Дорога славы
Шрифт:
Один из киборгов шагнул к парнишке и равнодушно свернул ему шею. Труп со стуком рухнул на пол.
— Грюк! — рявкнул Рас стоящему в дверях старпому. — Виновных наказать. Пьянки прекратить. И спрячь эту девку куда-нибудь.
Капитан со своими киборгами удалился, и все с облегчением выдохнули.
— Повезло, — прохрипел Дон, — что кэп Драгову дурь любит. Не то все бы… — он пнул распростертое на полу тело.
— Повезло, — подтвердил старпом. — Но я-то эскапином не балуюсь. Вы этому придурку еще позавидуете, — кто-то громко сглотнул. — Тащи девку за мной, Драг. Потом я с тобой
На «Файтере» имелось шесть спасательных капсул, на четыре человека каждая. Спрятать девчонку в одной из них казалось отличной идеей: будет в целости и сохранности, не сбежит. Да и к ней никто не полезет. Драг под пристальным взглядом старпома запихнул отупевшую от страха девушку в анабиозный саркофаг и включил систему.
— И чего кэп так разозлился? — недоумевал он, наблюдая сквозь смотровое окошко, как контейнер с «товаром» заполняется вита-гелем. — Ну, развлеклись бы мы немного, ее же все равно выкупят.
Грюк медленно повернул к Драгу грубое лицо, покрытое белесыми шрамами, которые старпом по странной прихоти не желал сводить.
— Она с Левита-20. Эти фанатики не заплатят. Папаша скорее сам ее замочит, если она окажется «нечистой».
— Родную дочь?!
— Странный вопрос от парня, который убил собственную мать, — Грюк пристально посмотрел на подчиненного своими холодными бледно-зелеными глазками.
— Так по дурости же, — смутился тот, — пацаном…
Резкий сигнал экстренного старта не дал Драгу договорить. Пираты переглянулись и кинулись вон из капсулы. Неожиданно гравитация исчезла, и оба забарахтались в воздухе, летя по инерции вперед. Грюк попал точно в дверной проем и, зло матерясь, ухватился за его край, а Драг больно приложился о стену рядом, отскочил от нее, как мяч, и его понесло в обратном направлении. Внезапно тело вновь обрело вес, и Драг упал на дальнюю стену, вдруг ставшую полом. Старпом не удержался на своем месте и рухнул рядом, неестественно подогнув под себя ногу. Раздался оглушительный грохот, корабль содрогнулся, и возросшая сила тяжести вдавила мужчин в стену. У Драга потемнело в глазах, и он потерял сознание.
Драг хотел поискать кнопку или рычаг, открывающий саркофаг, но крышка сдвинулась автоматически. В глаза ударил яркий свет. Пират с трудом сел и, часто моргая, огляделся. Похоже, он пришел в себя последним. Девчонка скрючилась в углу. Вид у нее был не ахти: волосы мокрой бурой паклей облепили голову и плечи, глаза глубоко запали, лицо осунулось. Ее колотила крупная дрожь то ли от страха, то ли от холода. Рядом привалился спиной к саркофагу Грюк, уже в спецкостюме. Железный мужик. Видимо, это он затолкал бесчувственного Драга в «анабиозник». Старпом тупо пялился на груду какого-то барахла у своих ног.
— Где мы? — сипло спросил Драг.
Грюк поднял на него взгляд:
— Пайков нет, — произнес он бесцветно. — Вода, оружие, хлам… и ни крошки еды.
— Где мы?
— Без понятия, — старпом с трудом встал на дрожащие ноги. Его бедро было сильно искривлено, приземистая фигура кренилась влево. — А говорили, — прохрипел он, — в этих гробах мышцы не атрофируются. — Врали. И пайки сперли, суки!
…Они не знали, сколько бредут по этим камням. Шаг. Еще шаг. Драгу казалось, что прошло около тридцати стандартных часов — Грюк утверждал: не больше двенадцати. Шаг. Мучительно хотелось спрятаться, оказаться за прочными стенами, под надежным потолком, укрыться от бесконечности — от чужой, холодной голубой пустоты над головой, от бескрайней черной пустыни, тянущейся от горизонта до горизонта. Но возвращение в капсулу — верная смерть. Единственный шанс выжить — найти еду. Шаг. Драг шел, спотыкаясь и покачиваясь, толкая перед собой
Девчонка снова упала. Драг пнул ее:
— Вставай! — девушка всхлипнула, попыталась приподняться и снова растянулась на острых камнях. — Бросим? — он обернулся к старпому.
