Дом с химерами
Шрифт:
…Стёкла всё ещё осыпались на асфальт – и в них отражалось личико начинающей модели агентства «Биип Интернасионал». Впрочем, ужаса в нём было куда меньше, чем после провального кастинга на суперпрестижное «Лицо сантехники Босх»: всё равно жизнь уже закончилась, как полагала тогда бедная девушка с внешностью перспективной старлетки эпохи раннего Голливуда.
Пламя притихло, будто задумавшись на миг о размере предстоящей ему работы, и в карих глазах «Биип Интернасионал» отражался пока только пионерский костёр у подъезда № 3,
…Сунув снайперку СВТ между ржавыми трубами на чердаке дома напротив, Михалыч спустился по железной лесенке на площадку и вызвал лифт. Но тот не работал, и Михалыч, потоптавшись на площадке, побрёл вниз, тяжко пересчитывая ступени сезонно распухшими ступнями. Куда? А он и сам не знал.
– Чем тебе Гондурас не угодил? – проворчал ст. лейтенант Кононов, объявившись наконец за спиной капитана Точилина.
– Да ничем, название подходящее.
– Сходство не есть тождество, – процитировал ст. лейтенант одному ему ведомый первоисточник.
Арсений тем временем поймал за плечо пэпээсника, запоздало мостившего на белобрысую голову полицейский шлем, и потребовал:
– Скорую, пожарных и оцепление!
– 911! – злобно посоветовал лейтенант и, нахлобучив шлем, затрусил к своему белому «форду», сохраняя достоинство стратегического отступления. Впрочем, и без его помощи в Кривоконюшенный переулок со стороны проспекта ворвался истерический вой сирены. «Вряд ли это уже пожарные, – решил Арсений. – Наверное, “скорую” кто-нибудь вызвал сразу после стрельбы “У Иваныча”. Кстати, о “скорой помощи”…»
– Жертвы? – перехватил он другого полицейского, чином поменьше, зазевавшегося у подъезда.
– Вроде не видать, – очнулся тот от разглядывания опустелых окон, похожих теперь на глазные впадины черепа. – Народ учёный уже.
В этом Арсений убедился, да и не сомневался особо. Народ был подготовлен стрельбой возле магазина и самой жизнью. Народ теперь то и дело подворачивался под руку, наступал на ногу и норовил если не затоптать, то увлечь за собой куда-то. И если блондинка, начинающая модель, только теперь ставшая подлинным «Лицом сантехники Босха» – фаянсово-белым, так и осталась брошенной у мусорного бачка, то потому только, что не успела из режима «дефиле» в режим «спасайся, кто может!» переключиться. Так ведь блондинка же…
«Впрочем, есть тут и трезвомыслящие элементы…» – отметил капитан Точилин, заодно бесцеремонно подхватив диву за шиворот, чтоб её не затоптали ненароком.
Среди толпы он заметил нескольких персонажей в чёрной униформе, высыпавших из монументальных дверей подъезда № 3 и с муравьиной деловитостью разбегающихся за углы и в подворотни дома Шатурова. Это действо здорово походило на организацию оцепления, только что и безуспешно затребованного капитаном.
– Господи, аккуратнее нельзя?! – раздражённо пискнула блондинка, рухнувшая с пьедестала самомнения, когда Арсений вздёрнул
Капитан почему-то не переспросил, какого именно. Он не сводил глаз с чёрных фигурок, судя по шевронам на рифлёных налокотниках – бойцов частной охранной фирмы. Как-то уж неправдоподобно свирепы были геральдические грифоны на шевронах «секьюрити». Видимо, не было разрешения на нарезное оружие.
Точилин приземлил, не глядя, «ведущую модель» и шагнул к дому.
– Мужчина, куда вы? – изумлённо хлопнула ресницами девица, не обнаружив ни малейшего намерения Точилина опекать её и дальше. – А я?! Я же это самое! Что я теперь буду делать?
– Давать свидетельские показания! – пугнул её ст. лейтенант Кононов, тщетно вытряхивая пепел из капюшона своей «аляски».
Девица, заявляющая о себе как о «ведущей модели», отступила на полшага, но не от испуга, а потому, что каблук подломился. И замерла.
– Погоди, – одёрнул ст. лейтенанта Арсений Точилин. – Свидетелей ты сейчас распугаешь только. Кто захочет в телекамеру попасть, сами сползутся. Ты вон лучше на этих посмотри, – кивнул он на чёрные фигурки, занимавшие подворотни дома с отчётливостью заданной дислокации. – Что скажешь?
Владимир Ильич, бросив трепать свой капюшон, нахмурился.
– Скажу, что, в отличие от случайных свидетелей события, эти ребята, скорее всего, его неслучайные участники. Нельзя не отметить их подготовленности к столь внезапному повороту событий. Из чего вытекает, что столь внезапный поворот событий для них не такой уж и внезапный поворот…
– Когда-нибудь я убью тебя раньше, чем дослушаю, – рассеянно заметил капитан, следя за маневрами «секьюрити».
– Я малопонятно изъясняюсь? – удивился Ильич.
– Много.
– Понятно, – пожал плечами Кононов. – И что ты думаешь?..
– Думаю, надо нам выдернуть один из этих «чопиков», – пробормотал Арсений, подталкивая Ильича навстречу бегущим охранникам. – И немного порасспросить. Мол, откуда такая боевая готовность? Может, знали о предстоящем покушении? А то сейчас приедут злые дяди из «антитеррора» и положат всех мордой в асфальт, до утра и до выяснения. Включая и нас с тобой, кстати.
Полицейские бросились вдогонку движению «секьюрити», даже не заметив, что, бодро ковыляя на сломанном каблуке, вслед за ними увязалась и блондинка. Должно быть, сработал инстинкт: как-то непривычно без мужика.
Почему именно этот «чопик» решил «выдернуть» капитан Точилин из полутора десятка совершенно таких же бойцов частного охранного предприятия? Этого он потом и сам себе объяснить не мог. Поначалу преследуемый ничем не отличался от своих собратьев. Но чуть позже начали проявляться отличия. «Чопик» нырнул в одну из подворотен, дырявивших бесконечный фасад дома, но, добежав до ржавых ворот во внутренний двор, не остановился, чтобы занять диспозицию. Напротив – содрал с себя куртку с грифоном, громыхнул плечом в чугунную решётку ворот и был таков, оставив обмундирование на булыжниках проходного двора.