Дотянуться до солнца
Шрифт:
Девушка откинулась на подушки и усмехнулась.
– Не Дракон, а курица…
Кривая ухмылка перекосила миловидное лицо еще больше. Она поднялась и, взяв со стола пистолет, передернула затвор.
Сколько бы он не спрашивал, она так и не сказала, что же ее беспокоило. Их чаепитие продлилось почти до полуночи. Бабуля рассказывала о тех днях, когда Максим был совсем маленьким, о многочисленных поездках, совместных обедах, походах по магазинам и еще какой-то ерунде.
«Жаль,
Вот, то единственное, что он любил по-настоящему. Во время таких вечеров его сердце будто оживало. В такие моменты казалось, что и он мог чувствовать что-то не только к самому себе.
«Спасибо тебе, бабуля…»
Прокручивая рассказы о себе в голове, он уснул только под утро. В его мыслях те события происходили наяву. И пусть это было лишь его воображением и воспоминаниями, описанными бабулей, но…
Ему так хотелось вспомнить хоть что-то… пусть самую малость…
Первый урок он проспал. И сейчас плелся по улице, зевая и раздраженно оглядывая прохожих, попадающихся на пути.
«Почему у меня нет машины? Я сотни раз просил бабулю купить мне автомобиль, но она упирается… Из-за чьего-то упрямства я должен теперь идти пешком…"
Не успев перешагнуть порог школы, Максим почувствовал, как на его плечо легла миниатюрная ладонь.
«Катя…»
– Не делай так, раздражает…
Он услышал удаляющиеся шаги.
«Интересно, Попугай уже здесь? Она должна объясниться… После ее посещения бабуля расстроилась…»
– Принц?
Сжав губы, чтобы не улыбнуться, он направился к своему классу. За глаза девчонки называли его «принцем», что одновременно и забавляло, и тешило самолюбие.
В классе было, как обычно, шумно. Но сегодня, увидев его, одноклассники мгновенно стихли. Большинство повернулось в сторону его парты. Максим опешил.
«Вот ведь настырная…»
За его партой сидела девочка-попугай. В руках она держала книгу, а ее сумка лежала на соседнем стуле. Он сразу же забыл, что собирался поговорить с ней спокойно.
«Вот наглость. Она не только приперлась в мой дом и расстроила бабулю, но еще решила выжить меня с моей же парты? Решила выделиться за счет самого популярного ученика школы?»
Парень медленно подошел к парте и, уперев ладони в стол, навис прямо над ней. Обычно это действует угнетающе, особенно на девчонок, но, к его удивлению, ничего подобного не произошло. Повернув на секунду голову в его сторону, она снова уткнулась в учебник, при этом, он это точно заметил, усмехнувшись.
Максим растянулся в улыбке, пытаясь скрыть свое замешательство. Будь она парнем, через пару секунд оказалась бы за дверью. Но
Он выпрямился и громко произнес:
– Спасибо за охрану моей парты! Свободна.
Алиса, наконец, оторвалась от книги и подняла на него взгляд.
«Что за вопросительный взгляд?»
– Что? Не понятно выразился?
– Не совсем.
Ее равнодушный ответ добил его окончательно. Раздражение достигло крайней точки кипения. Он с надеждой на поддержку повернулся к своей девушке, но Катя отвернулась с кривой усмешкой: «А чего ты хотел, это и дураку было понятно…»
«Я похож на дурака? Сегодня все решили посмеяться надо мной?»
Максим вдруг подумал, что его обвели вокруг пальца. Поздно было, и садиться, будто ничего не произошло, и продолжать этот цирк, выставляя себя на посмешище. Так или иначе, он привлек к себе уже достаточно внимания, и в ближайшее время вся школа будет обсуждать только его неадекватность.
Его крик заставил всех замолчать:
– Ты совсем тупая?! Освободи парту!
Алиса вздохнула:
– Я буду сидеть с тобой. – Ее голос звучал в противоположность ему слишком спокойно. – Так сказал учитель. Теперь это и моя парта, смирись.
– Последний раз говорю, освободи парту!
– Нет! – Девушка вдруг переняла его тон и ответила с той же интонацией.
Максим, не помня себя от ненависти, резко схватил ее за желтый рукав и потащил в коридор. По классу прокатился рокот. Катя резко подняла голову, с недоумением провожая взглядом своего парня.
Понимание неправильности ситуации со стороны пришло только за пределами класса, но останавливаться было уже действительно поздно. Эта девчонка вывела его из себя. Первый раз в жизни его захлестнула такая злость.
В последнее время он чувствовал себя странно: озабоченность бабули, эта, непонятно откуда взявшаяся, девчонка, вечно недовольная Катя, обрывки снов, в которых он постоянно видел смерть и еще много всего – его нервная система балансировала на грани срыва.
«Бить, конечно, я ее не буду… просто поговорю…»
Повторяя про себя эти слова снова и снова, он старался подавить свой гнев, пытаясь успокоиться. Его пальцы крепко сжимали ее запястье на случай, если захочет вырваться, что она и должна была, по его мнению, сделать. Но девушка покорно шла за ним, не отставая ни на шаг. По мере приближения к тому месту, куда он вел ее, Максим все сильнее стискивал пальцы, надеясь, что боль заставит ее сбежать, хотя духу, чтобы обернуться и посмотреть ей в глаза, у него все же не хватало.