Дорогие девушки
Шрифт:
— Но ведь ночь только началась!
— Ты со всеми женщинами такой? Или это я так на тебя действую?
Родион наклонился к Марине и поцеловал ее в ключицу. Потом провел губами по шее, легонько коснулся мочки уха и прошептал:
— С другими я простой похотливый щен, а с тобой я просто дьявол.
Марина улыбнулась и поежилась.
— Щекотно. Слушай, а у тебя телек здесь работает?
— Зачем тебе телек?
— Люблю поваляться в постели и посмотреть кино.
— Правда? Я тоже обожаю валяться в постели и глазеть на экран телевизора. Это мое любимое занятие.
Он снова поцеловал ее в ключицу, взял с тумбочки пульт и включил телевизор. На экране замелькали какие-то яркие, бессмысленные картинки, сопровождающиеся ни к чему не обязывающей музыкой.
— Ну вот, сразу нарвались на рекламу, — недовольно проговорил Родион.
— Это не реклама, это видеоклипы.
— Правда? — Родион почесал затылок. — А разве это не одно и то же?
— Темный ты, дикий ты человек! — со смехом сказала Марина.
— Сегодня днем ты то же самое говорила о себе, — напомнил Родион. — Помнишь, когда я водил тебя по московским бульварам, а ты удивлялась каждому дереву и голубю так, будто первый раз в жизни их увидела.
— Это другое, — возразила Марина. — Не все ходят по Москве пешком, но все смотрят телевизор.
— Вовсе нет. Я, например, включаю его только по утрам. Пока пью кофе.
— Тогда почему у тебя телевизор в спальне? — подозрительно спросила Марина. — Ты пьешь кофе в спальне?
— Я пью кофе везде, — ответил Родион. — Кроме ванны и туалета. Ты ведь там уже была и видела — никаких телевизоров там нет.
— С этим не поспоришь, — улыбнулась Марина. — Уж что-что, а болтать ты умеешь, черт языкатый.
— Это мое главное оружие в борьбе с неприятностями! — весело сказал Родион и полез к Марине целоваться.
Марина со смехом увернулась.
— Подожди, — сказала она. — Я хочу еще вина. Налей мне!
— Девушка, вы испытываете мое терпение, — насмешливо сказал Родион, но послушно потянулся за бутылкой.
Марина взяла пульт и стала прыгать по каналам. На одном из них она задержалась. Показывали криминальные новости. Моложавый ведущий сосредоточенно бубнил:
— Уже полтора года оперативники тщетно пытаются выследить маньяка, орудующего в Москве. Маньяк меняет места преступлений и умело запутывает следы. Но почерк преступлений остается постоянным. Он заманивает жертву домой, убивает ее и уродует ей лицо, затем расчленяет тело и развозит его по мусорным бакам. Последней жертвой маньяка стала двадцатипятилетняя женщина из Люблино. Маньяк разделался с ней всего две недели назад. Известно, что маньяк выбирает свои жертвы среди обеспеченных, красивых, одиноких женщин. Чаще всего это, так называемые, бизнес-леди. Хотя не брезгует он и элитными проститутками.
Мы обратились за комментариями в пресс-службу МУРа.
На экране появилась молодая девушка в деловом костюме.
— Анна, — обратился к ней корреспондент, — откуда такая уверенность, что в городе действует один маньяк, а не два или три? Ведь все тела найдены в разных местах города. А маньяки предпочитают охотиться в одном районе.
— Наши аналитики пришли к выводу, что это один человек, — ответила девушка в деловом костюме. —
— У вас уже есть подозреваемые?
— Подозреваемые есть, и мы с ними работаем. Но опасность еще остается. Я хочу обратиться ко всем женщинам, которые меня сейчас видят. Если вы познакомились с мужчиной, прежде всего обратите внимания на его…
Родион выключил у телевизора звук и протянул Марине бокал.
— Может, ты оторвешься от телевизора и пообщаешься со мной? — с напускной обидой произнес он. — Я уже пять минут пытаюсь привлечь твое внимание.
— Подожди. Дай я дослушаю!
Марина потянулась за пультом, но Родион отвел руку.
— Перестань дурачиться! — сердито воскликнула Марина. — Включи звук!
— А что мне за это будет? — игриво поинтересовался Родион.
— Все, что захочешь, но включи звук!
— Будет исполнено, моя госпожа. — Родион нажал на кнопку пульта, и телевизор снова забормотал.
— А теперь к другими криминальным новостям. Банда сатанистов, устраивающая шабаши на кладбищах…
— Ну, вот, — с досадой проговорила Марина. — Из-за тебя все прослушала. Теперь встречусь с маньяком и даже его не узнаю.
— Не бойся, милая. Я не подпущу к тебе маньяка. А если он все-таки приблизится, хорошенько надаю ему по шее.
Марина посмотрела на Родиона, подозрительно прищурив глаза.
— А что, если маньяк — это ты? — спросила она вдруг. — Ты обаятелен, и я сама к тебе пришла. Ты очень сильный и у тебя есть машина.
— А еще у меня есть огромный нож, — поддакнул Родион. — В основном, я режу им хлеб, но если мне попадаются аппетитные пухленькие девушки, то…
— Фу! — поморщилась Марина. — Никакой ты не маньяк. Среди его жертв не было пухленьких девушек. Все жертвы стройные.
— Правда? У него хороший вкус. Прости за каламбур.
Марина снова поморщилась.
— Не говорит так. Мне не нравится.
— Прости, милая, — необычайно серьезно проговорил Родион и нежно поцеловал Марину в плечо. — Допивай вино и продолжим. Я сгораю от нетерпения.
— У тебя просто звериный темперамент!
— Конечно! Я ведь художник.
— Художник? Кажется, раньше ты говорил, что ты инженер-конструктор.
— С девяти утра до шести вечера я инженер, — подтвердил Родион. — А после этого — художник.
— Так это твое хобби?
— Нет, милая, это моя жизнь. Вот погоди, я еще напишу твой портрет. Ты будешь Венерой Московской!
— Звучит неплохо. Кстати, я допила вино… Только, пожалуйста, будь со мной нежнее.
Утро было солнечным и теплым. Марина вышла из душа, кутаясь в махровый халат Родиона. Он как раз разливал кофе по чашкам.
— А есть что-нибудь к кофе? — поинтересовалась Марина.
— Увы, кроме пиццы, ничего.
Марина поцеловала Родиона и жалобно проговорила: