Шрифт:
Как голубь казака спас
Повстречался казак в широкой степи с отрядом турецким. В полон сдаваться казаку позорно, и решил он бой принять. Ударил коня своего доброго плетью, выскочил на курган, стал врагов поджидать. Подъехали турки к кургану, окружили его со всех сторон и кричат:
— Видишь, нас много, а ты один! Клади свое оружие
А казак им отвечает:
— Хоть я и один, а вас много, но не пристало казаку подчиняться врагам. Буду сражаться с вами, пока жив.
Осерчали турки, бросились на казака. Рубился он с ними с раннего утра до полуночи, навалил вокруг кургана гору убитых. Иступилась шашка казачья. Видит казак, — подходит его конец. Но тут темно стало. Отступили турки — побоялись своих же в темноте порубить. Решили они, что до утра казак от них все равно никуда не уйдет.
Передохнул казак, расседлал своего коня и пустил на все четыре стороны, — пусть дорогу домой ищет. А сам лег на вершине кургана и притворился мертвым. Знал он, что мертвых турки не любят, до них ни руками, ни оружием не касаются, — боятся оскверниться.
Утром поднялись турки и на курган кинулись. Глядят — казак лежит, а в головах у него на пригорочке сизый голубь сидит, да воробей прыгает, чирикает.
Диву даются турки: у казака ноги, руки, грудь, голова — не порублены, а он лежит, не ворохнется, лишь ветер усы шевелит. Думают турки — не обманывает ли их казак, не притворился ли мертвым. Выхватили они из ножен шашки, хотят казака рубить. Но и боятся: а что если он и вправду мертвый?
Решили птиц спросить — они не обманут, правду скажут. Спрашивают турки воробья:
— Ты скажи нам, птичка-невеличка, жив он или нет?
Прыгает воробей на одной ножке и чирикает:
— Жив-жив!.. Жив-жив!..
А один из турок невзначай к голубю обратился:
— А ты что нам скажешь?
Распустил голубь крыло и загурдел:
— Умер… Умер…
Остановились турки в раздумье, не знают, что им делать — кого слушать, воробья или голубя. А казак лежит — не шелохнется, лишь усы по ветру шевелятся. Сели турки на кургане, ноги поджали, сидят и думают. До самого вечера сидели, потом встали и говорят:
— Раз казак лежит — не шелохнется, значит, — он умер. А воробей, поганая птица, нас обмануть хотел.
Сели на коней и уехали. Казак полежал еще немного, потом встал и пошел к себе домой.
С тех пор на Тихом Дону воробья болтуном прозвали. Старые казаки и малые казачата гонят его с крыш своих домов. А голубя, что спас казака от смерти неминучей, к двору приваживают и птенцов его оберегают.
Почему у выхухоли хвост пахучий?
Редкий
Случается казаку убить хохулю, снимет он с нее чулком шкурку и обязательно хвост отрежет, жене отдаст. А жена в сундук положит, чтобы летом моль меховые шубы и тулупы не посекла. Дух от хвоста хохули идет крепкий, приятный, словно ландышами пахнет. А спроси у казака или казачки, — отчего это, — не каждый, тебе ответит. Не доводилось им, видно, от старых да бывалых людей про это слыхать.
А старые да бывалые люди вот что рассказывают. Случилось это давным-давно, брали казаки турецкую крепость. Долго они ее брали, наконец, осилили турок, забрали крепость и стали теснить отступавших врагов. И вот во время рукопашной схватки, возле маленькой речки, у казака коня убили, а самого его тяжело ранили. Лежит казак, ворохнуться не может. Пить ему хочется — страсть! Язык к нёбу присох, от жара губы ссыхаются. А кругом уже ни одной живой души нет.
Глянул казак в небо, видит — черный ворон летит, над его конем кружит. Позвал он его:
— Ворон, великая у меня к тебе просьба: принеси мне студеной воды из речки, а то у меня язык к нёбу присох, от жара губы ссыхаются.
Сел ворон на коня и каркнул:
— Некогда мне тебе воду носить, мне зоб свой надо мясом набивать, пока другие вороны не налетели.
И начал он казачьего коня клевать. Глянул казак в сторону, видит — волк бежит, тоже на его коня зарится. Позвал он его:
— Волк, великая у меня к тебе просьба: принеси мне студеной воды из речки, а то у меня язык к нёбу присох, от жара губы ссыхаются.
Подбежал волк и прорычал:
— Некогда мне тебе воду носить, мне брюхо надо мясом набивать, пока другие волки не набежали.
И начал он казачьего коня зубами драть.
Глянул казак, а возле него хохуля крадется, из-за куста к нему приглядывается. Хотел казак попросить, чтобы она ему воды из речки принесла, да передумал, — слишком мал зверок. А хохуля оглядела казака и сразу куда-то пропала.
Еще сильнее мучит казака жажда. Вдруг чует казак: кто-то его в бок легонько тычет. Глянул он, а это хохуля своим длинным носом его толкает. Промеж лап у нее — кубышка, до самых краев студеною водою налитая.
Слыхала хохуля, как просил казак черного ворона и серого волка, чтобы они над ним сжалились и воды принесли, и решила казаку помочь, прикатила ему целую кубышку с водою. Попил казак воды студеной, стало ему легче, приподнялся он на локоть и говорит:
— Чем же буду я тебя, хохуля, благодарить за твою услугу великую?
А хохуля за кустом стоит, хвостом вертит и еле-еле слышно пищит:
— Ничего мне, казак, не надобно, живи себе на здоровье, поправляйся.
<