нем прятаться: Роунэн глубоко сомневался в том, что кому-то придет в голову искать принцессу здесь.
Он подтянул лодку еще выше на песок, чтобы ей не угрожали набегающие волны, и только теперь снова взглянул на Аврору, свою Спящую красавицу. Принцесса, измученная всеми неожиданными перипетиями своего свадебного дня, свернувшись калачиком на корме, крепко спала на ложе из спасательных жилетов.
Волшебный свет луны окутывал ее. Короткие волосы только подчеркивали ее красоту. Он был потрясен тем, какие у Шошаны длинные и густые ресницы, бросающие тень на щеки. Ее губы шевелились. Она что-то говорила во сне, что-то на своем родном языке.
Принцесса
Пустынный остров. Красивая женщина. Неделя. Он не был математическим гением, но был в состоянии понять, что встретился со сложным уравнением.
Роунэн часто выполнял задания по охране и, хотя эта миссия не относилась к числу его любимых, считал, что делает эту работу хорошо. Ему доводилось охранять глав государств и их родственников, политиков, членов королевских семей.
Охраняемую персону члены группы обычно называли между собой «начальником». Главным и незыблемым профессиональным принципом в охранном деле было сохранять дистанцию.
При всех других обстоятельствах следовать этому принципу было легко. Мысль о каких-то более теплых отношениях с «начальником» была невозможна. Работу всегда выполняла команда и никогда – один человек.
Сейчас Роунэн оказался в совершенно незнакомой ситуации, и ему это не нравилось. Поэтому, прежде чем разбудить Шошану, он взглянул на звезды, чтобы собраться с духом и напомнить себе о своей миссии, о дистанции и о правилах.
– Эй, – позвал он наконец ласково, – проснитесь.
Шошана шевельнулась, но не проснулась. Тогда он наклонился и тронул ее за плечо рукой. Она была тоненькая как тростинка, а ее круглое плечо было воплощением женской мягкости.
– Принцесса!
Он с легкостью подхватил бы ее на руки, чтобы отнести в коттедж, но короткое прикосновение к ее плечу предупредило его, что лучше избежать дополнительного физического контакта.
– Проснитесь, – сказал он громче и резче.
Она проснулась, заморгала непонимающими глазами. Потом внимательно посмотрела на него и улыбнулась улыбкой, которая могла бы поколебать самое профессиональное отношение к долгу.
Принцесса села, огляделась и облегченно вздохнула. Она была довольна, что оказалась здесь. И еще больше была довольна прошедшим днем!
Она сбросила спасательный жилет, потянулась и встала. Лодка качнулась. Шошана сделала еще один шаг, лодка наклонилась – принцесса едва не упала на колени. И физический контакт, которого Роунэн так старался избежать, все-таки произошел. Он обхватил ее за талию, поднял и поставил на песок, изумившись тому, какая она легкая.
– А вы сильный! – сказала принцесса.
Роунэн поспешно отстранился. Неделя. Они должны выдержать неделю.
– Красиво, правда? – спросила она, очевидно не заметив его смущения. – Мне здесь нравится. Дедушка дал этому месту название, которое можно перевести как «Дом моего сердца». Правда, мило?
– Да, конечно.
Роунэн наклонился и взял из лодки рюкзак. Идя следом за Шошаной к коттеджу, он обратил внимание на то, что деревья в роще, окружавшей дом, усыпаны кокосами, бананами и манго.
Он оказался в райском саду. Оставалось только надеяться, что он сможет устоять перед райским яблоком. Дистанция.