Дорога в рай
Шрифт:
Мэри прикрутила масляную лампу, оставив лишь маленький фитиль, и молча сидела у кровати.
Шло время, девушка дышала уже немного легче, но лоб все еще был очень горячим.
Вдруг, когда Мэри меняла на лбу своей пациентки прохладную льняную повязку, смоченную в лавандовой воде, внизу послышался шум, в холле залаяли собаки.
Она встала и распахнула дверь комнаты.
Этот голос… он звал мистера Пардью!
Граф!
Он вернулся! По всей видимости, ему не удалось
Мэри прикрыла дверь и вернулась к кровати; ноги подкашивались от тревоги и мрачных предчувствий.
И тут она ахнула: с кружевной подушки на нее смотрели небесно-голубые глаза на бледном лице.
Незнакомка подняла руку с одеяла и потянулась к ней.
– Где… я? – прошептала девушка, Мэри уже хотела ей ответить, как услышала голос графа:
– Мэри! Мэри!
Она должна немедленно явиться на зов.
Глава третья
Мэри склонилась над кроватью больной и приложила палец к губам – девушка намеревалась еще что-то спросить.
– Тихо-тихо! – предупредила она. – Молчите. Ни слова. Я через минутку вернусь.
И она поспешно покинула комнату.
Жасмин лежала недвижимо.
Ей было невыносимо жарко, голова болела, а комната так и кружилась перед глазами.
Что произошло? Где она находится? Опять в Харли-Грандж?
Нет… женщину, которая меняла ей повязку на лбу, она раньше никогда не встречала.
И эта незнакомая спальня с бельем, отделанным кружевом, с красивыми бирюзовыми с золотом занавесками, расшитыми удивительными павлиньими хвостами, совершенно не походила на ту, в которой она спала в тетушкином доме.
Жасмин попыталась сесть, но застонала от пронзившей голову острой боли. Она вновь откинулась на подушки; память постепенно возвращалась к ней.
С ней произошел несчастный случай – но почему?
Ее конь! Метеор… снег… неужели он свалился в сугроб?
Единственное, что ей удалось вспомнить, – как она галопом скачет в метель, а дальше… темнота.
– Бог мой! Наверное, мне повезло, что я жива осталась. Интересно, что случилось с Метеором? Надеюсь, он не пострадал. Но кто меня нашел? И принес именно сюда? Где я? Почему эта женщина хочет, чтобы я молчала?
Она еще раз попыталась встать с кровати, но голова закружилась, и девушка поняла, что лишится чувств, если поднимется.
На первом этаже огромного замка граф подошел к висящему у камина на бархатном шнурке колокольчику в своем кабинете и раздраженно позвонил.
Он пытался дозваться Пардью, когда по возвращении домой обнаружил парадные двери замка открытыми, но ему никто не ответил.
Граф
Он знал, что его никто не ждет, ведь он сам сказал экономке, что на несколько дней уезжает в Лондон, но, разумеется, кто-то из слуг должен же быть на месте?
Вдруг раздался негромкий стук в дверь и в кабинет вошла Мэри.
Злость графа как рукой сняло при виде ее спокойного лица.
Ему всегда нравилась эта девушка, которая раньше прислуживала его жене.
Ее гладкие темные волосы были аккуратно заплетены в косы и уложены возле ушей двумя толстыми кольцами. Белый воротничок черного форменного платья был, как всегда, безупречен, а висящие на поясе ключи знакомо позвякивали.
– Ох, Мэри. Как видите, я вернулся. Где Пардью? Он же еще не лег спать? Мне хочется выпить горячего чаю и чего-нибудь поесть – супа, холодной говядины и соленых огурчиков, может быть? Посмотрите, что может предложить повариха.
Мэри кивнула, пытаясь перевести дух.
Она стремглав неслась из южной башни, и теперь у нее неистово колотилось сердце. Она была уверена, что граф заметит, как оно бьется под тонкой тканью черного платья.
– Наверное, мистер Пардью уже лег, милорд. Он… мне кажется, ему нездоровилось.
Ей не пристало сообщать графу, что дворецкий вылил полбутылки лучшего коньяка, который был в замке, себе в чай, и сейчас, скорее всего, уже крепко спал, похрапывая, у себя в кладовой.
Граф резко поднял голову от документов, которые как раз изучал. Он догадывался, какая хворь одолела его дворецкого, и понимал, что должен принять в связи с этим меры. Но сейчас не время.
В глубине души он отдавал себе отчет, что не обращает внимания на слуг, не выполняет возложенных на него обязанностей, но почему-то все не мог собраться с духом и решить проблему.
– Милорд, вы из-за снега не смогли попасть в Лондон? – поинтересовалась Мэри, поддерживая разговор.
– Да, дорогу замело. Никто не сможет ни выехать, ни приехать в долину несколько дней, а может быть, и недель! А снег все идет и идет, еще сильнее, чем прежде!
Мэри задумалась.
И что, скажите на милость, ей теперь делать с бедной девушкой, которая лежит наверху в спальне? Как она сможет вернуться домой?
Собравшись с духом, экономка решила было уже все рассказать, признаться, что произошло, как граф произнес:
– На этом пока все, Мэри. Кофе и поесть, пожалуйста.
Мэри вернулась на кухню и передала приказание миссис Раш.
– Он знает о старике Пардью? – спросила повариха, принеся кусок говядины из кладовой и нарезав его кусками, которые стала раскладывать на блюде.
Конец ознакомительного фрагмента.