Дом
Шрифт:
Ее место заняла Мэри Уорт.
Если до этого Шелли было страшно, то теперь ее обуял безотчетный ужас. Она в полном оцепенении смотрела на то, как старая карга достала из-под платья длинный серебряный нож, стиснула сморщенными костлявыми пальцами потемневшую от времени рукоятку. Быстро оглянувшись, Шелли убедилась в том, что никакой настоящей Мэри Уорт в комнате нет, затем перевела взгляд на собственное тело, проверяя, что не произошло никакого наложения, что на ней не надето черное платье и она не держит нож, о существовании которого
Нет.
Однако в зеркале ее самой по-прежнему не было видно, а Мэри Уорт, криво усмехаясь, развернулась, крепче стиснула нож и направилась к кровати, на которой лежал и читал Сэм.
Уставившись в зеркало, Шелли увидела, как старая карга начала наносить удары. Услышав за спиной крики Сэма, она стремительно обернулась.
Никакой Мэри Уорт по-прежнему не было, однако Сэм корчился на кровати, со свежими ранами на груди и бедре, из глубоких разрезов медленно вытекала или хлестала фонтаном кровь, в зависимости от того, какие сосуды оказались рассечены. Кровью были забрызганы его грудь и выпавший у него из рук журнал, розовая простыня и наволочки, спинка кровати, тумбочка и индийский ковер на паркетном полу.
Не было слышно никаких звуков помимо истошных воплей Сэма, и, пожалуй, это было самым пугающим. В зеркале отражение Мэри Уорт смеялось, хохотало, однако соответствующие звуки отсутствовали. Ее голос, если таковой существовал, оставался за стеклом, слышимый лишь в том мире, и хотя ее действия проявлялись в реальной спальне, тела и голоса здесь не было.
Откуда появилась Мэри Уорт? Никто ее не призывал.
Тут чего-то недоставало. Шелли еще готова была принять концепцию вызова злобного духа, но она не могла поверить, что Мэри Уорт способна появляться по собственной воле, без того, чтобы ее вызвали. Все должно было быть не так, и хотя речь шла лишь о детской игре, во всех легендах есть зерно правды.
Крики Сэма оборвались. Он был мертв, но Мэри Уорт продолжала наносить удары, и безжизненное тело дергалось на кровати.
Шелли также не кричала. Она не была в панике, ей не было страшно, и хотя, возможно, все отчасти объяснялось шоком, смерть Сэма не стала для нее таким ужасающим поворотным событием, каким должна была бы быть. На самом деле Шелли как бы оставалась в стороне; происходящее в спальне было чем-то отдаленным, плоским, словно на экране телевизора, и отражение в зеркале казалось чуточку ближе только из-за присутствия пугающего лица Мэри Уорт.
Мэри Уорт.
И даже зловещая старуха была далеко не такой страшной, какой должна была бы быть. Шелли постепенно привыкала к ее сморщенному лицу, и у нее мелькнула мысль, что, возможно, она все-таки вызвала старую каргу, подсознательно желая, чтобы та сделала именно то, что она сделала…
Нет!
Пусть их с Сэмом пути разошлись. Наверное, Шелли его больше не любила. Но даже в самых безумных мечтах она не желала его смерти. Все это было
Но обвинят в убийстве мужа ее.
Эта внезапная догадка оглушила Шелли. Снова обернувшись на кровать, она увидела окровавленное тело Сэма, вскрытую грудную полость, в которой были видны внутренние органы.
Шелли посмотрела в зеркало.
Отражение Мэри Уорт снова стояло на ее месте перед трюмо, глядя на нее.
И оно улыбалось.
Часть I
Снаружи
Глава 1
Дэниел
– Просыпайся!
Дэниел слышал голос жены, чувствовал прикосновение ее рук, ласково трясущих его, однако ему уже давно не приходилось вставать так рано, и все его тело отчаянно сопротивлялось. Он застонал, перевернулся на другой бок, глубже зарываясь под одеяло.
– Собеседование назначено на десять часов, – сказала жена, и за внешней приятностью ее голоса прозвучала такая серьезная настойчивость, что Дэниел глубоко вздохнул, откинул одеяло и уселся в постели.
Марго уже оделась, готовая отправиться на работу. Она стояла рядом с кроватью и смотрела на мужа.
– Извини, – сказала она, – но я уже ухожу. Я отвезу Тони, и мне хотелось убедиться перед уходом, что ты уже встал. Иначе ты никогда не проснешься.
– Я уже встал, – заверил ее Дэниел, поднимаясь на ноги.
Он попытался было поцеловать жену, но та поморщила нос и отвернулась.
– Прополощи рот!
– Но это же так романтично!
– Лучше молчи. – Марго чмокнула его в щеку. – Позвонишь мне на работу после собеседования. Я хочу знать, как все пройдет.
Дэниел подобрал с пола брюки.
– Знаешь, я могу забрать Тони.
– Тебе это не по пути. К тому же у меня есть немного времени. – Марго направилась к двери. – Я серьезно говорю, прополощи рот. Проще простого потерять работу из-за того, что от тебя несет потом или дурно пахнет изо рта.
Дэниел проводил жену в прихожую, где у двери уже ждал Тони с ранцем в руках. Все шторы были подняты, и на улице четверо-пятеро одинаково одетых подростков стояли, прислонившись к невысокой кирпичной стене, которая отделяла дворик от тротуара. Один бритый наголо парень загасил окурок о стену и швырнул его во дворик.
Должно быть, Марго увидела выражение лица мужа, поскольку нахмурилась и пригрозила пальцем.
– Не смей делать замечание этим парням! Нам здесь жить, а Тони учится с ними в одной школе. Все, что ты им сделаешь, они выместят на нем!
Тони промолчал, однако мольба во взгляде сына лучше всяких слов сказала Дэниелу, что он согласен с матерью на все сто.
– Хорошо, – кивнул Дэниел.
Он проводил взглядом, как жена и сын вышли на улицу, помахал им рукой, после чего закрыл и запер дверь и направился в ванную, чтобы принять душ.