Дом сна
Шрифт:
– Я же вам говорил, – сказал Терри. – Я не сплю.
– Все спят, мистер Уорт. Надеюсь, вы не станете уверять меня, сейчас или позже, что вы не спали все последние двенадцать лет.
– Почти не спал, – сказал Терри. – Хотя, как вы говорите, возможно, мне так казалось. Или снилось, или не знаю, что. Бывает же, что людям снится, будто они не могут заснуть?
– Конечно. Постоянно. Но в вашем случае такое предположение выглядит маловероятным. Давайте проверим некоторые пункты, которые вы обсуждали с доктором Голдсмитом. Вы алкоголик?
– Насколько я знаю, нет.
– Согласно
– Нет.
– Вы не храпите?
– Откуда мне знать?
– Могла жаловаться ваша партнерша по сну.
– У меня нет партнерши.
– Хм. А как насчет депрессии? Вы не относите себя к депрессивному типу?
– В общем, нет. Если у меня и была депрессии, то раньше, в студенческие годы, и тогда мне хотелось только одного – спать.
– У вас нет гипотез, почему вам хотелось тогда спать?
– Пожалуй, во сне я чувствовал себя более счастливым, чем наяву. Мне тогда снились очень приятные сны.
– А… – Доктор Дадден записал его слова. – Очень интересно. И что вам снилось?
– Не знаю. Я никогда не мог запомнить снов.
– Тогда откуда вам известно, что сны были приятными?
– Просто… оставалось ощущение. Когда я просыпался.
– Хм. А потом все это прекратилось? В восемьдесят четвертом?
– Да.
– Может, вы мне расскажете о том периоде своей жизни?
– Ну… – Терри заерзал на месте, словно эта тема была ему неприятна, но на губах появилась едва заметная ностальгическая улыбка. – Я окончил университет и через несколько недель получил работу журналиста, а вскоре со мной случился… пожалуй, самое подходящее слово – кризис.
– Какой рода кризис?
– Я ликвидировал один журнал. Собственноручно.
– И как вам это удалось?
– Это был журнал о кино, и в нем опубликовали статью, которую я должен был проверить. К сожалению, я допустил определенные… неточности. К еще большему сожалению, оказалось, что эти неточности очень смахивают на клевету. На журнал было подано семь исков по обвинению в клевете.
– Семь.
– Да. Не могу вспомнить всех персонажей, но среди них точно были Деннис Тэтчер, Норман Уиздом, Вера Линн…
– Понятно.
– …Клифф Ричард, Кингсли Эмис, Эдвард Хит [6] …
– Автор умудрился в одной статье оклеветать всех этих людей?
– Да, вследствие моей небрежности. Точнее… – Довольная улыбка расползалась по лицу Терри. – Наверное, это был несчастный случай. Просто-напросто не повезло. В этом-то и вся прелесть.
Убедившись, что Терри не намерен вдаваться в подробности, доктор Дадден спросил:
– Полагаю, вы лишились работы?
– Именно с тех пор я стал независимым журналистом. Я собирался написать книгу. Об одном режиссере – малоизвестном режиссере, о нем почти ничего не писали, а также… о других вопросам. Теоретических. В каком-то смысле –
6
Деннис Тэтчер – муж бывшего премьер министра Великобритани Маргарет Тэтчер; Норман Уиздом (р. 1918) – английский комик, прославившийся исполнением роли мистера Питкина в знаменитых комедиях; Вера Линн (р. 1919) – популярная британская певица; Клифф Ричард – известный британский поп-певец; Кингсли Эмис (1922-1975) – английский писатель; Эдвард Хит (р. 1916) – британский политический деятель, консерватор, в 1970-1974 гг. был премьер-министром
– Но вы ее так и не закончили?
– Я ее так и не начал. Мне приходилось очень много работать, чтобы прокормиться… Большей частью я работал до полуночи, и к собственному удивлению вскоре понял, что к концу работы чувствую себя не таким уж усталым. Поэтому я не ложился спать, а всю ночь бодрствовал. Смотрел видео. С этого все и началось.
– Итак, вы готовы согласиться, – сказал доктор Дадден, – что фильмы заменили вам сновидения, которые некогда были…
Тут на столе запищал маленький будильник. Доктор Дадден отложил карандаш и с коротким вздохом разочарования закрыл папку.
– Боюсь, это все, – сказал он.
– Что?
– Время вышло. Одиннадцать сорок два, а на одиннадцать сорок пять у меня назначена другая встреча.
– Но мы только подошли к самому интересному.
– У нас все расписано по минутам, мистер Уорт. Если бы вы не опоздали на двадцать три минуты, мы продвинулись бы значительно дальше. А так придется ждать до утра.
– Но ведь у нас еще есть три минуты.
– Нет. Во время первой беседы мы оставляем время для ответа на несколько вопросов практического характера. Например… – Дадден замолчал, лицо его стало непроницаемым. Посидев секунду-другую с рассеянным взглядом, он внезапно принялся шарить в одном из ящиков стола и наконец достал лист бумаги. – Ах, да. Забавно, но я никогда не могу их запомнить. – Они принялся зачитывать:
– Как вы устроились в клинике?
– Спасибо, очень хорошо, – ответил Терри, с изумлением глядя на доктора.
– Проявлял ли персонал учтивость и услужливость?
– Несомненно. – Терри решил воздержаться от замечания, что сам доктор Дадден пока не проявил ни того, ни другого.
– Является ли ваша дневная комната чистой и уютной?
Только тут Терри замешкался.
– Уютной – да, – наконец ответил он.
Он позволил себе сполна насладиться страхом, нараставшим во взгляде доктора Даддена, и лишь потом рассказал о надписи на стене.
– Псст!
Доктор Мэдисон остановилась и огляделась. Она не поняла, откуда исходит голос.
– Псст! – прозвучало вновь.
Из-за соседней двери высунулся палец, поманил ее и быстро исчез. Повинуясь пальцу, доктор Мэдисон проследовала в комнату номер девять, где обнаружила доктора Даддена – тот ждал ее с белым от ярости лицом (впрочем, ярость одолевала доктора не так уж редко), но поза его выдавала сконфуженное волнение.
– С-сюда! – прошипел доктор Дадден.