Доминат
Шрифт:
Пока хозяева отсутствовали, Квинт успел оглядеться. Он подметил несколько важных деталей. Кроватей на верхнем этаже было всего лишь три и только одна из них застелена. Большое количество немытой посуды разнилось с хозяйственностью матери семейства Кассиев, что говорило либо об экономии воды в убежище, либо об отсутствии женщины. Зная большую семью Толия можно было смело предположить, что большая её часть здесь не жила.
Толий пришел только через пять часов и застал путешественников спящими на лавках возле главного стола.
– Что за вонь?
– с порога возмутился парень - Вы кто такие? А ну! Пошли прочь
– И я очень рад тебя видеть Толий!
– поприветствовал старого друга Квинт - Я уже было подумал, что ты умер, а нет, живехонький!
– К-к-квинт?
– неуверенно спросил Кассий - Это ты? Как? Что ты тут делаешь? Что с твоим лицом?
Хитрово ожидал от своего старого друга большего радушия после долгой разлуки. Юноша растерялся. Он видел, что Толий испугался встречи с ним, но Квинт не понимал причин подобного поведения. Вместо счастливых объятий, дружного смеха и слез радости, Кассий держался предельно холодно. Отстранившись от Квинта, он старался загородить собой стоящую за его спиной незнакомую девушку. В отличие от понурого Толия, незнакомка держалась не в пример высокомернее. Она явно была хозяйкой территории и сверлила нарушителя спокойствия Квинта злобным взглядом своих узких глаз.
– Это тот самый прислуживающий По наркоторговец, о котором ты мне рассказывал?
– спросила узкоглазая брюнетка - Он же сбежал из Небограда?
– Познакомься Квинт, это моя жена Лана.
– представил супругу Толий.
– Становиться все интереснее и интереснее.
– сказал Хитрово - Я вспомнил эту девчулю. Два года назад она мыла тебя или Алекса. Я уже точно не помню. Она же девочка на побегушках из дома озских богачей?
– Не говори так о ней.
– грубо сказал Толий - Как видишь, уже неважно кем мы были раньше. Что тебя заставило прийти ко мне сюда?
Сонные гоблины давно проснулись и молча наблюдали за людской перепалкой. На них никто не обращал внимания, и они тактично не влезали в чужой разговор. Они не понимали человеческой речи, но как любое разумное существо, с охотой следили за мимикой и тонко чувствовали изменение в интонации оппонентов.
– Э-м-м... в смысле, что заставило?
– немного опешил от таких слов Квинт - Дружба! Я пришел спасти твоего отца и Алекса, но оказалось, что и ты жив! Твой отец сразу меня к тебе направил! У него в отличие от некоторых, не возникло сомнений, зачем нам нужно встретиться.
– И как же ты нас спасешь?
– влезла в разговор Лана - У тебя есть с собой еда? Или топливо для костра? А может быть чистая вода? Ты сам-то себя видел? Со съеденным пеплом лицом, стоя в моем доме в вонючей шкуре ты говоришь о спасении? Толий и это твой друг?
– Толий я не понимаю, что происходит? Вы чего на меня накинулись с самого порога?
– спросил Квинт - Ты не рад меня видеть?
– Твои наркотики принесли нам только беды...
– начал говорить Толий, но он осекся, услышав незнакомую речь одного из гоблинов.
– Человек спроси у своего друга, накормит ли он нас?
– спросил Лурк.
– И даст ли он нам воды?
– добавил Нерд.
– Мы очень пить хотим. Люди бородатого не вернули нам вещи.
– Что-то мне подсказывает, что он нам не друг и нечего не даст...
– грустно ответил на островитянском юноша.
– Кто они такие?
– нервно завизжала Лана - Что вообще происходит?
Толий слушал не очень внимательно, все время он рассматривал гоблинов, те в свою очередь показывали ему жестами, что хотят пить и есть. Но спас их не Кассий, а вошедший на середине рассказа юноши Гифан. Он вернул путешественникам рюкзаки, оружие и бурдюки с водой и удалился за дверь, сказав, что ему нужно переговорить с Квинтом наедине, и он будет ожидать его неподалеку.
Если Толий все время молчал, то его новоиспеченная жена все время перебивала Хитрово. Под конец своего рассказа Квинт был готов воткнуть ей в глаз свой кинжал, но сдержался. Гоблины устали ждать и задрав балаклавы ко лбу и расстегнув свои кафтаны, смиренно вгрызались в вяленое мясо обезьяны.
– И ты хочешь предупредить Алекса?
– нарушил свое молчание Толий, после того, как Квинт закончил свой рассказ.
– Да, я как бы всех не прочь предупредить, всех кто захочет спасаться.
– ответил Квинт.
– До Алекса тебе не добраться. Он испытывает летающий корабль на северном краю острова. Там несколько десятков ученых охраняют сотни гвардейцев. Как я слышал люди По скоро захватят их и судно.
– И ты так спокойно про это говоришь?
– А что нам делать? Мой отец уже больше месяца предлагает прорваться к гвардейцам и спуститься с сохранившейся гавани с острова. Но у нас мало сил, мы не сможет разбить блокаду По, он нас окружил со всех сторон. Скоро у нас закончиться еда и возможно только тогда наши люди статут сговорчивее для ведения боевых действий.
– Тогда помоги мне спасти Алекса. Нам нужно бежать отсюда как можно быстрее.
– Я никуда не пойду. У меня семья...
– грустно ответил Толий - Была... Когда начался бунт, мою мать и братьев затоптала испуганная толпа, а другие родные пропали без вести. Мы с отцом только спустя неделю нашли их тела на одной из сожженных лиц. Сейчас у меня беременная жена и я не готов рисковать своей жизнью, чтобы спасти Фао.
– Вот значит как...
– Да, так! Ты понимаешь, что людей По больше!
– начал оправдываться Толий - Даже если мы сможем пройти сквозь его патрули, то нам предстоит еще бороться с гвардейцами. Они нашпигуют тебя болтами, стоит только приблизиться к их кварталу. Но даже если ты все это пройдешь, то как ты собираешься его оттуда вытаскивать? Катакомбы в той части острова завалены, под землей туда не проникнуть, сам Алекс щуплый и не сможет пройти по поверхности скрытно.
– Я понял тебя.
– сказал Квинт, поднимаясь со своего места - Мы, пожалуй, пойдем.
– Квинт подожди, я тоже многое, как и ты, испытал...
– уж было начал Толий рассказ о своем чудесном спасении, но Квинт его безапелляционно прервал:
– Да мне как-то похер как ты там выжил.
– грубо ответил юноша. Хитрово повернулся к вскочившим вслед за ним гоблинам, которые чутко уловили изменение в поведении собеседников по мимике, жестам и интонации и сказал им, что они уходят отсюда, чтобы найти нормальное место для отдыха и ночлега.