Шрифт:
Пролог
Она шагнула к кромке воды, безразлично наблюдая, как темная вода лизнула покрасневшие пальцы на ногах. Потянула за край рубашки, стянула через голову и, не оглядываясь, отбросила прочь, в траву.
И только тогда посмотрела через плечо.
Шагнула в воду. Ноги скользили по вязкой глине, приходилось цепляться за камыш, пробираться сквозь него осторожно, зябко ежась от ледяных брызг.
Шаг за шагом – до шаткого помоста, что упирался подгнившими досками в озерную гладь. Зацепилась рукой за скользкие, облепленные тиной и водорослями доски. И, оттолкнувшись
Черная озерная гладь ловила блики заходящего солнца. Неяркого, уже пропитанного золотом надвигающейся осени.
Еще один гребок спиной вперед, тихо, как учил когда-то отец. Чтобы не разбудить озерных духов – так говорила мать.
Взгляд неотступно следил за тем, кто следовал за ней. Улыбался по-детски криво и наивно. Смотрел жадно и надеялся на игру.
Она зло плеснула водой в прозрачно-серые глаза и отплыла к берегу, с удовольствием наблюдая, как темная вода всколыхнулась от ее движения, как закрутилась водоворотом, увлекая неумелую жертву. Как безвольно вскинулись над поверхностью белые руки в мелких, будто манная крупа, веснушках, как узкое лицо накрыло гребнем черной волны, выдавив из легких прощальный крик.
В эти последние летние дни озерные омуты подбираются к самому берегу.
Глава 1. Салон «Луноликая»
Москва,
конец декабря, наши дни
– Я все-таки не вижу у вас серьезных проблем, – деловитый голос из кабинета, запах восковых свечей и – тонкий, едва уловимый – ладана. Таисия подобралась, на цыпочках отошла к своему рабочему месту, взяла телефонную трубку. Сообщила шепотом: – Нет, госпожа АделияМило сейчас занята и подойти к телефону не может.
Тихий голос там, на другом конце провода, прошелестел:
– У меня срочный, не терпящий отлагательств вопрос. Госпожа Аделия уверяла, что я смогу его решить, не приезжая к ней повторно.
Таисия почесала кончик носа, отозвалась доверительно:
– Боюсь, это как раз тот случай, когда заверения бесполезны. У госпожи Аделии клиент со сложным вопросом утерянной кармической связи. В данный момент они только открыли кармическую карту и очистили чакры для воздействия. – Девушка прикрыла глаза, добавила с чувством: – Тончайшая настройка. Тончайшая…
На том конце провода с пониманием вздохнули.
– Тогда конечно… Что вы мне посоветуете? Может быть, есть место на очный прием на ближайшие дни?
Таисия удовлетворенно кивнула невидимой собеседнице, потянулась за органайзером, развернула его к себе:
– Да, есть отличное окно в понедельник, в четыре часа. Вам будет удобно?
Собеседница вздохнула:
– А раньше ничего нет?.. Ну, что ж… Пусть будет в понедельник, в четыре. – И повесила трубку.
Таисия, еще раз прислушавшись к происходящему в кабинете начальницы, нырнула в закуток за зоной ресепшен – заварить чай. В следующее мгновение из-за неплотно прикрытой двери уже потянулся пряный, насыщенный холодными нотами бергамота, аромат.
Пискнул внутренний телефон.
Таисия выскочила из закутка, на ходу дожевывая полупрозрачную сырную пластинку,
– Да… Уже бегу, – отозвалась.
Оправив белоснежную блузку, девушка подхватила поднос с двумя чашками, изящной тарелочкой с насыпанными горкой солеными крекерами, крохотными шоколадками в яркой упаковке, поправила на пузатом чайнике стегануюсалфетку. И шагнула к двери кабинета.
В кабинете царил рабочий полумрак. Его хозяйка, удобно устроившись в низком кресле, вытянула ноги и, укутавшись в цветастую шаль, тихо говорила. Таисия услышала лишь часть фразы.
– …Так не делается. Вы слишком напряжены. Вы ставите перед собой высокие задачи, грандиозные планы. И пытаетесь их воплотить с настойчивостью бульдозера.
– Да, да. «Любой задаче нужно вызревание», – охотно повторила уже услышанное клиентка – немолодая худощавая дама с модной короткой стрижкой.
– Совершенно верно, – Аделия кивнула подошедшей помощнице.
Та поставила поднос с чаем на низкий столик между начальницей и клиенткой, сняла с него чашки и заботливо придвинула к клиентке и начальнице. Покосилась на нее.
«Устала», – подумала с сочувствием: неделька выдалась еще та.
Выходя из кабинета, оглянулась, неслышно стукнула указательным пальцем по циферблату наручных часов и показала четыре пальца. Начальницапонимающе моргнула.
– Я распишу вам практики и упражнения, которые вы будете делать всю следующую неделю. Все свои впечатления и мысли будете записывать в дневник, – Аделия сделала несколько глотков чая, сняла обертку с шоколада и откусила, чувствуя, как усталость медленно стекает с плеч, смешивается с каждым новым глотком воздуха и мало-помалу размешивается со свежестью и бергамотовым ароматом. Прикрыла глаза.
– Аделия, милая, вы меня слышите? – позвала клиентка и подалась чуть перед. – Я хотела уточнить, когда лучше вести запись – с утра или вечером?
– Я бы просила вас записывать утром впечатления после практики, пока воспоминания свежи. А вечером просматривать записи и отмечать, что из этого сбылось, что оказалось правильно воспринято, а что – истолковано ошибочно.
Клиентка понимающе кивнула:
– Да, я так и сделаю, – прошептала.
Аделия улыбнулась.
Сегодня еще один клиент, пожилая дама, которая придет в шесть вечера, и все. Можно отдыхать до понедельника. Чем она любила пятницы, так это предстоящими выходными.
Кофе на балконе, укутавшись в теплый плед.
Свежие булочки из пекарни за углом.
На обед – пицца, заказанная в пиццерии.
На ужин… Ужин можно пропустить и обойтись огуречным салатом.
За клиенткой закрылась дверь. Аделия мечтательно зажмурилась и потянулась. Помощница сейчас еще угостит чашечкой кофе, поболтает о том-о сем, закрепит результат, покажет ее, Аделии, дипломы и фотографии со знаменитостями. Заполирует эффект.
И клиентка станет их постоянной.
Девушка встала, сбросила с плеч платок. Подхватила со стола потрепанную колоду карт, бережно упаковала в темно-синий бархат и убрала в шкаф. Сунула на верхнюю полку ламинированные карты для расчета гороскопа. Открыла ноутбук, ответила на пару сообщений в группе и ответила на вопрос о стоимости своих услуг в директе.