— С бабой-то оно лучше, — сварливо возразил Грюк. — Тут, может, всю жизнь торчать, — старпом тяжело опустился на большой валун.
— Жизнь… — Драг уселся рядом, сбросил с плеч тяжелый рюкзак. — Она будет недолгой, если здесь нет еды.
— Есть, — жестко сказал Грюк. — Должна быть. Спасательное корыто летит по инерции, пока анализаторы не засекут подходящее место для высадки. («Хорошо, корректирующие двигатели не подвели, — подумал Драг, — а то впаялись бы в какую-нибудь дрянь».) А подходящее место — это нормальная атмосфера, температура, гравитация… и нормальная жратва! Все здесь есть, надо только дойти до края пустыни.
И они шли. Медленно, долго. Бесконечно. Шаг. Еще шаг…
Ночами, несмотря на холод, спали на сложенных вдвое одеялах. Палатку решили не ставить, пока не найдут подходящее место для лагеря: распаковывается купол автоматически, но как его правильно сложить обратно, чтобы потом повторно использовать, никто из них не знал. На третий день среди мертвых камней стали попадаться какие-то сероватые губки и жесткие колючки. Жизнь. Выглядела эта растительность совершенно несъедобно, но путники воспрянули духом и позволили себе пить больше, чтобы хоть как-то приглушить чувство голода. На четвертые сутки Драг заметил боковым зрением стремительную тень, но рассмотреть не успел.
— Здесь могут быть хищники, — сказал он на привале, делая скупой глоток из фляги. — Мне нужно оружие.
— Я прикрою, — отрезал старпом, удобнее перехватывая ружье. — Завалю любую пакость, не сомневайся.
Драг не сомневался. Но ему все чаще казалось, что этой «пакостью» окажется он сам… Неспроста Грюк заграбастал все четыре ствола. В последнее время старпом стал нервным, постоянно сыпал указаниями. И как-то странно, оценивающе смотрел… «Убьет, — с ужасом думал Драг. — Убьет и сожрет». Он много раз слышал истории о том, как люди, оказавшись на необитаемой планете, теряли разум от голода и ели своих друзей. Конечно, пираты еще не настолько оголодали, но и Грюк ведь не был его другом… О жестокости старпома «Файтера» ходили легенды, и Драг всегда боялся его до дрожи. Сначала он надеялся, что Грюк в первую очередь избавится от девчонки, но тот имел другие планы, и это казалось недобрым знаком. Пленница совсем потеряла силы, и никакими побоями заставить ее тащить снаряжение было невозможно, зато воду лакала наравне с мужчинами. Но старпом не только не позволил ее бросить, но и заставил Драга тащить все на себе. «Сожрет-не сожрет, но, как только выберемся отсюда — пришьет, как пить дать».
…Несмотря на дикую усталость, Драг никак не мог заснуть. Он лежал, глядя на тусклые звезды, и думал, что делать дальше. Еда на планете, возможно, есть… но где? Успеют ли они ее найти до того, как умрут от голода? Как распознать, что здесь годится в пищу? И неизвестно, справятся ли антидоты из аптечки, если они нарвутся на отраву. Воды осталось совсем мало, и Грюк наверняка попытается забрать все себе. Если бы заполучить оружие… Пират прислушался к мерному дыханию девчонки и старика. Спят. И Драг решился. Тихо поднялся, на цыпочках подкрался к старпому и склонился над ним, затаив дыхание. Грюк спал в обнимку с ружьями. Осторожно, обливаясь холодным потом, Драг потянулся к одному из стволов. Девчонка зашевелилась во сне. Драг замер на месте в неудобной позе, выждал минуту. Ничего не произошло, и он аккуратно взялся за холодный приклад. Мгновенно на его запястье сомкнулась железная лапища Грюка.