Draco Dormiens
Шрифт:
— И вряд ли он отпустит его когда-нибудь.
— Я знаю, — сказал МакНейр. — И мы придумали похитить кого-нибудь, кто дорог мальчишке, чтоб ему пришлось покинуть замок и спасти его. Но почти все, кого он любит — в Хогвартсе. Он ненавидит свою Магглскую семью, а Висли защищены сильным заклятием.
Люций явно заскучал.
— Но, -торопливо добавил МакНейр, — теперь кое-что изменилось. Мы знаем того, кого мальчик захочет защитить во что бы то ни стало.
Глаза Люция вспыхнули.
— Значит, вы своими грязными лапами
— И кого же?
У Гарри от страха засосало под ложечкой МакНейр улыбался все той же противной улыбочкой, с которой приехал в Хогвартс казнить гиппогрифа.
— Сириуса Блэка, — сказал он.
Драко плелся обратно в гостиную Гриффиндора из больничного крыла.
— Бумсланг, — сказал он Толстушке и прошел сквозь отверстие в стене. Машинально прошел к огню и сел рядом с Гермионой, весьма очаровательной в розовой мантии, и Роном, который читал здоровенную книгу под названием «Искусство Ведения Войны Магглами».
— Отец Драко забрал его в Имение, — тихо сказал Драко.
— Куда забрал? — спросил Рон, опуская книгу.
— В Имение Малфоев. Туда, где они живут.
— Чудесно, — Рон вернулся к чтению. — Если нам повезет, он никогда не вернется.
Драко закашлялся. Гермиона с сочувствием посмотрела на него.
— Гарри, ты не виноват. Ты просто дал сдачи — это он ударил тебя первым.
Драко не ответил. Он представлял себе отца. Если Гарри не сможет долго притворяться… если он вернет себе нормальный облик… если его отец каким-то образом узнает, что привез домой не сына, а заклятого врага Волдеморта… Он убьет Гарри, в этом Драко не сомневался. Ведь его отец рассказал ему о том, что говорил Волдеморт: «Тот, кто принесет мне тело Гарри Поттера, будет награжден так, как и не снилось никому из Пожирателей Смерти».
Голос Рона ворвался в его мысли.
— Война Магглов действительно интересная штука, — говорил тот. — Интересно, есть ли шанс уговорить правительство сбросить… как-ее-там… ядерную бомбу на Имение Малфоев?
Драко встал.
— Пойду наверх, — сказал он.
Он начал подниматься по лестнице в спальню мальчиков. Вдруг он услышал шаги и повернулся — его догоняла Гермиона.
— Гарри, — сказала она, — подожди пожалуйста.
Он остановился.
— Гарри, ты расстроен, — начала она. — Что тебя беспокоит? Ведь не Малфой же?
Драко смотрел на нее. Все его эмоции сплелись в один клубок в желудке: напряжение из-за того, что вот уже два дня он притворяется Гарри, ярость, шок, боль и теперь – ужас, ужас от того, что чтото может случиться с Гарри — в любой момент, может, даже прямо сейчас, и в этом будет виноват он. Драко не знал, чего ему больше всего хочется в этот миг: наорать на Гермиону или поцеловать ее опять; и то, и другое казалось весьма привлекательным.
— Я очень устал, Гермиона, — сказал он. — Я просто хочу лечь спать.
— Это из-за того, что случилось раньше? — спросила
Она подошла ближе к Драко, глаза ее были полны любви. Любви к Гарри.
Драко взорвался.
— Не все в этом мире связано с тобой, Гермиона! — заорал он. — Не все!
Отпихнув ее, он побежал вниз по ступенькам и вылез через портрет наружу.
Когда прозвучало имя Сириуса, у Гарри подогнулись колени. Стой, как ни в чем ни бывало, приказал он себе.
— Мы давно знали, что он крестный отец мальчика, — сказал МакНейр. — Проблема была в том, чтобы найти его. Но мы накрыли его — это сделал Червехвост, все было просто и гениально.
Червехвост вспомнил пещеру, куда они с Сириусом лазали во время каникул, когда гостили у его родителей. Он явился туда и наложил Связывающее заклинание на Блэка…
— Переходи к сути, МакНейр, — прервал его Люций. — При чем здесь я?
МакНейр выглядел разочарованным.
— Ну, это просто. Завтра Червехвост привезет Блэка из Корнуэлла, и нам нужно место, где его можно было бы держать. Хотя бы пару дней, пока Поттер не придет за ним. Мы не можем оставить Связывающее заклинание, а то он умрет, а у тебя самое большое подземелье…
— О, спасибо, — саркастично заметил Малфой. — Конечно, план довольно глуп и прямолинеен, но он все же лучше всего предыдущего. Привозите Блэка сюда. Я не видел его со школы. Устроим встречу выпускников.
Они с МакНейром засмеялись. Гарри — нет, у него было ощущение, что сейчас ему станет дурно.
Дверь открылась, вошла высокая стройная белокурая женщина. Она была не в мантии, а в длинном черном платье с разрезом. Гарри немедленно узнал ее: это была мать Драко.
— Нарцисса, — удивился Люций, — что-то случилось?
Женщина улыбнулась и сразу стала очень красивой. Гарри вспомнил, что видел ее на Кубке мира по Квиддичу, и подумал: вот откуда Драко получил эту бледную красоту.
— Я хочу забрать Драко, — спокойно сказала она. — Я еще не видела его, с тех пор, как ты привез его домой, Люций.
Малфой махнул рукой:
— Ладно, забирай.
Гарри посмотрел на отца Драко. Он ужасно хотел остаться и услышать еще о Сириусе.
— Но я…
— Драко, — голос Люция Малфоя был холоден, как лед. — Иди со своей матерью.
Гарри неохотно вышел следом за Нарциссой из комнаты. Он ожидал, что она захочет обнять, поцеловать или как-то еще поприветствовать сына, но она просто пошла по коридору. Гарри плелся за ней, внимательно глядя по сторонам.
Неплохо бы изучить Имение…
Нарцисса остановилась в коридоре, на стенах которого была, как сперва показалось Гарри, целая выставка портретов каких-то куколок, в разноцветных платьях. Присмотревшись, он понял, что это были младенческие и детские фотографии Драко. Гарри заулыбался.