Доверие
Шрифт:
— Почему — конечно?
Гжесь помолчал, вдумываясь, а потом растерянно улыбнулся.
— Не знаю… — пробормотал он.
С коротким резким скрипом раскрылась дверь в коттедж, на песок и на спины парней пал широкий сноп желтого света, смутно осветив стволы ближайших пальм. На пороге стояла, уперев руки в боки, девчонка; свет, бивший ей в спину, высвечивал сквозь легкое платье ее силуэт, и Дикки стал внимательно и не скрывая рассматривать этот силуэт, а Гжесь, судорожно обернувшись на миг, вновь уставился в темноту, облизывая
— Легка на помине! — сказал Дикки бодро.
— Ну да! — ответила девчонка. — Буки, сидят тут, да еще, оказывается, мне кости перемывают. Чего вы скрываетесь-то?
— Да противоречие возникло, — обьяснил Дикки, начиная смотреть девчонке в лицо. — Я его зову купаться, а он никак решиться не может, не хватает ему общества для любования красотами ночного рифа. Я, говорит, для него слишком неэстетическая натура…
— Прекрати!.. — прошипел Гжесь, но Дикки и бровью не повел.
— За такие разговоры в мое время вызывали на дуэль, — сказала девчонка и опустила руки. — Я бы на вашем месте, сэр Ричард, встала и согнала бы плесень с этого тюхти.
— Идея! — воскликнул жизнерадостный Дикки и вскочил, проворно цапнув стоявшие у стены шпаги. — Сударь, я и не догадался бы, но прекрасная леди Галка открыла мне глаза на вашу подлую сущность! Галь, будь моим секундантом!
— Почту за счастье, — сказала Галка и села на верхнюю ступеньку, чинно сложив руки на коленях. Дикки швырнул одну из шпаг нехотя вставшему в позицию Гжесю.
— Может, и моим заодно? — хмуро спросил тот, ловя шпагу за рукоять. На Галку он не смотрел. — А то негоже мне…
— А я сейчас приведу кого-нибудь! — воскликнула она с неестественным энтузиазмом и вскочила, но Дикки яростно зарычал хриплым, кровожадным голосом:
— Не следует путать в это дело лишних людей! Красавица моя, лишний свидетель — это лишний труп, в конечном итоге. Решим этот вопрос… этот наболевший вопрос полюбовно, в дружеском, тесном кругу, среди людей, которым каждый из нас может доверять и не обязан убивать!
Галка засмеялась и снова села.
— Уломал. Тебе бы вместо Чанаргвана публичные речи говорить, Диканька…
— Я многоталантен и одинок в силу этого! — возвестил Дикки. — Итак, сударь, прошу вас, — он склонился в изящном поклоне, а потом роскошно проманипулировал шпагой, коснувшись клинком лба, затем отведя его в сторону распрямленной рукой, и чего-то еще. Гжесь, как сумел, ответил ему тем же.
— Нет, сэр Ричард, ты полжизни, — с удовольствием сказала Галка.
Парни запрыгали по песку. чуть завязая в нем босыми ногами. Звонкие клинки хладно блистали, Галка ёрзала и взвизгивала. Дикки азартно скалился, хакал и время от времени учтиво говорил что-нибудь сугубо профессиональное: «Бьюсь!», «Рипост, сударь!», «Туше…»
Гжесь отступал, и Галка после первых взвизгов озабоченно замолчала и сидела, сдвинув брови, стиснув колени и напряженно выпрямив спину. Наконец она не выдержала:
— Да
— Вы мне льстите, графиня, — ответил Дикки, ничуть не задохнувшись. — Не далее как прошлым летом я имел удовольствие отдыхать на острове Монтагью, что из группы Южных Сэндвичевых, как вы, надеюсь, и сами знаете. Во время моего там пребывания… э-э… во вверенную мне гавань зашел королевский корвет, имея целью запастись водой, купить провиант для дальнейшего пути и дать отдых матросам. Капитан корвета Выонг Хоай — джентльмен, исполненный всяческих достоинств, блестящий фехтовальщик и учтивейший дворянин — оказал мне честь и ежедневно проводил со мною по два-три часа в спортзале, покуда его корабль не покинул гостеприимного порта, и дал слово этим летом вновь провести около месяца вместе со мной на Монтагью.
— Это тот Выонг, который серебро позапрошлого…
— Да, графиня, вы совершенно правы. К сожалению, злая судьба воспрепятствовала нашей новой встрече…
— А что?
— А помнишь, передавали: лопнул какой-то ледник в Антарктиде, и вскрылась старая империалистическая база с колоссальным запасом каких-то страшных ОВ. Пытались локализовать, но — места-то безлюдные, пока заметили… Весь берег, всю воду прибережья потравило, вплоть до Сэнвичей. До сих пор борются. Я звонил Выонгу — он же как раз эколог по профессии, им сейчас не до отпусков…
— Какие же га… гады все-таки! — возмутился Гжесь, хватая воздух широко разинутым ртом. — Сколько уже вре… мени прошло, а все не… можем окончательно избавиться от их последствий! Яды, бомбы… Ух, гады! Я бы… если б кого-то из них встретил… просто при… придушил бы своими руками бы! Ненавижу! Вот… Антарктида теперь, океан…
— А вы драться будете еще? — спросила Галка.
Парни вдруг обнаружили, что когда-то уже перестали фехтовать и стоят просто так.
— Да ну ее… — невнятно сказал Гжесь. Он дышал всем телом.
— Так я никому и не понадобилась, — вздохнула Галка. — А я уж корпии целый воз надергала…
Гжесь растерянно обернулся к ней.
— Умри же!! — ни с того ни с сего закричал Дикки донельзя злодейским голосом. От этого крика, всколыхнувшего какую-то пичугу из листьев пальмы и унесшего ее прочь вместе с ее перепуганным писком, волосы встали дыбом. Дикки метнулся к Гжесю и несильно ткнул ему шпагой меж лопаток.
— Ты чего… — Гжесь повернулся, понял, покраснел и рухнул на песок, успев простонать:
— Подлая измена!
Затем он сделал несколько судорог и замер, распластавшись на прохладной, мягкой поверхности, уткнувшись в нее щекой.
Галка поспешно встала и бросилась к лежащему, приказывая кому-то:
— Воды и корпии! Скорее, он истекает кровью!
— Ему не помогут ваши доморощенные средства, кудесница! — демонически возгласил Дикки. — Моя рука тверда… дух черен, крепок яд! Ваш рыцарь пал навеки, оставляю его умирать у вас на руках, миледи!