Домина

Линде К. А.

Потому что Малиса дала Серафине информацию, как привязать себя к Виктору. Как магией крови связать их души. И это длилось две тысячи лет. И было между Сиреной и Каэлом.

Нить. Связь. Проклятие.

Сирена потянулась к ней, хоть была во тьме своего разума. Каэл приглушал связь, но она была там. Все еще целая.

Сигнал в ночи.

Искра стала костром.

Она впилась в связь. Ощущала ее как друга. Она не знала, что могла сделать, как могла помочь. Но осталось только это. Без нее Каэл был бы

точно потерян.

И Сирена пошла за связью. Погружалась глубже, как было с Авокой, когда они с Хелли лечили ее в священных водах в Аландрии. Она уходила все дальше. Не замирала, не думала о последствиях. Это был ее последний шанс. Единственный.

Она оказалась в Кольце садов.

Но не таком, каким оно было сегодня. Не в том, где Каэл истекал кровь. Оно было старее, не таким роскошным садом. И было меньше. Словно остальные круги добавили позже, чтобы привнести величия в облик. Вместо мраморной беседки было деревянное строение. Но все равно было красиво. Может, даже приятнее, чем в настоящем. Словно кто — то приходил в это место для уединения.

Сирена медленно повернулась по кругу, думала, что увидит Каэла, запертого в его разуме. И она могла бы оттуда увести его в безопасное место. Они отбились бы от тьмы вместе, как он всегда и хотел.

Но его там не было. Сначала она никого не увидела.

А потом мужчина вышел из — за колонны и улыбнулся. У него была зелено — золотая одежда королевича Дремилона. Его широкие плечи были с бархатной мантией. Темные волосы ниспадали до плеч, но были зачесаны изящно назад. А серо — голубые глаза она узнала бы всюду.

— Здравствуй, Сирена. Я долго ждал тебя.

Сирена отпрянула на шаг в ужасе. Потому что там стоял не Каэл.

А Виктор Дремилон.

— Ч — что ты тут делаешь? — пролепетала она. — Как ты можешь тут быть?

— Я — другая сторона связи. Темная часть, что связывает с магией крови, — ровно сказал Виктор. Он шагнул вперед, на ступеньку ниже и из беседки. — Ты уже это знаешь.

Она кивнула без слов.

Он вздохнул и посмотрел на круги.

— Я построил это для нее.

— Для Серафины.

— Для любви всей моей жизни.

— Которую ты использовал и предал, — обвинила она.

— Да, — он не спорил.

— Как можно делать так с тем, кого якобы любишь?

Он молчал. Просто шагнул ближе и широко развел руки.

— Я думал, круги означали, что наша любовь продлится вечно. Что, несмотря ни на что, мы останемся вместе. Мне пришлось жениться на другой. У нее была магия, она не могла выйти за такого низкого, как я. Она стала Доминой, носила белое, и все развалилось. Но эти круги все равно означали вечность вместе.

— Поздравляю! Круги еще на месте. Связь на месте. Серафина все еще тебя любит.

Он посмотрел на нее.

— Что ты сказала?

— Она все еще тебя любит.

— Ты

говорила с ней, — едва слышно прошептал он.

— Она направляла меня, как я понимаю… как и ты — Каэла.

Он кивнул.

— Я старался привязать его к его душе. Сделать для него то, что никто не смог сделать для меня, — он смотрел вдаль. — Спасти его часть, чтобы он не закончил как я. Каждый день я сожалею о своем решении из зависти, жадности и одержимости. И надеюсь, что кто — нибудь одолеет Малису, где я не смог.

— Ты был сосудом, — поняла она. — Как только она впилась в тебя когтями, тьма растеклась как болезнь.

— Чума, — исправил он. — И от меня осталось только то, что принадлежало Сэре. Мою любовь к ней даже Малиса не смогла уничтожить. И если она еще любит меня… после того, что я сделал, я этого не заслуживаю.

— Не заслуживаешь, — согласилась сухо она.

Он издал смешок.

— Ты совсем как она. Я вижу ее в твоем лице, движениях и том, как ты свободно говоришь.

— Она — мой предок.

— Да, скажи, как? — спросил он.

— Ты не знаешь?

Он развел руками.

— Ты видишь мою тюрьму. Я не покидал мой Бьерн две тысячи лет. Передавался от Дремилона к Дремилону. Не помогал им избежать ее.

Сирена не могла представить. Не могла поверить, что он все время был тут. В плену, не мог уйти, был привязан к проклятью, которое так давно создал. Но она не жалела его. Может, эта судьба подходила для слабого мужчины, который позволил монстру управлять им.

— Ты верил, что убил ее дочь, Анну.

— Анна, — прошептал он. — Я не знал ее имени.

— Подруга Серафины пожертвовала своим ребенком вместо Анны. Она обманула тебя, чтобы спасти ее.

— Хорошо, — выдохнул он.

— И что теперь? — спросила Сирена. — Я спустилась сюда спасти Каэла. Несмотря на то, что он сделал под ее влиянием. За это он должен ответить. Многие думают, что он должен погибнуть за свои преступления. Но я пытаюсь его спасти.

— Потому что любишь его, — просто сказал Виктор.

— Я понимаю его, — сказала она. — Мы не такие, как вы с Сэрой.

— А могли бы быть.

Она видела его ответ. Правда жалила. Они могли быть такими. Легко. Серафина полюбила мужчину в Элейзии. У нее был ребенок и новая жизнь. Она могла жить так вечно. Но она вернулась в Бьерн, к Виктору и жизни в мучениях.

Сирена была лишена выбора. Это был другой путь. Это менялось. Она не выбирала Каэла по своей воле. Ни в ночь, когда он попытался забрать ее честь… или из — за того, что был таким, как она подозревала, или потому что ощущал связь, решил забрать свое. Ни когда она пришла к нему, сломленная, и он пытался помочь ей собрать в целое осколки сердца. Даже когда тьма пожирала их, и она пыталась отыскать себя, Сирена знала правду.