Дом счастья
Шрифт:
— Для меня это не игра, — возразила Элен.
— Неважно. Сначала мы поедим.
Бургундское, которое заказал для нее Марк, ласкало горло, словно бархат.
— Вы ответите мне на один вопрос? — спросила Элен, когда официанты, выполнив заказы, удалились.
— Если смогу.
— Для чего члены комиссии выслушивали меня, если они изначально были намерены мне отказать?
— Мы беседуем с подателем каждой заявки или с его представителем. Главным образом, нас интересуют проекты, призванные поддержать туристический
— Только в том случае, если я в состоянии платить по счетам.
Несколько минут их внимание было целиком отдано еде. Элен уже была готова поднять вопрос об организации ночлега и завтраков для экскурсантов, когда Марк заговорил вновь:
— Чего бы ты желала для Монтигла — в идеале?
— Все очень просто. Я хочу, чтобы он опять стал моим домом. Естественно, чтобы я имела возможность содержать его должным образом. — Элен вздохнула. — Никаких экскурсий, никаких чайных приемов. Покой, уют и уединение. Чтобы Монтигл стал таким, каким был когда-то. Как по-вашему, разве не таким должен быть настоящий дом?
— Я не знаю, — сухо отозвался Марк. — У меня есть квартира в Париже и постоянный люкс в Лондоне. Когда я был ребенком, мой отец не задерживался подолгу в одном месте. Только выйдя в отставку, он приобрел небольшой разрушающийся замок с виноградником в Бургундии, вблизи своего родного селения. Он рассчитывал жить там и заниматься производством вина, но умер, так и не успев сделать это место обитаемым.
— И какова его судьба?
— Я продал его английскому семейству, которое искало сладкой жизни.
Марк слегка улыбнулся.
— А у вас самого не возникало соблазна поселиться там?
— И возделывать виноград? — Он покачал головой. — У меня есть фабрики, и мне приходится разъезжать по миру, чтобы налаживать торговлю. — Внезапно он напрягся, и темные брови сошлись на переносице. — Все, последний столик занят. Причем твоими знакомыми, ma belle.
— Знакомыми? — Элен осеклась и в страхе взглянула на Марка. — Это Найджел, да? И его новая пассия?
— И еще парочка постарше; несомненно, его родители. — Элен отодвинула тарелку, и Марк взял ее за обе руки. — Нет, cherie, деваться тебе некуда.
— Но я не могу, — испуганно зашептала она, — не могу видеть их вместе. Не могу…
— Придется, — строго сказал Марк. — Все очень просто. Смотри на меня. — Он поднес ее руки к губам и поцеловал побелевшие костяшки, а она сидела словно загипнотизированная. — Подумай, Элен, — тихо заговорил он, — если ты удерешь, они поймут, что в их власти заставить тебя страдать. А значит — победа останется за ними.
Он отпустил ее руки и снова наполнил ее бокал.
— Они
— Да, я обратил внимание на определенное раздражение. — Губы Марка скривились. — Мадам хотела уйти, но ее муж — это глыба, его с пути не собьешь.
— А Найджел? — Элен сделала судорожный глоток. — Как он… выглядит?
Марк пожал плечами.
— Похоже, купание ему не повредило.
— Он же никогда меня не простит, — в отчаянии проговорила Элен.
— Возможно. Но отныне тебя это не будет волновать. — Он саркастически посмотрел на нее.
— Разве может такой человек, как вы, понять меня? — бросила Элен.
— Ты говоришь со мной так, как будто я совсем не человек. И все-таки мне, уверяю тебя, знакомы все человеческие чувства. Тебе доказать?
— Нет! — Лицо Элен горело. — Вы же никого не любили так, как я любила Найджела. Да я никогда не смотрела на других мужчин!
— Возможно, дело только в том, что тебе не представлялось возможности, — невозмутимо сказал Марк. — Но твоя жизнь далеко не окончена. Съешь все-таки что-нибудь, ma belle, пока никто не обратил внимания на то, что у тебя пропал аппетит.
Элен метнула на него дерзкий взгляд, но все-таки покорилась.
Марк завел с ней непринужденный разговор, стал задавать вопросы, связанные с историей Монтигла, и все-таки добился того, что ее ответы из односложных стали более пространными по мере того, как разговор касался дорогих ей предметов.
Если бы в ресторане не было Найджела, она бы уже изложила Марку свой план, повернула бы разговор в деловое русло. Сейчас же ее спутник пользовался вынужденной отсрочкой, снова взял ее за руки и принялся гладить ее пальцы.
— Не понимаю, как вы можете притворяться в такой степени, — хрипло проговорила она.
Марк криво улыбнулся.
— А я не притворяюсь, cherie. Я хочу, чтобы ты стала моей, и не делаю из этого секрета.
Элен опустила глаза.
— В таком случае вас ждет полное разочарование, мсье Деларош. Даже если бы я искала приключений — а это отнюдь не так, — на вас мой выбор остановился бы в последнюю очередь.
— Наконец-то хоть в чем-то мы пришли к согласию, — протянул Марк. — Ведь я говорю не о приключениях. Напротив, я хочу, чтобы ты была моей женой.
Элен застыла. Кровь судорожно пульсировала в ее висках.
— Если… если это шутка, — с трудом выговорила она, — то очень дурного тона.
— Я вовсе не шучу. Я прошу тебя, ma belle, стать моей женой. И я говорю совершенно серьезно.
— Но вы ничего обо мне не знаете. Мы виделись всего три раза. Вы сошли с ума, если вам могла прийти в голову такая мысль.
— А я и не предполагаю, что свадьба состоится на следующей неделе. — Он улыбнулся. — Я буду ухаживать за тобой. Дам тебе время свыкнуться со всеми… перспективами.