Дождь
Шрифт:
Док и его жена Клава как завороженные смотрели на устроенное мной представление. По застывшим лицам ничего нельзя было понять, лишь блики стихий отражались в мерцании широко вылупленных глаз. Стоило развеять руны стихий и созданную недавно руну «поглощение», впитавшую в себя излишки энергии, как я удостоился двух взглядов кроликов, смотрящих на удава.
– Чего? – не выдержал я.
– Как? Как ты это делаешь? – с трудом смогла выговорить Клава.
– Вы что? Фаерболл никогда не видели? – не поверил я.
– Контроль! Как ты ее контролируешь?! Это
– Почему не возможно? – теперь уже я стал впадать в ступор, впечатленный уверенностью семейной пары в их правоте.
– Ну понятно, что возможно, коли ты это смог сделать, но это же невозможно! – судя по пошедшему красными пятнами лицу дока, ученый был близок к потери контроля над собой.
– Слава хочет сказать, что даже главы великих родов не могут удержать созданное ими заклинание, - подала голос Клава, придерживая готового взорваться от переполняющих эмоций мужа: - если сформирован фаерболл, то его надо куда-нибудь запустить, развеять уже созданное из праны считалось до этого не возможным!
Мысленно плюнув, я расслабился, сообразив в чем их проблема. Рассказывать, что я сделал на самом деле не было никакого желания. Если бы я стал вдаваться в подробности, то пришлось бы объяснять, что для трансформации стихий были задействованы две руны одновременно, например для получения магмы нужна была энергия земли и огня. Но настоящий шок вызвала бы информация о третьей руне, получившей классификацию средняя. Развернутая в моем «втором» узле, она формировала вокруг тела сферу «поглощения», высасывая из пространства любой вид преобразованной праны.
Эту руна являлась трехмерным воплощением печати, которую я впервые увидел на земле, вокруг дамбы ГЭС. Отсиживаясь два дня в квартире, я не только мучил руну «Жэ», но и пытался разобраться в уже имеющиеся на тот момент знаниях. Раскинув тогда вокруг себя «сферу» и создав в пространстве печать «поглощение», я не стал напитывать ее праной, а растянул символ в объеме. Мое тело, оказавшееся в центре руны, ощутило слабые токи праны, стягиваемые трехмерной печатью со всех сторон. Удачный опыт трансформации печати в руну, привел к уверенности, что так можно поступить с любым символом, сделав из плоского объемное и наоборот.
Устроенное представление с играми стихий, не стоило мне ни одной капли энергии, так как потраченная на формирование огня и других проявлений, она полностью возвращалась ко мне. Помимо этого, демонстрация упрочила мое положение в общине «потухших», возведя в ранг одаренного, знающего и умеющего на порядок больше, чем док. Я не стал развеивать их уверенность в моих достоинствах, решив воспользоваться подвернувшимся гостеприимством.
За свое проживание у дока, я расплачивался тем, что вносил корректировки в уже известные руны. Сам же я занимался Веде, раскладывая символы на составляющие и проверяя свои догадки на практике. Эти работы пришлось производить исключительно в своей голове, не доверяя информацию ни бумаге ни компьютеру.
– Уходишь? – как всегда, чувствующая лучше остальных,
– Пора, - ответил я.
– Скажи, насчет Веде, это работает? – удержав за рукав, она попыталась заглянуть в мои глаза.
– Да, это работает, - я не нашел в себе сил врать.
– Но.., - Клава продолжала держатся за рукав моей куртки.
– Славе это не надо, - как мог, объяснил я свое нежелание делится опасными знаниями.
– Может ты и прав, - отвернувшись, она ушла на кухню.
«-Конечно я прав», - подумал я, так как созданные мной на основе Веде руны были настолько разрушительны по своим возможностям, что даже такой слабый одаренный, как док Слава, мог попытаться применить их в угоду своим амбициям.
Идя по улице, я размышлял, о том, что в полной мере отдаю себе отчет о том, что могу сровнять этот город с землей. Вывернутая наизнанку печать «поглощения» и наложенная на пустую землю, она высасывала энергию напрямую из планеты. Пропущенная через руну «линза», прана становилась настолько плотной, что закачанная в узлы моих энергетических меридианов, по своему наполнению превышала мой обычный запас в сорок раз. Определенно некоторые знания не должны были попасть в руки боярских родов. Взявшие власть, и без того сильные люди, могли начать совершать необдуманные поступки, стремясь стать единоличными хозяевами в огромной стране.
==
Площадь открылась неожиданно, в своих представлениях о брусчатой мостовой и стене из красного кирпича, я представлял все это более величественно и помпезно.
«-Может я не стой стороны зашел? – подумал я: - вот и здание думы рядом, наверняка здесь не очень удачное место»
Решив дойти до зиккурата, виденного многократно по телевизору, я покинул переулок, в котором до этого мялся, преодолевая свои провинциальные комплексы. Открытое пространство равнодушно взирало на мою фигуру, шагающую с праздным видом по брусчатке. Все было хорошо, пока сбоку не раздались крики и скрип тормозов.
Оставаясь безучастным, как и другие зеваки, я наблюдал, как длинный седан представительского класса кувырнулся пару раз, испытывая на своем бронированном корпусе заклинания стихии воздуха.
«-Хотели бы убить, убили бы, похоже, что им нужен кто-то живым», - пришел я к выводу, наблюдая за минимальными повреждениями у автомобиля на общем фоне энергетических всплесков.
– Ваня беги, - вывалившийся из задней двери мужчина, развернулся лицом к нападавшим, формируя какую-то огненную технику.
– Дядя Петр! – голос мальчика звонким колокольчиком разлился над площадью, показавшись смутно знакомым.
– Беги! – не отвлекаясь на дергающего за полы пиджака ребенка, мужчина средних лет посылал одну за другой огненные стрелы в нападающих.
«-Мужик жив, только потому, что мальчик рядом», - сообразил я о том, ради кого осторожничали агрессоры.
Обернувшийся в поисках помощи мальчуган, с заплаканным лицом обвел взглядом равнодушно стоящих в отдалении людей.