Дороги рая
Шрифт:
Все эти рассуждения пришли Юле в голову много позже, когда она пыталась объяснить себе собственный поступок. А в тот момент она не рассуждала и не раздумывала, как не раздумывает футбольный защитник, бросаясь в ноги форварду фолом последней надежды и спасая команду от верного гола. Да, потом неминуемо назначат пенальти, но пенальти - ещё не гол!
Юля положила левую руку на желтый шар, а правую - на лиловый.
Эффект превзошел все ожидания. Да что там, не будет преувеличением сказать, что такого эффекта цивилизованная Галактика ещё не видела.
Для начала в рубке погас свет - весь, полностью, и не просто погас, а словно был втянут без остатка, до единого
То, что совсем недавно было пультом, видели теперь все, потому что освещение включилось снова, в нормальном режиме. Прекратилась дрожь, прекратились удары в корпус - если бы не разрушение пульта, можно было бы считать, что ничего и не произошло. Однако произошло - но не внутри корабля, а вне его.
Фрегаты исчезли.
"Адалион" и "Доблесть", могучие боевые единицы имперского флота, начисто пропали с экранов, по-прежнему исправно воспроизводивших изображение звезд. Не веря своим глазам, Джейсон развернул в воздухе виртуальные мониторы приборных панелей. Детекторы массы, пространственные сканеры, локаторы - все приборы единодушно утверждали, что поблизости от "Ринго", как и в дальних пределах их досягаемости, никаких кораблей нет. Напрашивалась естественная догадка об особых свойствах импульса большого излучателя "Ринго", каким-то образом сделавших фрегаты прозрачными для всей аппаратуры - вроде интерференционной защиты слейдера, примененной Джейсоном и Айсингом в операции с миллионом.
Но догадка эта, как явно поспешная, никуда не годилась. Во-первых, для достаточно крупных объектов такое было невозможно даже теоретически, а то, что фрегаты - объекты достаточно крупные, сомнений не вызывало. Но Джонг с ней, с теорией, и покрепче теории рушились при столкновении со смелым экспериментом. Но во-вторых (и это важнее!), какими бы прозрачными фрегаты ни стали для "Ринго", для самих себя они при этом ничуть бы не изменились. Тогда где железный голос капитана Колларда, где угрозы, где требования, где предупредительные залпы, наконец?
Словом, при любом раскладе выходило, что фрегаты в самом деле исчезли, пропали, растаяли, рассеялись, провалились в космические бездны - не было их, будто они просто пригрезились.
Но дематериализация фрегатов явилась не самым впечатляющим
– Смотрите!
– с этим восклицанием, прозвучавшим несколько театрально, Айсинг вытянул руку.
Он указывал на средний экран, на голубую спираль ближайшей галактики. Она начинала меркнуть, от вытянутого края эллипса к центру, словно звезды там гасли сотнями, как задуваемые ворвавшимся в бальный зал вихрем свечи. Разумеется, так это лишь виделось: галактика, хоть и ближайшая, отстояла все же невообразимо далеко, и если бы звезды там гасли реально, их свет ещё много тысячелетий проливался бы на сектор планеты Трай. Со звездами ничего не случилось, да и вряд ли могло случиться, но что-то жадно пожирало звездный свет.
Необъяснимо меркнущая галактика озадачила не только команду "Ринго", но и персонал всех обсерваторий Империи, от крупнейших до маленьких, а также навигаторов космических кораблей. Оставив гипотезы ученым, навигаторы дружно поминали Джонга: им приходилось срочно перенастраивать сбитую с толку аппаратуру и пересчитывать таблицы.
Галактическое затмение совпало с мощнейшими магнитными бурями, пронесшимися в атмосферах населенных планет (и ненаселенных тоже, но там наблюдений никто не вел).
Фантасмагорические небесные спектакли, похожие на полярные сияния десятикратно усиленной интенсивности, разыгрывались даже в экваториальных областях. Ближняя связь работала неуверенно, дальняя порой замолкала и налаживалась не усилиями специалистов, а как бы по собственному капризу. Убытки от перебоев в энергоснабжении городов грозили в недалеком будущем составить цифры с длинными рядами нулей.
В общем, будь Юля героиней вестерна, кто-нибудь из персонажей не преминул бы покровительственно сказать ей: "Неплохой выстрел, моя юная мисс".
2.
– Нет, нет, нет, нет, - повторяла Юля, как заведенная.
– Неужели я убила их всех?!
Джейсон, к которому она по сути и обращалась, ничего не отвечал ей. Он будто не слышал, сосредоточившись за пультом, пытаясь воспринять, сопоставить, проанализировать и осознать потоки данных, отображаемых на экранах. Долгие минуты растягивались для Юли в целые века, но и векам когда-то приходит конец.
Отвернувшись от пульта, Джейсон прикрыл усталые покрасневшие глаза и медленно вымолвил:
– Нет, Юля. Уверен, что нет.
Принцесса Элис, всегда помнившая об "интенциональном зрении" Джейсона, поверила сразу, но Юле требовались доказательства.
– Как ты можешь знать, Джей? Вот были корабли, и вот их нет... А если частицы, из которых они состояли, сейчас витают вокруг "Ринго"?!
Юля замахала руками, очевидно, показывая орбиты, по каким могли бы крутиться эти самые частицы.
– Ничего подобного, - сказал Джейсон спокойно.
– Даже если бы фрегаты распались на нейтрино, а нейтрино в свою очередь - на составные элементы, детекторы "Ринго" отметили бы и это. Они очень чувствительные. Но дело в том, Юля, что корабли не распадались.
– Куда же подевались два фрегата?
– Трудно объяснить то, что я и сам не до конца понимаю. Те участки экранов, которые относятся к излучателю...
– Относились, - поправил Айсинг Эппл.
– Что?
– Относились, - Айсинг кивнул на дымящиеся развалины пульта.
– Да, относились. Так вот, не совсем понятно, что именно регистрируют приборы, аналоги мне неизвестны... Но это связано со сдвигом пространства.
– Подробнее, Джей!
– попросила Юля с надеждой на что-то не столь ужасное, как распад фрегатов на нейтрино.